Черная линия - Жан-Кристоф Гранже

— Вы пришли по поводу вашей жены?

— Я не женат.

— По поводу вашей подруги?

— Нет… В общем, я…

— В общем — что?

Врач-гинеколог улыбалась, но в ее голосе чувствовалось нетерпение.

У нее было морщинистое лицо, коричневатое и круглое, как гречишная лепешка. От него исходило то же тепло, тот же знакомый вкус. Короткие, совсем седые волосы резко контрастировали с темной кожей и подчеркивали ее возраст; это успокаивало.

В кабинете атмосфера доброжелательности усиливалась: здесь пахло старинной мебелью, лаковыми безделушками, на которых оставили свой след годы и руки. Наверное, беременным женщинам нравилось приходить в это убежище, в самом центре Шестого округа.

— Я очень редко принимаю тут мужчин, — снова заговорила врач, поскольку Марк по-прежнему молчал.

Он был готов к подобному замечанию. Он заранее заготовил легенду:

— Я писатель. Сейчас я работаю над романом, центральный персонаж в котором — женщина. Но я ничего не знаю о женщинах. Я хочу сказать — о том, что составляет интимный мир женщины…

— Что вы подразумеваете под «интимным миром»?

— Ну… Я хочу, чтобы у читателя создалось впечатление, будто я действительно поставил себя на ее место, понимаете? В частности, я хочу описать некоторые воспоминания женщины… отмеченные кровью. Кровью месячных. Кровью потери девственности. Кровью ран.

— Почему именно кровью?

Ее темные глаза пристально смотрели на него. Цветом они напоминали черный жемчуг. Чувствуя себя неловко, Марк поправил пиджак.

— Назовем это «ноу-хау» автора. Думаю, что это будет сильный ход.

Похоже, это не убедило пожилую даму. Беседа грозила стать более сложной, чем он предполагал. Он добился этого визита в последний момент, после целого дня бесполезных поисков.

Вначале он перелопатил гору книг по гинекологии во всех специализированных библиотеках и ничего не понял. К тому же этим трудам не хватало главного — отпечатка личности, живого голоса свидетеля. На следующий день он решился попросить консультацию у специалиста. Эта женщина стала единственной, кто предложил ему время для посещения в тот же вечер, в семь часов.

— Так что именно вы хотите узнать?

Он вытащил блокнот и карандаш:

— Вам не помешает, если я буду записывать?

Она махнула рукой.

— Для начала я хотел бы узнать, одинаков ли состав крови у мужчин и женщин.

— Конечно, нет.

— А в чем разница?

— В гормонах. В крови женщин содержатся эстрогены и прогестерон.

Марк записал термины, как услышал — он не решился попросить ее повторить.

— Эти гормоны влияют на цвет крови?

— Нет. Скорее, на настроение. На них реагируют рецепторы в мозгу. Резкие изменения концентрации гормонов в течение менструального цикла приводят к скачкам настроения, к периодическим депрессиям. Иногда мне приходится прописывать женщинам прогестерон. Во избежание приступов паники.

— Можете рассказать мне о менструальной крови?

— С какой точки зрения?

— Ее вид. Ее цвет. Прежде всего, это обильное кровотечение?

Врач ненадолго задумалась. В сумерках кирпичный цвет ее лица был не так заметен.

— У разных женщин по-разному. Иногда очень обильное. Иногда — буквально несколько капель. И в течение жизни это меняется. У молодых девушек иногда льет потоком. У них еще не отлажена механика.

— А цвет? Всегда одинаковый?

— Вообще-то да. Темная кровь. Венозная, с незначительным содержанием кислорода…

— Простите меня. Я не понимаю, как одно с другим связано.

— Ну, тут нам надо начать с самого начала… В теле человека существуют два кровотока. Один — артериальный, он идет от сердца и разносит по телу кровь, обогащенную кислородом. Второй — это венозная сеть, по которой кровь возвращается, и к этому моменту гемоглобин уже не содержит такого количества кислорода. Поэтому венозная кровь гораздо темнее.

— Чем конкретно это объясняется?

— Артериальную кровь осветляет кислород.

— А почему менструальная кровь относится ко второму кровотоку?

— Ну, знаете, это уже целая лекция по анатомии… Внутренняя стенка матки выстлана слизистой оболочкой, которая к концу цикла набухает кровью. Это запасы для будущего эмбриона. Мать питает плод, как она питает собственные мышцы и волокна: своим гемоглобином. В конце овуляции, если не появляется эмбрион, матка автоматически реагирует и позволяет этим ненужным запасам вытечь. Это и есть менструация. Но даже если кровь не послужила плоду, она отдала свой кислород. Значит, она более темная. И к тому же засорена частицами слизистой.

Не прекращая писать, Марк пытался представить себе эту жидкость, которой никогда в жизни не видел.

— Если она содержит частицы, значит, она не совсем жидкая?

— Да. Скорее густая, немного вязкая.

Склонившись над блокнотом, он записывал каждое прилагательное, каждую характеристику. Пожилая дама не зажигала свет, и в кабинете становилось все темнее.

— Перейдем к крови, так сказать, девственности, вы не против?