Семилетняя ночь - Чон Ючжон

До восемнадцати лет, то есть до окончания школы, обязательно оставаться в доме Джини. Обязательно получить школьный аттестат, даже если для этого придётся украсть или продать красный бюстгальтер Джини. И обязательно получить все сертификаты, которые нужны для устройства на работу. А после устройства на работу сразу бежать из этого дома. Через три года снять комнату под залог^[23]. И никогда не оглядываться на этот дом-автобус.

Ынчжу поступила так, как планировала. Как только она устроилась бухгалтером на ткацкую фабрику в городе Кванчжу, подальше от Сеула, сразу упаковала свои вещи. Конечно, было жалко оставлять маленьких сестру и брата, которых она сама и вырастила. Но она всё равно собралась и убежала. Она поселилась в общежитии для сотрудников фабрики. Копила деньги на съёмную квартиру. Как и планировала, через три года сняла под залог комнату в полуподвале. Однако на радостях, что первая цель достигнута, забыла о последнем правиле. Каждую ночь она скучала по младшим и переживала, не голодают ли они. Поступила ли сестра в среднюю школу или нет…

В конце концов, она села на автобус и поехала в Сеул. Купила для сестры платье, для брата – часы и пошла к дому-автобусу Джини. Она думала, что втайне от матери увидится с младшими и сразу поедет обратно. Однако Ёнчжу, увидев старшую сестру, выкрикнула её имя и заплакала. На крик прибежала Джини и заставила Ынчжу забрать сестру с собой. Она собрала вещи Ёнчжу, Ынчжу взяла одной рукой руку сестрёнки, а в другую её вещи. Ёнчжу спросила со страхом: «Я теперь буду жить с тобой и ходить в школу в Кванчжу?»

Спустя год Джини переехала к Ынчжу с её младшим братом. Всё семейство перебралось в полуподвальную комнату к Ынчжу. Джини ушла оттуда весной, когда Ынчжу исполнилось двадцать восемь лет. Её жизнь, заполненная лишь алкоголем и мужчинами, прервалась из-за рака. В том же году Ёнчжу стала школьной учительницей английского языка, а Кичжу отправился на службу в армию. Сама Ынчжу вышла замуж.

Её муж был младше её на три года физически, а морально – на все тринадцать. Он был огромным, но ничего не умел, кроме игры в бейсбол. С тех пор как он ушёл из бейсбола, он стал ещё и пьяницей. Чуть ли не каждый день приходил домой в изрядном подпитии. Она нашла ему работу и учила его выживать в джунглях под названием «мир». Заботилась о нём, при этом сама работала очень много. В ресторане официанткой, кассиром в магазине, сиделкой, поваром в школьной столовой…

Дом, который она приобрела спустя двенадцать лет после свадьбы, был для неё не просто домом. Сто пятьдесят квадратных метров были не просто цифрами. И дом, и его метраж являлись для Ынчжу свидетельством того, что она живёт не как Джини. Свидетельством того, что она боролась со своей «собачьей жизнью» и победила. Этот дом был обещанием матери обеспечить будущее своему сыну. Она сделает всё, чтобы ему не пришлось выживать в джунглях с голыми руками.

Ынчжу закрыла двери веранды и вошла в гостиную. Жаль, пора уже было возвращаться домой. Она беспокоилась о сыне, который допоздна сидел там один. Дойдя до прихожей, она ещё раз окинула взглядом всю квартиру и пообещала себе, что через три года непременно сюда вернётся. Она будет работать и сделает для этого всё возможное. Да, ради этой цели она была готова на всё. Кроме торговли собственным телом и уголовщины.

Она достала из сумки карандаш для бровей и в прихожей присела на корточки. Подняла край линолеума и на бетонном полу крупными буквами вывела: «Кан Ынчжу Чхве Совон»

Немного поколебавшись, решила добавить: «Чхве Хёнсу».

Ынчжу вышла из квартиры и спустилась вниз. Выходя из лифта, она открыла мобильник. На этот раз вместо ответа «телефон отключён», раздались гудки. Однако он всё равно не ответил. Забытый ненадолго гнев охватил её с новой силой. Радостное настроение исчезло сразу же, как только она покинула квартиру. Её переполняла злость. Если такое можно назвать талантом, то у него и в самом деле был талант: пальцем не пошевелив, не открыв и рта, превратить жизнь жены в кошмар.

Ынчжу предположила, что муж включил телефон, чтобы кому-то позвонить. Может быть, Киму Хёнтхэ, или какому-то старому другу, или кому-то, кого она вообще не знает. Однако это было не так уж важно. Важно то, что он не отвечал только на её звонки.

Жаркий воздух поднимался из дренажной канавы у дороги. Ынчжу посмотрела на другую сторону улицы. На рекламном щите часы показывали 22:50. Так, хорошо, Чхве Хёнсу, посмотрим, кому в конце концов достанется победа.

Она опять нажала зелёную кнопку мобильника.