Дьявольский остров - Максим Шахов

– С рассветом нас будут искать, скорей всего с применением авиации. Так что нам во что бы то ни стало надо дойти до острова и спрятать судно в бухте. Мы с Капитоновым бежим на мостик, а вы – на камбуз. Вас, Альберт Валерьянович, я назначаю коком, а Данила будет вашим помощником.

– Есть, – по-армейски произнес Шпильковский.

– Обойдемся без формальностей, – усмехнулся Бронислав.

В рубке красный капитан сменил у штурвала Данилу. Сухопутному лейтенанту понравилось вести морское судно.

– А что, может, я перейду в морфлот, – замечтался вслух Кривошапкин. – Сплаваю в Австралию…

– Почему именно в Австралию? – спросил Капитонов.

– Потому что это далеко и на другом боку Земли.

– Так бери круче – давай сразу в Антарктиду.

– Там холодно и живут одни пингвины. А я хочу посмотреть, как люди в Австралии живут. Пошли, Броненосец, в Мировой океан. Будем вольными птицами! Хочешь тебе Африка, хочешь Америка. Откроем необитаемый остров и будем там бананы с кокосами жевать.

– Кончай балаболить, – прервал его краснофлотец. – Отойди от штурвала. – Теперь Бронислав сам встал за штурвал. – И вперед, на камбуз, в распоряжение Альберта Валерьяновича.

– Есть, товарищ капитан, – вытянулся в струнку Кривошапкин, но на физиономии его была написана ухмылка.

– И смотри, не филонь там, есть охота, – добавил Никанор.

Данила поплелся по палубе.

– Бегом! – крикнул ему вслед Бронислав.

Однако Кривошапкин только чуть-чуть прибавил шагу.

– Попался бы мне такой на моем траулере, – буркнул себе под нос капитан.

Солнце в это время года на Балтике вставало поздно, ночь была длинной, поэтому у беглецов были отличные шансы улизнуть с Аландских островов незамеченными.

– Сейчас мы выйдем в открытое море. Здесь пересекаются несколько морских маршрутов. «Турку – Стокгольм», «Хельсинки – Стокгольм», могут встретиться суда. И, возможно, корабли, наши или финские. Значит, план таков: затемно мы перебираемся на остров, с помощью русских заправляемся и всю следующую ночь идем в Эстонию.

– Ясно, – проговорил Капитонов и вдруг вскочил. – Бронислав, мне показалось, что в море что-то блеснуло.

– Рыба.

– Да нет, скорей всего это еж.

– Еж? – не на шутку встревожился Бронислав и быстро сбавил ход…

– Эй! Что у вас там? – откуда-то снизу крикнул Данила. – Поосторожней можно?

Но ответа он не получил.

– Беги к прожектору, пошарь по воде, – приказал краснофлотец Капитонов, – и шустрее!

Капитонов выскочил на нос, напялил рукавицы и начал крутить прожектор влево, вправо.

– Стой! Так держать!

Худшие опасения Бронислава подтвердились – прямо по курсу на них двигалась «рогатая смерть».

– Что это? – спросил в ужасе Капитонов, хотя он и сам уже догадывался.

– Мина… Только морская. Вы не изучали морские мины?

– Честно говоря, нет.

– Это гальвано-ударная якорная мина. Дотронешься до этих сладеньких рожек – и сначала на воздух, потом на дно, – быстро разъяснил Бронислав.

Металлический шар с несколькими металлическими стержнями приближался к «Попугаю».

– Кажется, это наша «КБ-1» Краб.

– А что такое «КБ»?

– Корабельная большая. Знаешь, какая у нее мощь? Если бы на нее наехал танк, его бы вскинуло вверх метров на двадцать. Даже линкор потопить может, не то что нашу рыбацкую посудину.

– Лучше бы наш «Попугай» был настоящим – мы бы перелетели.

– Дьявол, идет прямо на нас!

– А чего она плывет на нас, если она якорная? – спросил Капитонов и почувствовал, как у него от ужаса на голове начинают подниматься волосы. Ведь он был к мине ближе всех. И как сапер прекрасно представлял, что будет, если такой мощности бомба дотронется до их корабля.

– Наши ее на якорь установили, а тральщик финский ее сорвал. И, наверное, не заметили. Когда мины подсекают тралом, они всплывают, и тогда их просто расстреливают. А эту бестию прозевали.

– Не хватало нам еще самим на нашей же мине подорваться, – схватился за голову Капитонов.

– Не хватало, – согласился Бронислав.

От напряжения у него капельки пота выступили на лбу.

Мина приближалась.

– Что делать? – срывающимся голосом воскликнул Капитонов.

– Застыть и молиться Нептуну, чтобы мимо проплыла. Если дернемся, она может пойти на нас. Попасть в нашу кильватерную струю… Одно хорошо, что она не магнитная и не акустическая, тогда бы нам точно была бы хана.

Сейнер застыл.

– Может, ее багром аккуратно отодвинуть, так чтобы рожки не зацепить? – предложил Никанор.

– Не смеши… Рожки у нее очень чувствительные… На сахаре. Когда их ставят, то предохранитель у них отлит из сахара. Морские волны быстро сахар растворяют, и мина снимается с предохранителя.

– Тут людям сахара не хватает, а им мины пичкают… – проговорил Капитонов, не отрывая глаз от металлического ежа. – Адская дура, идет прямо на нас!

Бронислав дал самый малый назад.

– Что ты делаешь! Она идет за нами! – У Капитонова округлились глаза.

Бронислав не отвечал, он прикусил нижнюю губу и бросил штурвал вправо. Сейнер начал разворачиваться и кормой уходить с курса мины, однако нос оставался прямо перед ней.

Красный капитан прибавил ходу и снова завалил штурвал вправо. Сейнер крутнулся «на пятке», его ход стал противоположным курсу мины. Однако стальной «еж» подпрыгнул на волне и плюхнулся уже около самого носа сейнера. Бронислав еще прибавил задний ход. Мина нырнула в кильватерную струю и скрылась под водой. Бронислав дал полный назад – «Попугай» что было мощи пятился кормой.

И тут у Капитонова чуть сердце не выскочило из груди. Прямо перед форштевнем, у самого «водореза», металлический еж всплыл. Еще несколько сантиметров или внезапный удар сильной волны, и мина коснется сейнера.

Бронислав дал полный назад. Он даже не смотрел, куда кормой идет его судно, главное было «сбросить» с себя «рогатую смерть». Инерция первоначального движения мины не дала ей так резко изменить курс, и буквально в считаных сантиметрах она, описывая дугу слева направо, прошла перед носом «Попугая», а затем, повинуясь морским течениям, начала постепенно удаляться.

– Фу, как же нам повезло, – выдохнул Капитонов. – Она промахнулась!

Никанор глянул на Бронислава. Тот стоял весь белый. Ведь маневр он фактически проделывал вслепую и больше рассчитывал на морскую фортуну, чем на собственное умение.

– Ты, брат, молоток! – крикнул ему Никанор. – Не молоток, а целая кувалда!