Провидица - Питер Джеймс

– Уби-джуби-джуби! Гадкий, гадкий, гадкий!

От этих слов мурашки побежали у Сэм по коже.

– Неправда, я хороший!

– Нет, ты гадкий! – взвизгнула Джуди, подпрыгивая в своем цветастом платье.

– А вот и нет, нет!

– А вот и да!

– Ну-ка, дети, скажите: я ведь хороший?

– Не верьте ему: он гадкий!

Сэм окинула взглядом улыбающиеся лица; у некоторых ребятишек изо рта торчали палочки леденцов. Девочки в нарядных платьях, мальчики в рубашках, выбившихся во время игр из штанишек; у многих одежда заляпана едой. Какими они все станут, когда вырастут? Уже сейчас среди них были видны робкие и напористые, задиры и мыслители.

«Боже, – подумала Сэм, – им всем еще предстоит пройти большой путь, прежде чем… Прежде чем что? Пока они не начнут понимать, что к чему? Да взять хоть меня: вроде бы взрослая, тридцатидвухлетняя женщина, а ведь я еще даже и догадываться толком не начала. Может быть, смысл жизни вовсе даже не в ее понимании? Может, есть и еще что-то? А вдруг мы заглядываем не в те шкафы и проходим мимо главного? Неужели эти дети тоже когда-нибудь проснутся старыми неудачниками, но все так же будут открывать и закрывать шкафы? Искать в сумочках… сигареты? Или… ключ к жизни? Как мать Ричарда в кухне? Нет, не будут. Мы входим в эру Водолея. Все обретет СМЫСЛ. Новое ПОНИМАНИЕ».

– Ну-ка, дети, помогите мне. Если вы не думаете, что я гадкий, громко кричите: «НИЧЕГО ПОДОБНОГО!» Договорились?

– Ничего подобного! – раздался нестройный хор голосов.

– Не слушайте его, – взвизгнула Джуди. – Лучше поддержите меня. Кричите: «НЕТ, ОН ГАДКИЙ!»

Сэм посмотрела на сына: представление полностью захватило его. «Ники хороший мальчик, – подумала она. – Это уже и сейчас заметно. Он наверняка вырастет неравнодушным человеком».

– НЕТ, ОН ГАДКИЙ!

Сэм краем глаза увидела, как открывается дверь в конце комнаты.

– Слишком тихо! Ребята, кричите громче!

– НЕТ, ОН ГАДКИЙ!

Что-то здесь было не так.

Сэм чувствовала тревогу, но не понимала, чем она вызвана.

– Еще громче!

– НЕТ, ОН ГАДКИЙ!

Сначала она заметила на другом конце комнаты улыбку на его лице: то была улыбка демона, а не маленького мальчика. Через мгновение наваждение исчезло, и Сэм увидела смеющегося мальчика, упрямого капризулю, который настоял-таки на своем и теперь счастлив, на короткий миг, перед тем как ему и это наскучит. Он смеялся. Радостно смеялся, а у нее кровь стыла в жилах, буквально превращаясь в лед.

– Эдгар, – сказала Сэм одними губами. – Эдгар! – Она попыталась перекричать громкие голоса, поддерживающие Джуди. – Эдгар! – Теперь надо было перекричать голоса в поддержку Панча. – Положи его! Бога ради, немедленно положи его!

«Нет, ружье наверняка не заряжено. Это попросту невозможно. Ричард педантичен в таких делах. Не мог он допустить подобную глупость».

– Эдгар!

Он стоял в дверях; дробовик был слишком тяжел для него, и мальчишка напоминал этакого пьяного дуэлянта в миниатюре.

Палец, манящий ее в ночи.

04:15.

Когда она проснулась, часы в спальне показывали 04:15.

И сейчас на часах на каминной полке тоже была четверть пятого.

Палец на спусковом крючке.

«Уби-джуби-джуби!»

– Эдгар!

Она шагнула вперед.

Ружье описало дугу вдоль детских спин, прицелилось в нее, потом в потолок, потом снова опустилось на детей.

– Теперь я буду стрелять в голубей. – Сэм отчетливо услышала его слова через всю комнату, несмотря на шум. Так отчетливо, как если бы мальчишка стоял рядом с ней.

Ствол приподнялся, нацелился на нее.

– Эдгар, осторожно! Положи ружье!

Дробовик был направлен точно на нее.

– А ВОТ И НЕТ!

– А ВОТ И ДА!

– ЭДГАР, НЕМЕДЛЕННО ПОЛОЖИ РУЖЬЕ!

Казалось, даже с такого расстояния Сэм могла заглянуть внутрь обоих стволов.

– А ВОТ И НЕТ!

«Да замолчи ты! Бога ради, замолчи, идиот! Неужели ты ничего не видишь? Отгородился своей дурацкой ширмой!»

– Тюк-тюк, ой!

– Ты ударил меня? Ну, берегись!

– ПОЛОЖИ ЕГО! ЭДГАР, ПОЛОЖИ РУЖЬЕ!

– А вот и не ударишь!

– Еще как ударю!

Она услышала, как кто-то из ребятишек хихикнул.

Его палец лег на спусковой крючок.

– ЭДГАР!

Сэм в отчаянии смотрела на Ники. «Господи, как же защитить его и остальных, остановить Эдгара?»

Снова звук удара.

– Ой!

– Куда это он пропал? Дети, вы не знаете, куда подевался Панч?

– ОН ЗА ТОБОЙ!

Джуди повернулась:

– Нет, его там нет.

– ОН ТАМ, ОН ТАМ!

Она снова крутанулась:

– Нет, дети, его там нет!

– ОН ТАМ, ОН ТАМ!

Сэм увидела вспышку пламени, вырвавшуюся из ствола, и бросилась на пол. Эдгара отбросило назад, и она заметила недоуменное выражение на его лице. Ружье, словно в замедленной съемке, подпрыгнуло, потом беззвучно упало, трепыхаясь, как громадное крыло.

Она развернулась и увидела нечто похожее на хлопья снега, повисшие в воздухе вокруг полосатой ширмы. Что-то с грохотом рухнуло на пол, ударилось о плинтус и замерло у ее ног. Голова Панча. Она лежала, по-идиотски ухмыляясь; выстрелом Панчу снесло глаз и половину щеки.

Потом звук выстрела достиг наконец ушей Сэм, прошел сквозь нее, как ударная волна, отбросил в сторону, оглушил, и теперь она слышала только слабый звон.

Она увидела, как смех сошел с лиц ребятишек, словно бы разом упали маски. Сэм в ужасе оглядела комнату. Ники стоял с разинутым ртом, держа в руке леденец. Она поднялась на ноги, прошла мимо неподвижных детей, которые замерли, словно статуэтки. Опустилась на колени, обняла сына, прижала к себе:

– Ты цел, Тигренок? Все в порядке?

Он кивнул, а мать безумным взглядом вновь оглядела комнату.

– Ричард, – позвала она. – Ричард!

Она чувствовала, что говорит это, однако не слышала собственных слов. Но муж уже был здесь, он так странно двигался по комнате, будто в замедленном кино.

Сэм ощутила запах пороха. Слух понемногу возвращался, и она услышала детский плач. Ники все еще смотрел на сцену с разорванной ширмой. Вокруг в воздухе плавали клочки материи, а мальчик словно бы ждал, что сейчас Панч запрыгнет туда и продолжит представление.