Падшие к небесам - Дмитрий Типаков

– Я буду ждать, сколько скажешь.

– Скорее всего, за это время ты не раз задумаешься над этими словами. Пойми, я должен его поймать. И я не могу пожертвовать такой незаменимой помощницей.

– Тогда я стану ещё лучше. Теперь на то, чтобы посадить в клетку этого Соловья, у меня личные мотивы.

– Соловей – смешно. Да, воспринимай его как преграду на пути к своему мужчине.

– Так и есть.

– Ладно, не пугай меня. Пойдём дальше спаивать героя.

Они вернулись по отдельности. Тагир просканировал выражение на обоих лицах и пожурил обоих за столь наивную попытку конспирации.

– Надо бы москитол заказать.

– Тебя водка не берет уже что ли? – не понял Адиль.

– Да тут просто флюиды чьи-то разлетались. Сейчас кусаться начнут.

Адиль хлопнул по затылку захмелевшему Петросяну, отмахивающемуся непочатой бутылкой от невидимых насекомых. Упоённый успехом своей пантомимы у Саиды Тагир вильнул сжатой геройской пятерней и запульнул в шефа вылетевшей из крышки пластиковой шайбочкой. На удивление складно напевая «Only you», он до краев наполнил оставшиеся на столе рюмки.

– Ну, за молодых! – проскандировал Тагир и, снося стулья, выбежал в зал.

– Давай тебе такси вызову, хорошо? – усмехнулся Адиль, садясь обратно.

– Да, думаю, так лучше будет.

Данные ожидающей машины высветились на экране, не успел Адиль положить телефон на стол.

– Ауф! – присвистнула Саида, подперев голову его плечом – Калина, да ещё и вишнёвая – лакшери!

До машины Адиль провожал её один, рассаживая по местам отчаянно штормимых соратников.

– Эти операторы как что скажут. Вот, прям, вишнёвая! По-моему, она, тупо, тёмная.

– Ну, во-первых, она темно-красная, а, во-вторых, с морозным оттенком. Ты что уже цвета не различаешь?

– Походу. Может, перезвонить и спросить, – «А не могли бы вы уточнить – спело вишнёвая или чутка недозрелая?», – попытался отшутиться Адиль по поводу своего бага.

– Больше не пей, пожалуйста. Вот угораздило же в дальтоника влюбиться.

Он сделал вид, будто не услышал и наклонился к водителю. Лысеющий таксист важно поджал растроганную щедрой предоплатой губу, и махнул Адилю, чтобы тот не переживал за девушку, которой даже метеоритный дождь не помешает добраться до дома. Саида приоткрыла окно и не сводила глаз с Адиля. Когда машина сворачивала за угол, она смешно вытянула шею и послала ему воздушный чмок. Он подмигнул ей в ответ и закурил. Ветер несколько раз гасил пламя и Адиль не заметил, как следом за вишнёвой Калиной тронулась черная «четверка» с выключенными фарами.

41

Заира не помнила, как очутилась в классе для первоклашек. Она просто бежала по коридорам, промакивая глаза наполеоном из салфеток, и дергала за каждую дверь в надежде, что какая-нибудь впустит её. Успокоившись, она обнаружила что расположилась посреди длинного ряда миниатюрных стульчиков. На стене справа был прикреплен огромный стенд «Шахматный мир». Заира вглядывалась в полуметровые изображения фигур, пробегала глазами даты жизни известных шахматистов, будто это имело для неё какое-то значение. Глядящие из темноты фигуры, подсвеченные уличными фонарями, ни разу не были похожи на привычные костяшки, а напоминали каменных идолов.

– Мы все одна семья, – вслух прогундосила Заира девиз Фиде.

Она шевельнула рукой и с парты посыпались её бумажные платочки. Девочка усмехнулась, увидев, что нарыдала маленький сугроб. Заира развернула стульчик к стене, откинулась на спинку и начала щелбанить комочки, стараясь попасть в перекошенные лица шахматных фигур.

– Ты вообще кто такая? – обратилась она к похожей на лягушку рыбе с ладьей на запрокинутом хвосте.

Девочка вскинула руки, когда последний просоленный снаряд угодил прямиком в выпученный глаз чуда-юда. Отмечая триумф овациями самой себе, Заира не сразу расслышала доносящиеся крики. Когда между хлопками раздалось очередное ругательство, Заира замерла и прислушалась. За дверью доносились уже откровенные вопли, слышно было, как что-то разбилось. Заира приоткрыла дверь и поняла, что звуки доносились не с улицы, а из фойе. Мешанина причитаний и выкриков, в которой один голос она узнала наверняка.

Вбежав в фойе, она увидела Малику верхом на однокласснице. Заира содрогнулась, когда её подруга вцепилась в уши плачущей девочки и несколько раз ударила её головой о пол. Она содрогалась при каждом звуке, когда голова впечатывалась в покрытую радужными бутонами плитку. С каждым ударом она протягивала руки и растопыривала пальцы, то ли пытаясь дотянуться и остановить Малику, то ли умоляя её прекратить, боясь подойти к ней. Рядом полицейские разнимали, ещё несколько дерущихся ребят, которые проявляли куда меньше жестокости.

Заира несколько раз выкрикнула имя подруги и та вскинула голову, вращая обезумевшими глазами в поисках зовущего. Когда Малика увидела её, Заира забыла, как дышать – ей показалось, что та готова броситься на неё. Она продолжала держать голову девочки и не спускала глаз с подруги. Малика смотрела так, будто решала, что делать со свидетелем её безумства. Глаза прищурились, словно Малика вспоминала, где она могла видеть эту любопытную, застывшую с глупой рожей, Варвару.

Заира, наконец, пришла в себя и направилась к подруге с твердым намерением оттащить её от одноклассницы. В этот момент Малику обхватил полицейский и сделал это за неё. Заира отшатнулась, будто посылая мужчине немой упрек. Полицейские пристроили Малику к остальным утихомиренным и повели наверх, следуя за завучом, глаза которой напомнили Заире ту рыбу в кабинете. Девочка оглядела набежавшую толпу. Она не поверила, когда в веренице лиц увидела его.

– Твоя подруга всегда такая моросящая или только, когда припьёт?

Заира не успела обернуться, как её обдало проспиртованной волной. За спиной, исполняя чудеса координации, расположился Керим. Он ещё раз выдохнул ей в лицо, в тщетной попытке издать звучную отрыжку, наслаждаясь, как девочка морщится, уловив отвратную сладковатую нотку. Она удивилась, как он умудрился не пополнить конвоируемый в учительскую этап.

– Ты иди хлопни ещё, или все нычки выжрал уже?

– В смысле хлопни. Ща я тебя хло…

Но его опередили. Юный колдырь отлетел к батарее и сполз по защитной сетке. Заира едва не бросилась к нему на плечи.

– Пойдем, – шепнул он и потянул в коридор, откуда она выбежала несколько минут назад.

Несколько ребят обернувшихся на грохот, когда Керим отсчитывал позвонками ячейки сетки, не поверили своим глазам. Они лишь успели разглядеть спину имидж-брейкера одного из главных школьных бэд-боев, к которой прильнула Заира, когда оба скрылись в темноте коридора.

42

– И что ты мне хотел раскачать?

– Я? – Тагир смотрел так, будто сейчас расплачется.

Они сидели на балконе и смотрели вниз на разъезжающихся коллег, стряхивая пепел в пустой бокал.