Девушка в темной реке - Лорет Энн Уайт

– Однако документальный фильм так и не вышел?

– Отец Жасмин, Рауль Гулати, угрожал мне судом, если отснятый материал увидит свет. Спонсоры прекратили финансирование, и я осталась с неотредактированным материалом на руках.

– То есть у вас сохранились пленки с той экскурсии?!

– Ну да, они в коробках где-то в подвале.

– Вы позволите мне посмотреть материалы?

– Это же старые видеокассеты, и там километры пленки!

– Я бы очень хотела, если позволите.

– Формально материал принадлежит спонсорам, но вы же не станете где-то его демонстрировать, стало быть… Только вам понадобится видеомагнитофон и телевизор, или придется все оцифровывать.

– Я все сделаю.

Рейчел сверлила Энджи недоверчивым взглядом.

– Может, я что-то упускаю? Столько хлопот ради того, чтобы Джилли Монеган узнала о последних днях Жасмин? Предупреждаю, вы сто лет на просмотр ухлопаете, там масса материала.

– Судья Монеган щедро платит за мое время.

Рейчел снова облизала губы и медленно кивнула.

– Понятно. Вопрос, кто кого водит за нос, остается открытым… – Она встала. – У нее прозвище Музыкальный автомат, вы в курсе?

– Нет.

– А почему, знаете? Когда ее подводит память, она начинает петь, отвлекая внимание от своей болезни. Может запеть в ответ на любую просьбу, которую вам взбредет в голову озвучить, как настоящий живой музыкальный автомат. Музыкальная память у нее гениальная, но это не более чем отвлекающий маневр. Люди пугаются и забывают, о чем они с ней говорили.

– Но поет она великолепно.

– Что так, то так… Сейчас попрошу Дага достать коробки с кассетами из подпола. – Рейчел взглянула на часы. – Извините, у меня скоро встреча по «Скайпу», я должна приготовиться.

Встав, она отодвинула дверь в гостиную и остановилась с выжидательным видом.

Энджи Паллорино выключила диктофон и собрала фотографии. Сложив все в сумку, она поднялась, забросив ремень на плечо.

– А вы не знаете, у Жасмин был ребенок?

Рейчел заморгала:

– Что?!

– Я говорю, у Жасмин вообще был ребенок?

– Нет, – ошеломленно ответила Рейчел. – Я… Бог мой, я ни о чем таком не знала.

– Оглядываясь назад, может, вы вспомните что-нибудь из сказанного Жасмин, из чего можно было бы заключить, что она рожала?

– Нет! Я… – Недоверие на лице Харт превратилось в подозрение. – В жизни бы не поверила в такую возможность. А почему вы спрашиваете?

– Да вот, в голову пришло.

– С чего бы вдруг? В результатах вскрытия что-то было?

– Ничего однозначного.

Рейчел долго смотрела на Энджи, взвешивая ее слова. Ветер с шелестом понес опавшие листья по плиткам патио. Заметно посвежело.

– Я себе такого не представляю.

Из кухни вышел Даг, вытирая руки маленьким полотенцем. Рейчел взглянула на мужа:

– Мне пора готовиться к сеансу по «Скайпу». Даг, можешь принести Энджи кассеты с моими съемками? Приятно было познакомиться, – сказала она Паллорино.

Повернувшись уходить, Рейчел замялась и обернулась:

– Возможно, это не имеет отношения к делу, но вы сами увидите, несколько раз на камеру попало. Наши лодки преследовали трое мужчин. Они шли за нами по берегу и порядком напугали некоторых участниц. По-моему, это и было их намерением.

– Преследовали ваши лодки?! – раздельно повторила Энджи.

– У меня сложилась впечатление, что это кто-то из мужчин, которых мы видели в «Крюке и промахе». Кучка пьяных деревенщин. Жасмин успела настроить их против себя, и они решили отомстить не то ей, не то всем нам. Мне они, в принципе, казались безобидными, но я вот на всякий случай вам говорю.

– Как же ее угораздило?

– Сами увидите, – усмехнулась Рейчел Харт. – Мне удалось заснять разгар скандала… Какое прекрасное документальное кино о женщинах могло бы получиться! Ну ладно, кассеты надписаны, места съемок перечислены, список в коробке.

На этом Рейчел пересекла гостиную и пропала в недрах дома – должно быть, направилась в домашний офис.