Безумие - Кэтрин Ховелл

Софи так медленно ехала по пустым улицам Сурей-хиллз, что двигатель начал глохнуть. Она опустила стекло и, подсвечивая фонариком из окна, осматривала грязные подъезды многоквартирных домов и маленькие, заваленные хламом террасы стандартных коттеджей. Отчасти Софи помогал свет неполной луны, тускло освещавшей улицы. Из водосточной трубы выскочил черный кот, отчего Софи вздрогнула.

Она повернула налево за запрещающий знак и проехала пустой перекресток. В конце улицы у небольшой игровой площадки была припаркована машина «скорой помощи». В свете габаритных огней она увидела парамедиков, склонившихся над человеком, который лежал на траве, опираясь на локти. В одном из парамедиков Софи узнала Мика. Она оставила свою машину возле «скорой» и побежала через парк. Мик и его временный напарник, парамедик по имени Кили, смывали грязь с раны на ноге пострадавшего. Пациент глубоко вдыхал метоксифлуран. Когда Софи подошла к ним поближе, он улыбнулся ей:

– Привет, крошка.

Мик оглянулся.

– Софи?

Она разрыдалась:

– Они не могут найти Лачлана. Я ездила по городу и искала его сама. Я напугала до смерти какого-то беднягу с ребенком. Я просто не знаю, что мне делать.

Мик передал Кили емкость с физраствором и отвел Софи в сторону.

– Послушай. Я как раз собирался вызвать полицию. Этот мужчина рассказал, что вышел из квартиры и присел на качели, чтобы выпить чего-нибудь. Он не мог заснуть от того, что в квартире по соседству все время плакал ребенок.

Софи схватила Мика за руку.

– Іде он живет?

– Но это может быть и не Лачлан.

Софи поспешила к пострадавшему.

– Где вы живете?

На его лице появилась довольная улыбка, как у наркомана, поймавшего кайф от метоксифлурана.

– Вон там. На третьем этаже.

Софи посмотрела туда, куда он показывал головой. Это был многоэтажный дом.

– А где плакал ребенок?

– В квартире номер три-двенадцать.

Софи направилась к дому.

– Подожди, – сказал Мик. – Давай вызовем полицию.

– Поступай как знаешь, я не могу ждать.

Софи услышала, как Мик приказал Кили вызвать по рации полицию, а затем побежал за ней. Мик догнал ее у входной двери.

– Безопаснее будет дождаться полицию.

Софи ничего не ответила и ринулась вверх по лестнице через две ступеньки. Она услышала за спиной, как Мик нажал кнопку включения света на заданное время и поспешил за ней.

В подъезде стоял затхлый запах мочи, подгоревшего масла и сигаретного дыма. На лестничной площадке в углу валялись пустые банки из-под пива. Из квартиры на первом этаже доносился приглушенный смех. Послышался щелчок выключателя, и все погрузилось в темноту, но Софи продолжала подниматься по лестнице на ощупь.

– Что мы собираемся делать?

Сзади было слышно прерывистое дыхание Мика.

– Скажем, что кто-то позвонил и сообщил, что заболел ребенок.

– Это я должен им такое сказать?

– Я буду изображать полицейского.

– Что?

Софи почувствовала, как напряжена каждая клеточка ее тела. На лестничной площадке второго этажа она проверила, застегнута ли змейка на полицейской куртке. Теперь она услышала плач ребенка и ощутила, как по телу поползли мурашки. Ребенок плакал надрывно. Неужели это он? Неужели это Лачлан?

На площадке третьего этажа Мик включил свет. Квартира под номером три-двенадцать находилась через три двери от лестницы. Она постучала в дверь, и мужчина за дверью спросил:

– В чем дело?

Софи жестом подала Мику знак.

– «Скорая», – сказал он.

Из-за плача ребенка трудно было разобрать слова – за дверью переговаривались, потом последовал ответ.

– Мы не вызывали «скорую».

– Нам сообщили, что по этому адресу находится больной ребенок.

– Мы не вызывали.

– Значит, это сделал кто-то другой. И раз уж мы приехали, позвольте нам убедиться, что все в порядке.

– У нас все в порядке.

– Но мы слышим, как плачет ребенок, – сказал Мик. – Можно мы войдем на пару минут и осмотрим ребенка? После этого мы сразу же уедем.

Снова последовал приглушенный разговор. Мик жестом попросил Софи отойти к лестнице, но она не сдвинулась с места.

Мужчина за дверью сказал:

– Нам не нужна помощь, мы хотим, чтобы вы ушли.

Софи подошла вплотную к двери.

– Это полиция. Откройте дверь.

– Полиция, – выдохнул мужчина.

– Откройте дверь.

Несколько долгих минут нечего не происходило, и Софи решила, что мужчина догадался: она берет его на пушку. Но затем раздался звук снимаемой предохранительной цепочки, и дверь открылась. Свет залил лестничную площадку. Софи увидела мужчину в черных джинсах и футболке, со скрещенными на груди руками, а за его спиной на кушетке, обитой коричневым велюром, лежала женщина, обхватив руками завернутого в одеяло плачущего ребенка.

– Позвольте парамедику осмотреть ребенка, и мы сразу же уедем, – потребовала Софи.

– С каких это пор «скорая» и полиция работают вместе? – спросил мужчина.

– Иногда так бывает.

Софи вошла в квартиру первой. Мик последовал за ней. Женщина на кушетке – ей было за тридцать, загорелая, со спутанными каштановыми волосами – смотрела на них с негодованием. Завернутый в бледно-розовое потрепанное одеяло младенец лежал лицом к ней, поэтому единственное, что можно было увидеть, – прядь темных волос на его головке. У Софи учащенно забилось сердце.