Сон разума - Наль Подольский

Но, увы, попытавшись ее просмотреть на плейере Карины, они увидели лишь мелькание точек на экране. На кассете, несомненно, что-то было, однако в другой системе записи.

Тогда они спустились к нему и попробовали кассету на плейере с другим декодером — и с тем же результатом. Напрашивалась мысль, что здесь, в целях защиты информации, была применена какая-то специальная система видеозаписи.

Видя разочарование Карины, Александр Петрович решил ее утешить.

— Ты сегодня была изумительна, — заявил он торжественно, — но не всегда под руками окажется подходящая дверь. Я думаю, тебе пора иметь вот это. — Он протянул ей газовый пистолет. — Те, что с зелеными донышками, — боевые патроны, с газом, а с желтыми — холостые, только для звука. Как говорится, первый — предупредительный.

Он с удивлением заметил, что Карина смотрит на новую игрушку почти безучастно.

— Чудесный подарок, спасибо, — слабо улыбнулась она, — но я, кажется, смертельно устала. Сегодня был бесконечный день. Из меня словно воздух выпустили, я пойду.

— Да, тебе сегодня досталось, — сказал он задумчиво, — да и я приморился.

Он пошел ее проводить, и пожелание спокойной ночи завершилось долгим поцелуем. Она не противилась и не пыталась прервать его, но ее губы оставались вялыми и безразличными. Впрочем, это можно было отнести на счет усталости.

Наутро адвокат развил кипучую деятельность, имея в виду получение объявленного «Крекингом» вознаграждения за возврат документов. Он решил, что с учетом последних событий откладывать контакт с фирмой больше, чем на день, опасно, но и совать к ним нос без надлежащей разведки не менее опасно. Начал он, как обычно, с телефонных звонков, затем составил опись найденных документов, после чего настало время поездок и визуального общения. У юриста фирмы «Крекинг», путем косвенных расспросов, он выяснил, что, как он и предполагал, им ничего не известно о вчерашнем чердачном инциденте. Кроме того, ему удалось выйти на одного из психиатров, к которым обращался Холщевников, но дозвониться до него не удалось.

Карина, встав поздно, отправилась в свою галерею, но пробыла в ней недолго. Делать там было нечего, в арт-бизнесе наступил мертвый сезон. Абсурдные таможенные поборы, в несколько раз превышающие стоимость самой картины, удерживали иностранцев от покупок живописи. На внутреннем же рынке сейчас она просто была никому не нужна.

Вернувшись домой и убедившись, что адвокат отсутствует, Карина на скорую руку перекусила на кухне. Ей вдруг показалось глупым накрывать на стол для себя одной, хотя до недавнего времени она это делала с удовольствием. Вскоре она с раздражением обнаружила, что в собственном доме не находит для себя удобного места. Сначала она расположилась с чашкой кофе и только что купленным у уличного торговца романом за письменным столом, потом перекочевала в кресло, но никак не могла отделаться от ощущения скуки И беспричинного беспокойства. И, увы, происхождение трупа, выловленного из Темзы полицейскими Ист-Энда, ее совершенно не волновало.

Она решила, виной всему духота и жара. Наверное, к вечеру натянет грозу. Ну да, это нормально, начало августа, подумала она уныло.

Карина положила роман в сумку, затем, рассеянно покрутив барабан газового пистолета, сунула его туда же.

Она вышла из дома с намерением почитать часок где-нибудь на садовой скамейке и сбить дурное настроение, но вместо этого бесцельно бродила по улицам и никак не могла остановиться. Неосознанно выбрав привычный маршрут, она очутилась в сквере перед домом Квасниковых, где наконец решилась разместиться со своей книжкой. Как назло, сюжет был нудно и академично запутан, и ее к тому же то и дело отвлекали собачники, подходившие поболтать уже на правах старых знакомых.

В результате Карина все же скоротала время до начала сумерек. Она уже собралась уходить, когда к ней подсел молодой человек с нахальной, но благодушной улыбкой:

— Не узнаете?

— У меня хорошая память, — усмехнулась она, — вы поблизости торговали пивом и продали нам обрезок бутылки, — она поднялась, — мне пора.

Парень встал тоже:

— А я еще много чего об этом знаю… о чем вы тогда спрашивали. Интересуетесь?

— Да, если недолго. Что же вы об этом знаете?

— А то, что вам очень сильно дурят голову.

— Что за чепуха? Кто дурит?

— Вы так не поверите, мне надо вам показать. Я здесь рядом живу, через три дома, вон там, — он показал рукой, — зайдете?

— Нет, мне не по пути, спасибо.

— Вы только не бойтесь, я вам ничего не сделаю.

— Я не боюсь, — пожала плечами Карина, — но мне не по пути.

— Я же этого вашего… муж он вам или… так? Я его давно знаю, он адвокат, Защищал меня по одному дельцу.

— Почему же он вас не вспомнил?

— Я вот и говорю: пойдемте, все объясню, все покажу.

— Ладно, пошли.

Он привел ее в грязную однокомнатную квартиру, заваленную коробками, мешками и ящиками, — судя по всему, он не только торговал пивом, но и спекулировал чем придется, а может, сбывал краденое.

— Садитесь. — Он широким жестом пригласил Карину к столу с переполненной пепельницей и недоеденными бутербродами на клеенке.

— Не хочу, спасибо, — отказалась она, — я на одну минуту. Что вы хотели мне показать?

— Ну нет, обижать не надо. Свои дела делай, а обижать не надо. — Он потянулся к Карине, явно собираясь усадить ее насильно.

— Хорошо, хорошо, — она села на стул, — так в чем дело?

— Не гони машину, я, как-никак, с работы. — Парень тоже уселся, и Карина с некоторым опозданием заметила, что он затыкает собой единственный проход, ведущий от нее к двери. Не то чтобы она его боялась, но ни одна из героинь читанных ею романов не позволила бы усадить себя таким образом.

Парень тем временем, пошарив рукой на полу, выставил на стол бутылку с жидкостью неопределенного цвета и налил Карине и себе в плохо вымытые рюмки.

Дождавшись, когда он выпьет, Карина спросила, слегка растягивая слова, — эта манера у нее появлялась, когда ее основательно выводили из себя:

— Так вы объясните или нет, в чем дело?

— А вот в том и дело, — парень ухмыльнулся, — что твой старикан дурит тебе голову.

Он поднялся и принес из угла комнаты коробку с разрезанными на части бутылками:

— Вон сколько бутылок перепортил, пока ровный срез не получился… ну тот, что вы у меня взяли. Смотри, как делается: сначала линию намечаю напильником, потом нитку со спиртом. Поджег, под кран — и готово. Это мне твой старикан заказал.

— Я вам не верю.

— Дело хозяйское. А ты вот это тогда почитай. — Он протянул ей сложенный вчетверо замызганный лист бумаги.

Она развернула его и стала читать — это было описание эпизода с Колей Квасниковым и его бластером, изложенное этим парнем три дня назад.