Опасные игры - Тэсс Даймонд

Фрэнка Эденхёрста можно было назвать патриотом, отличным стрелком, черт возьми, неплохим игроком в шахматы, порядочным мужем – по крайней мере, Элис пока не жаловалась, а в октябре исполнится уже тридцать пять лет, как они женаты.

Но его никак нельзя было назвать тактичным. Именно поэтому, когда Макс Грейсон подошел к нему в кабинете сенатора, попивая свою зеленую жижу из прозрачной стеклянной бутылочки, и спросил, что он думает о том, чтобы назначить пресс-конференцию в Хейл-билдинг, Фрэнк покряхтел и выдал:

– Это ужасная идея.

– Чепуха! – почти весело замахал ручками Грейсон. – Для выборов это как нельзя лучше, объединит всю страну. Ощущение сплоченности, все в таком духе.

– Это привлечет внимание к кое-чему, что пока что, слава небесам, остается незамеченным, и поставит под угрозу жизнь ребенка, – процедил Фрэнк.

О чем, черт возьми, думал сенатор, слушаясь ужасных советов этого подхалима? Грейсон, очевидно, думал только о политике, и для него не было ничего важнее повышения рейтинга, даже жизнь дочери его босса. Но зачем это понадобилось сенатору? После вчерашней стычки Мэгги с сенатором Фрэнк был настороже. Мотивация сенатора не была ясна – но зато понятней стало поведение похитителя. Ему был нужен именно сенатор. Фрэнк мониторил телефоны с четырех утра. Но он не только готовился к обещанному звонку похитителя с номером банковского счета – он отслеживал, кому звонил Фибс. Пока у Фрэнка ничего не было, но игра только начиналась, и это еще ничего не значило.

– Все новостные порталы в любом случае вот-вот запестрят заголовками о похищении – это всего лишь дело времени, – сказал Грейсон, слегка раздражаясь от того, как явно Фрэнк выражал отсутствие энтузиазма по поводу пресс-конференции. – Но в таком случае мы сможем контролировать, что именно пресса напишет.

Его телефон зазвонил.

– Прошу меня извинить, – кивнул он Фрэнку. – Говорит Грейсон, – сказал Макс, уходя. – Нет-нет, мне нужно как минимум еще три камеры в зале. Я хочу, чтобы сенатор и его жена были сняты со всех углов. И сообщите мне, что там с освещением. – Он щелкнул пальцами одной из ассистентов, которые носились вокруг: – Кто-нибудь видел миссис Фибс?

– Я не думаю, что она сегодня вставала с кровати, сэр, – ответила женщина.

Грейсон закатил глаза и повернулся к своему телефону.

Фрэнк едва сдержался, чтобы не фыркнуть от отвращения. Да, этот парень – просто шедевр.

Кстати, о шедеврах: приехала Мэгги, а за ней и Джейк О’Коннор. Она бросила взгляд на Грейсона, на то, как он расхаживал вперед-назад, споря о том, куда установить камеры и как часто надо проверять микрофоны, и ее губы сжались так плотно, что почти исчезли.

– К нам поступали звонки? – спросила она у Фрэнка. – Похититель дал нам номер счета?

Он покачал головой, но она, кажется, не была удивлена новостям.

– Они все еще собираются проводить пресс-конференцию? – спросила Мэгги, сузив глаза.

– Похоже на то, – угрюмо пробормотал Фрэнк. – Я пытался их отговорить, но они меня не слушают. Можно было бы пойти на компромисс – они отложат конференцию до завтра, чтобы у нас было больше времени для переговоров.

– Что ж, это мы еще посмотрим, – сказала Мэгги. Прежде чем Фрэнк смог ее остановить, она зашагала вниз по лестнице, резко и отрывисто выкрикивая: – Грейсон!

Он повернулся к ней, указал на телефон и снова встал спиной.

Фрэнк поморщился. Плохой ход. Игнорировать Мэгги – это как игнорировать солнце в зените.