Безумие - Кэтрин Ховелл

Элла вышла из кафе и чуть не столкнулась лицом к лицу с исполняющим обязанности комиссара Рупертом Игерзом.

– Детектив, – обратился он к Элле.

– Да, сэр.

На Игерзе был темно-синий костюм, белая рубашка и голубой галстук с аккуратно завязанным узлом. Элла пыталась угадать, возвращался ли он домой с позднего приема или специально приоделся по случаю. В руках Игерз нес свой форменный костюм на плечиках в целлофановом чехле.

Он повесил костюм, зацепив крючок за верхний край двери кафе.

– Я хотел бы получить последние сведения по делу Филипсов.

Элла рассказала о событиях этой ночи и о причинах розыска Сойера.

– Мы проверили, у него нет лицензии на право владения огнестрельным оружием. Эта записка тоже никак с ним не связана.

Игерз кивнул головой.

– Есть предположение, что Крис Филипс мог быть тем человеком, который позвонил на телевидение и сообщил, что банда, совершающая ограбления, состоит из полицейских, – сказала Элла, – Если это сделал он, то покушение на него, похищение ребенка и записка с угрозами должны были заставить его замолчать. Хотя следует принять во внимание, что мы так и не выяснили, действительно ли кто-то звонил на телевидение с подобным заявлением или это очередная утка.

Игерз почесал затылок.

– Есть ли у жены по этому поводу какие-либо предположения?

– Она рассказала, что Крис был чем-то озабочен в последнее время и расстроен из-за смерти охранника, погибшего при ограблении банка. Она не может точно сказать, действительно ли Крису было что-то известно.

Исполняющий обязанности комиссара изучающе посмотрел на Эллу, она ответила ему прямым взглядом. У Игерза были светло-карие глаза и волосы на тон светлее, отчего его лицо казалось излишне бледным. Хотя, пожалуй, никто не выглядел хорошо в это время суток.

– На телевидение действительно звонил мужчина, – сказал Игерз. – Он звонил мне перед тем, как позвонить на телевидение. Я советовал ему не делать этого, но он не послушал меня.

– Кто же это был?

– Он не назвал своего имени, но было ясно, что он настолько осведомлен о том, как работает полиция изнутри, что смог убедить меня в том, что он является или, по крайней мере, раньше был полицейским. Он заявил, что перезвонит, но так и не вышел на связь.

Элла была разочарована: любой бывший офицер, затаивший обиду на полицию, мог выдумать такую историю. Из книг и через Интернет практически любой мог получить информацию о том, как работает полиция. Поскольку звонивший не назвал своего имени, едва ли можно говорить о чем-то всерьез.

Игерз продолжил:

– Кто охраняет Филипса?

– Никто.

– Нельзя исключать, что именно он звонил на телевидение, – сказал Игерз. – Если это был он, а члены банды узнали о его намерениях и решили остановить, они попытаются нанести удар снова, как. только узнают, что он все еще жив. – Игерз прокашлялся. – Уверен, я не должен напоминать вам, что мы стоим на краю пропасти. Общество ждет от меня, от нас искоренения в наших рядах коррупции и хаоса, которые оставил после себя Дадли-Пирсон. Я хочу, чтобы вы объяснили всем своим сотрудникам, как важно работать безукоризненно, не покладая рук. Мы на виду. Если все пойдет скверно и окажется, что ребенок мертв, я не хочу, чтобы говорили, будто это произошло из-за коррупции в полиции или из-за того, что мы недостаточно хорошо работали и игнорировали улики. А ребенок?

– Это отличный шанс для полиции заявить о себе, – продолжал он. – Если мы правильно разыграем карты, то сможем восстановить свое доброе имя. Если упустим его, то не только потеряем доверие в глазах окружающих, но и придётся объяснять правительству, за что мы получаем зарплату.

А он не получит свое хлебное место.

Элла слушала Игерза молча. Он вскинул руку и посмотрел на часы.

– Отдел по связям с общественностью организовал пресс-конференцию в шесть. Я хочу, чтобы вы и детектив Орчард присутствовали на ней вместе с миссис Филипс.