Дом зла - Каролина Фарр

После полудня ветер стих. Высоко по небу поплыли неторопливо облака, остатки разогнанных туч. Мужчины вернулись из бухты расстроенные – попытка привести "Мистраль" на место не удалась. Она прочно застряла на мели, и от разрушения ее спасло лишь то обстоятельство, что ветер утих.

Дэвид сообщил мне, что они предпримут новую попытку сегодня поздно вечером, когда воды прибудет на фут во время прилива и шансы стащить яхту в глубокую воду возрастут при условии, что вновь не поднимется сильный ветер.

– Мы все-таки затащим ее в бухту, – сказал он, – я уверен.

Я покачала головой. За окнами с равномерным угрожающим грохотом билось о камни море. Правда, выбросы из вентиляционного отверстия стали потише, но только потому, что был отлив.

– Вы не нашли Боба Дженсена, Дэвид? – спросила я.

– Нет. Боюсь, что Кивер прав. Боб сбежал. Мы с Керром обыскали его жилище. Боб никогда не заботился о своей одежде с тех пор, как умерла его жена. Весь его скудный гардероб мы с Керром знаем наизусть. Костюм для праздничных случаев – его нет на месте. Несколько белых рубашек тоже исчезли, и та одежда, в которой он последний раз приходил сюда, приносил лобстеров миссис Рэтбоун. Был еще бумажник, подаренный Линдой и Робин на Рождество, перед тем как Линда... умерла. Бумажник исчез, и мы не могли найти денег в доме, хотя он всегда имел при себе наличными долларов сорок – пятьдесят. Он взял с собой все, как человек, который собрался бежать.

– Бежать куда? До Тригони семь миль, так? И прошлой ночью дорога была непроходима.

Он покачал головой:

– Это не остановило бы Дженсена. Он мог пройти через дюны. В пяти милях отсюда есть железная дорога с полустанками. Если он натворил что-то плохое, он не пошел бы в Тригони. Его там слишком хорошо знают. Мне очень жаль, Диана, но Кивер прав. Боб явился сюда как вор, а вы его застали врасплох. Он запаниковал. Это Боб пытался душить Робин прошлой ночью.

– Кивер ни в чем не уверен, – возразила я сердито. – Кивер обдумывал множество версий, пока не обнаружилось, что Боб пропал.

Он с удивлением посмотрел на меня:

– Я не совсем понимаю вас, Диана.

– Я хочу сказать, что детектива Кивера больше интересовал человек, который рылся в книгах. Тот, кто внизу, в библиотеке, изучал книги по медицине. Особенно медицинские справочники. Тот, кто знал, что, если ребенку, больному ревматической лихорадкой, перекрыть на время доступ воздуха в легкие, это может вызвать паралич сердца, который, возможно, впоследствии будет признан естественной причиной смерти. Нам нужен тот, кто знал, что, если ввести в вену воздух, это вызовет закупорку, и тогда в смерти обвинят медсестру или доктора привлекут за преступную халатность.

– Вы серьезно, Диана?

– Конечно! Если такой человек существует, Дэвид, ему не составит труда найти способ, чтобы обвинить во всем Боба Дженсена.

– Так думает Кивер?

– Я не знаю, что он думает, – сказала я сердито, – кажется, сейчас для него главной темой стало исчезновение Боба Дженсена.

Он долго и внимательно рассматривал мое гневное лицо, потом улыбнулся:

– Я бы никому не рассказывал об этом, Диана, на вашем месте. Пусть Кивер ведет расследование. Боб далеко не уйдет. Если он совершил преступление – пытался совершить, – он не сможет долго скрываться от полиции. Он всегда был слишком честен и прям – слишком верен. И я ему обязан многим. Если что, я найму для него хорошего защитника. Ну как, это вас удовлетворяет?

Я утвердительно наклонила голову:

– Даже сама не знаю, почему я так уверена в непричастности Боба Дженсена. Просто этот честный, трудолюбивый рыбак мне понравился с первого взгляда, и я ощутила к нему полное доверие.

– А я не перестаю думать о Робин, – сказал Дэвид. – Диана, я собираюсь вновь показать ее психиатру, получить консультацию лучшего специалиста. Вы правы, надо вытащить из ее сознания спрятанные куски памяти. Я говорил об этом вчера вечером с матерью. Я возьму Робин с собой в Нью-Йорк завтра.

– Я рада этому. С вами она будет в безопасности.

Он рассмеялся:

– Ну вот, вы снова. Пойдемте со мной на галерею. Я хочу показать вам "Мистраль" на берегу. Марта уже там.

К тому времени Изабель и Дафна присоединились к Марте, и я вместе с остальными разглядывала "Мистраль" через полевой бинокль. Судно выбросило на берег, и оно лежало, завалившись на бок. Через бинокль видны были свисающие с кормы веревки и якоря, удерживающие яхту от дальнейшего выноса на берег.

Только с Мартой я чувствовала себя в своей тарелке, но присутствие двух других женщин было мне неприятно. Поэтому, извинившись, я ушла к Робин, оставив Дэвида рассказывать присутствующим, что он хочет взять с собой дочь в Нью-Йорк.

Видно было, что Марта с трудом сдерживает слезы, как это было вчера. Но Дафну и Изабель мало интересовали его проблемы.

Я слышала, как Дафна сказала:

– Я запру дверь на ночь, когда Керр уйдет опять на берег. Я не смогу заснуть, пока его не поймают! Подумать только, это могла быть я, или Изабель, любой из нас вместо Робин! Мы здесь в опасности, пока полиция его не схватит...

Я про себя очень пожалела, что они не оказались на месте Робин. Закрыла дверь на галерею и пошла к ней. Робин спала. Я села рядом, глядя на нее и глубоко задумавшись.

Дэвид ведет себя неосмотрительно, даже глупо, рассказывая всем подряд, что он хочет увезти с собой Робин. Полицейские покинули дом. Мы остались беззащитны. Правда, есть наши мужчины. Но они ночью опять все уйдут спасать свою проклятую яхту.