Брошенные тела - Джеффри Дивер

Так они довольно резво преодолели первые пятьсот ярдов, потом еще около мили.

Внезапно Бринн вздрогнула и обернулась. Ей послышался голос.

Но это всего лишь Мишель бормотала что-то себе под нос — в голубоватом свете луны она походила на привидение. Бринн тоже имела привычку беседовать сама с собой. Болезнь отняла у нее отца, лучшая подруга по службе стала жертвой пьяного шофера. К тому же ей пришлось расстаться с Кейтом. И в дни печали она много говорила сама с собой вслух, моля, чтобы хватило сил пережить все это, или просто пытаясь отвлечься. По непонятным ей причинам слова имели болеутоляющий эффект. Да что там, она прибегла к этому средству не далее как нынешним днем, пока в больнице Джоуи делали рентгеновский снимок руки. Бринн, правда, совершенно не помнила, что твердила себе тогда.

Они то и дело огибали затянутые тиной пруды, едва видные сквозь кусты вахты и клюквы. К своему удивлению, Бринн заметила подсвеченную лунной иллюминацией семейку саррацений — плотоядных растений, о которых узнала опять-таки, помогая сыну с уроками. Лягушачьи трели стали как будто тревожнее, то и дело раздавались мрачные крики ночных птиц. К счастью, сезон комаров еще не наступил. Бринн притягивала их, как магнит железо, и летом чаще опрыскивалась репеллентом, чем духами.

Чтобы приободрить себя по примеру Мишель, Бринн принялась едва слышно шептать:

— Мне знаком этот заповедник. Я дважды участвовала здесь в спасательных операциях.

Она действительно в свое время добровольно вызвалась на те задания, чтобы практикой подкрепить знания, полученные на семинарах при полицейском управлении штата, где помимо прочего ей пришлось по собственному выбору пройти утомительный и временами трудный, хотя и укороченный курс выживания в условиях дикой природы.

Правда, одна из спасательных операций на деле вылилась в пренеприятную миссию — поиски трупа. Но Бринн сейчас старалась не вспоминать об этом.

— Не могу сказать, что знаю эти места как свои пять пальцев, но приблизительное представление у меня есть. Где-то здесь неподалеку проходит туристическая тропа под названием «Джолиет». До нее полторы-две мили. Ты слышала о ней?

Мишель отрицательно помотала головой, разглядывая кучу старых сосновых иголок под ногами. Она шмыгнула носом и утерла его рукавом.

— Тропа приведет нас прямиком к домику рейнджеров. Сейчас он наверняка пустует, но мы можем найти там телефон и даже ружье.

На этот домик Бринн рассчитывала в первую очередь. Но если они его не найдут или не смогут в него проникнуть, придется пройти дальше по «Джолиет», которая сворачивает к северо-востоку и пересекает речку Змейка.

— Вдоль реки мы направимся к востоку, в сторону Пойнт-оф-Рокса. Это достаточно большой населенный пункт по противоположную сторону заповедника. С магазинами — а стало быть, и телефонами — и подобием полицейского участка. Работают там скорее всего добровольцы на полставки, но мы все равно сможем к ним обратиться. Это довольно-таки далеко, миль пять, а то и шесть, но вдоль реки берег ровный, и идти будет легко. Есть и другой вариант. Добравшись до речки, мы можем свернуть на запад и взобраться на верх ущелья, по которому она протекает. Так мы попадем к скоростной магистрали у моста. Движение там довольно оживленное. Какой-нибудь грузовик или легковушка непременно остановится.

— Подниматься вверх по горам? — пробормотала Мишель. — Но я боюсь высоты.

Бринн тоже ее боялась (хотя это не помешало ей однажды преодолеть сложнейший подъем, чтобы добраться до ждавшего на вершине бочонка с пивом «Олд Милуоки» — традиция посвящения, которую проходили все выпускники полицейской академии штата). А подъем к вершине ущелья будет, несомненно, крутым и опасным. Мост возвышался над рекой почти на сорок ярдов, а скалы по ее берегам местами почти отвесные. Именно здесь их спасательная группа и обнаружила тогда труп, который им поручили найти. Молодой человек оступился и упал. Высота падения вроде бы была небольшой — ярдов шесть, но, к своему несчастью, он напоролся на острую ветвь дерева. Судмедэксперт сказал, что смерть наступила только минут через двадцать после падения.

Увиденное тогда до сих пор посещало Бринн Маккензи в кошмарах.

Из сосняка они попали в старую часть леса, густую и темную. Бринн старалась прокладывать маршрут как можно менее обременительный для подвернутой ноги Мишель. Но все чаще на пути им попадались совершенно непроходимые сплетения веток подлеска, кустарников и вьющихся растений, которые приходилось обходить, делая круг. Через какие-то заросли все же удавалось с трудом пробираться напрямую.

В самую черноту они даже не совались, опасаясь попасть в болото или сорваться с незаметного во мраке обрыва.

И на всем пути им напоминали, что они здесь не одни. Мелькали летучие мыши, ухали филины. Бринн перепугалась насмерть, наступив на край оленьего ребра, которое под ее тяжестью резко выпрямилось и ударило по коленке. Она отшатнулась от обглоданной добела кости. Потрескавшийся череп животного валялся рядом.

Мишель уставилась на остатки оленьего скелета широко открытыми от страха глазами, но смолчала.

— Идем. Это всего лишь старые кости.

Они прошли через заросли еще ярдов сто. Внезапно Мишель оступилась, чтобы не упасть, ухватилась за какую-то ветку, но тут же вскрикнула от боли.

— Что случилось?

Девушка сорвала с руки тонкую перчатку и принялась разглядывать руку. Из ладони торчали два шипа, неглубоко проникшие под кожу. В глазах ее застыл немой ужас.

— Ничего страшного! Это всего-навсего ежевика. Они не причинят тебе вреда. Ну-ка, дай мне посмотреть!

— Нет! Не прикасайся!

Но Бринн уже взяла ее руку и включила свечную зажигалку, чтобы осмотреть ранки.

— Нужно просто вынуть колючки, чтобы не занести инфекцию. Через пять минут ты уже не почувствуешь ни малейшей боли.

Бринн легкими движениями вытащила шипы, но девушка все равно морщилась и постанывала, разглядывая два расплывшихся пятнышка крови. Бринн достала бутылочку со спиртом, смочила им краешек носка и стала обмывать ранки, обратив внимание на длинные, покрытые темным лаком ногти актрисы.

— Дай, я сама, — сказала Мишель, слегка прикоснувшись к коже. Она вернула Бринн носок, вытащила из кармана бумажный носовой платок и прижала к ранкам. А когда через минуту убрала его, от крови не осталось и следа.

— Ну как?

— Все в порядке, — ответила Мишель. — Ты права. Уже совсем не больно.

И они пошли дальше, следуя указанному Бринн направлению.

«Харт наверняка пустится в погоню, — размышляла она, — и нужно быть все время настороже». А с другой стороны, откуда ему знать, куда именно они ушли? Они могли выбрать любое направление, кроме одного — южного, в сторону шоссе, поскольку им надо будет незамеченными проскользнуть мимо своих преследователей.

С каждым пройденным ярдом Бринн чувствовала себя все уверенней. Она-то, по крайней мере, хоть что-то знала об этом лесе и о тропинке, проходившей впереди. Мужчинам все это было неведомо. И даже если Харт с напарником случайно угадают направление, они как пить дать через десять минут уже заплутают в лесу.