Соблазняя - Блейк Пирс

– Не может быть, – сказал Суинни. – Заходи, присядь и отдохни минутку.

Джейк последовал за Суинни в маленькую хижину, освещённую парой газовых фонарей. Джейк сел в довольно неудобное кресло с прямой спинкой. Суинни достал из шкафа бутылку и пару стаканов.

– Из напитков могу предложить лишь свежеприготовленный сидр. Я набираю яблоки в старом саду выше на горе.

– Это было бы прекрасно, – сказал Джейк, беря стакан, который протянул ему Суинни.

Он сделал глоток сидра и поразился его терпкости.

Крепкий сидр.

Джейк решил, что, если он хочет спуститься с горы целым и невредимым, лучше не налегать.

Суинни придвинул ещё один стул и сел напротив него. В мерцающем свете лампы Джейк заметил поразительное сходство с Райли.

Суинни спросил:

– Так и что, она всё-таки бросила школу? Если так, то я рад этому. Диплом по психологии – что в этом хорошего?

Джейк почти начал объяснять, что Райли не бросила Лантон, а закончила школу этим летом, но потом вспомнил…

Его не было на её выпускном.

Насколько Джейк знал, Райли даже не пригласила его.

Он сказал:

– У вашей дочери впечатляющий врождённый дар. Я заметил это, когда она помогла мне поймать убийцу. У неё редкий инстинкт, и я хочу помочь ей развить его. Понимаете…

Джейк уже собирался объяснить, как Райли может проникать в сознание убийцы, когда Суинни прервал его:

– Я знаю. Она охотник. Как я. Я её так воспитал.

Джейк замолчал. Он не знал, что сказать.

Суинни сделал глоток сидра и сказал:

– Скажи мне, Криваро. У тебя есть дети?

Джейк неловко заёрзал на стуле.

– Да, сын по имени Тайсон, примерно одного возраста с Райли.

– Какие у тебя отношения с Тайсоном? – спросил Суинни.

Джейку стало ещё некомфортней. Суинни задел его за живое. Джейк не был близок с сыном и уже несколько месяцев не получал от него ни весточки.

– У нас хорошие отношения, – сказал Джейк.

Суинни слегка ухмыльнулся, и Джейк заметил в его глазах огонёк, напомнивший ему Райли.

– Никогда не пытайся лгать охотнику, – сказал Суинни. – У нас есть инстинкты, о которых ты говорил, и мы видим тебя насквозь. Ладно тебе, расскажи мне правду о себе и твоём мальчике.

Чувствуя себя неловко, Джейк медленно произнёс:

– По правде говоря, мы с Тайсоном… не очень-то ладим.

Суинни усмехнулся.

– Рад это слышать. Я не стал бы доверять человеку, чьи дети не ненавидят его.

Джейк слегка поморщился. Тайсон не ненавидел его, это точно. Но Джейк не хотел вдаваться в подробности и уж точно не собирался ввязываться в спор.

Суинни сказал:

– У меня две дочери, которые ненавидят меня до глубины души. Я не заставлял их ненавидеть меня – по крайней мере, старшую, Венди. Но ненависть ко мне была для неё так естественна, что я не видел причин не дать ей повода для этого. Когда же родилась Райли…

Голос Суинни оборвался, а в глазах появилось отсутствующее выражение.

Джейку показалось, что Суинни забыл о его присутствии.

В наступившей тишине Джейк поймал себя на размышлениях о том, что узнал о Райли, исследуя её прошлое, о чём сама Райли, вероятно, не догадывалась.

Джейк сказал:

– Мать Райли убили, когда она была маленькой, да?

Суинни поморщился.

Джейк понял, что теперь сам попал в его больное место.

– Карен застрелили в кондитерской, – прошептал Суинни. – Какой-то тупой головорез, который бесследно исчез и, возможно, до сих пор жив. Вот как работает правосудие в этом мире, с вашего позволения.

– И Райли была там, когда это случилось, не так ли? Она видела, как это произошло.

Суинни молча кивнул.

Джейк сказал:

– Такой опыт… он может преследовать всю жизнь. Оставить шрамы.

Суинни почти прорычал:

– Да, но она не получает от меня сочувствия.

Джейка потрясла суровость его слов.

– Ей было всего шесть лет! – воскликнул он. – Вы хотите сказать, что вините её в случившемся?

Суинни внезапно резко рявкнул:

– Конечно, я виню её. Я виню всех. Я виню человека, который стрелял. Я виню продавца, который стоял и смотрел. Я виню копов в том, что они не нашли ублюдка, который это сделал. И я виню себя.

Джейк медленно проговорил:

– Но… ведь вас там даже не было, когда это случилось.

Суинни заглянул Джейку в глаза, с каждой секундой становясь всё больше похожим на Райли.

– Что именно вам не понятно, агент Криваро? Я виню себя и за то, что случилось во Вьетнаме, потому что кто-то должен взять на себя эту вину. Мы все виноваты – в чём-то, во всём. И если мы не можем принять это и жить с этим, мы не достойны жизни вообще. Мне ни черта не нужен тот, кто ни в чем себя не винит. И если Райли всё ещё винит себя в том, что случилось с её матерью…

Суинни глубоко вздохнул и кивнул.

– Тем лучше для неё. Это делает её лучшим охотником.

У Джейка отпала челюсть. Теперь он был совершенно ошеломлён.

Суинни глотнул ещё сидра и сказал:

– Скажи мне, так как она под твоей… опекой?

Криваро понял, что не знает, как ответить на этот вопрос.

Когда он высадил Райли Суинни у её общежития несколько часов назад, казалось, что их разрыв окончателен.

Но так ли это на самом деле?

Вместо ответа Джейк поставил стакан и сказал:

– Я, пожалуй, пойду.

Когда он поднялся со стула, Суинни мрачно усмехнулся и сказал:

– Она так плоха, да?

Криваро остановился на мгновение, глядя на крупного, язвительного человека.

Потом он честно сказал о Райли:

– Она – негранёный алмаз.

Улыбнувшись, Суинни сказал:

– Тогда старайся не сильно её полировать. Не сглаживай все эти шероховатости. Они ей пригодятся.

– Спасибо за сидр, – сказал Джейк.

Когда Джейк выходил за дверь, Суинни окликнул его:

– Криваро, я кое-что о тебе знаю. Что-то, чего ты сам можешь не знать.

Джейк обернулся и посмотрел на него.

– Ты хороший человек, – сказал Суинни.

От полнейшего недоумения у Джейка по коже пробежал мороз. Он чувствовал, что должен ответить на комплимент или, по крайней мере, поблагодарить Суинни.