Явился паук - Джеймс Паттерсон

Близился двенадцатый час ночи, а мы все торчали в доме Мерфи. На улице, за ярко-желтыми веревками, которыми оцепили дом, топтались журналисты и пара сотен знакомых и соседей со всего Уилмингтона. В городке отродясь не бывало более тревожной ночи.

Мы организовали облаву вдоль всего восточного побережья и на западе, в Пенсильвании и Огайо. Казалось невероятным, чтобы Гэри Сонеджи-Мерфи удалось ускользнуть во второй раз. Не верилось, что он умудрился спланировать и этот побег так же, как в Вашингтоне.

Все дело в том, что один из малышей на празднике заметил полицейскую машину, проезжавшую мимо дома за минуту до нашего прибытия, и случайно обратил на нее внимание мистера Мерфи. И тот смылся — благодаря простому везению. Мы опоздали всего на несколько минут!

Мы с Сэмпсоном более часа допрашивали Мисси Мерфи, в надежде хоть что-то узнать о настоящем Сонеджи-Мерфи.

Мисси была такой же, как матери ребятишек в Вашингтонской частной школе: малость полновата, но симпатичная. Светлые волосы уложены в озорную прическу, в противовес строгому наряду — темно-синей юбке и белой блузке.

— Вижу, что вы не верите, но уж я-то хорошо знаю Гэри, знаю, что он из себя представляет, — убеждала она. — Он не похититель!

Разговаривая, она беспрерывно курила, только этим выдавая свою тревогу и боль. Мы сидели на чистой и опрятной, невзирая на празднество, кухне. Я заметил кулинарные книги Бетти Крокер, брошюры о вкусной и здоровой пище и томик «Медитация для слишком занятых женщин». На холодильнике — снимок Гэри Сонеджи-Мерфи в плавках: типичный американский папаша.

— Гэри — абсолютно не агрессивный человек, — поясняла Мисси Мерфи, — он даже не в состоянии наказать Рони.

Это заинтересовало меня: его модель поведения в точности совпадает с моделью социопатов. Некогда я занимался темой «Социопаты и их отношение к собственным детям». Дело в том, что таким людям обычно трудно наказывать собственных детей.

— Он объяснял вам, почему ему трудно наказывать дочку?

— У него было несчастливое детство, и для Рони он хотел лишь самого лучшего. Он понимает, что это — компенсация. У него светлая голова. Если б он хотел, давно имел бы степень по математике.

— А Гэри вырос здесь, в Уилмингтоне? — мягко поинтересовался Сэмпсон. Он умеет беседовать с женщинами любезно и просто.

— Нет, в Принстоне, Нью-Джерси. Он там жил до пятнадцати лет.

Быстро взглянув на меня, Сэмпсон сделал пометку в блокноте. Принстон совсем рядом с Хоупвеллом, где в тридцатые годы похитили маленького Линдберга. Мы до сих пор не поняли, почему Сонеджи подписывает свои послания «Сын Линдберга».

— А его семья все еще живет в Принстоне? Нельзя ли с ними связаться? — спросил я.

— Никого из семьи не осталось. У них случился пожар, и все — отец, мачеха и брат с сестрой — погибли. А Гэри в это время был в школе.