Аниматор - Станислав Гимадеев

– Иди на фиг! – Михаил замахал на него руками. – Тебе лечиться пора, понял?! Ты чего всех подозреваешь?..

Андрей остановился, Михаил тоже замер. Он глядел на него мрачно, потом покрутил у виска пальцем. Андрей выдохнул. Сидящий внутри злопамятный слабел.

– Майкл… – буркнул Андрей. – Ты же с Вершининой общался. Ты же к ней домой ездил. Ты не мог ничего не слышать про этого скота!

Михаил посмотрел на него с каким-то сожалением и тяжело вздохнул.

– Ты это серьезно? – спросил он. – Ты себя вообще слышишь, нет?

Злопамятный еще сопротивлялся.

– Ты же ее трахал!.. – выпалил Андрей. – А теперь вдруг от нее отрекся? Так не бывает, Майкл! Ты ей звонил вчера? Вы же наверняка встречались? После всего, что эта сука натворила?!

– Иди на хрен, понял?! – выкрикнул Михаил в отчаянии и снова попятился. – Мудак.

Злопамятный внутри Андрея исчез. В голове заколотилась мысль: что ты делаешь? Это же Майкл, Майкл… Опомнись!

– Погоди… – растерянно пробормотал Андрей. – Да стой же!

– Пошел ты!

Андрей протянул руку, чтобы его остановить, но Михаил отпрыгнул. Его трясло, он уже хотел уйти из зала, но к ним навстречу стремительно спешил плюгавый. Он преградил Михаилу путь, махая корочками.

– Михаил Ярцев? – спросил плюгавый. – Придется проехать в отделение.

– Что-о?

– Следуйте за мной. Надеюсь, вы не станете сопротивляться?

Плюгавый мягко взял Михаила под локоть. Михаил открыт рот, потом закрыл, судорожно сглотнул.

– Н-нет. А в чем… Слушайте…

– Прошу вас, – бесстрастно сказал плюгавый. – Идемте.

Он увлек ошеломленного Михаила к выходу из ресторана.

– Эй!.. Минуту! – крикнул Андрей в спину оперу. – Я могу узнать, в чем дело?!

Плюгавый даже не обернулся, только ускорил шаг. Андрей пошел было за ними, но вдруг понял, что это бесполезно. Он остановился, наблюдая, как опер и Михаил исчезают из виду за тонированными дверями.

9.3. Ресторан был непривычно пуст. Таким Андрей его не видел с момента открытия. Полиция уехала, никто не возился на кухне, девчонки не шмыгали по залу с подносами, даже стойка бармена на время осиротела. Светильники в зале были погашены. Костя возле дверей замер, превратившись в чучело охранника. Стояла ватная тишина.

– Давай хоть выпьем, – сказал Павел. – Внутри до сих пор дрожит. Коньячку, а?

– Мне еще за руль.

– А куда ты собрался?

– Пока не решил. И вообще нам нужно трезво мыслить.

– Ну вот что ты за человек такой, Андрей Сергеевич. Все время ты…

– Паша, – оборвал его Андрей. – Поговорим серьезно.

Павел замер на мгновение, потом пожал плечами:

– А я что, несерьезен, по-твоему?

– Мы можем быть откровенными? – спросил Андрей, и Павел слегка ухмыльнулся. – Знаю, нам с тобой это непросто.

– Ох, – Павел покачал головой. – Я почувствовал себя грешником в исповедальне. Вы о чем, святой отец?

– Мама, – сказал Андрей и сделал паузу. – Правду о маме.

Павел молчал, смотрел пристально.

– Я знаю, что ее убили, – сказал Андрей. – Мне Корнеева рассказала. Папа от меня скрывал. Но ты-то знал! Ведь знал же?

– Слушай… я же тебе уже…

– Паша, не надо! – резко сказал Андрей. – Не ври. Я все равно не поверю, что ты не знал, не видел…

– Тебе, как всегда, виднее…

– Я хочу знать правду! – с напором сказал Андрей. – Ты вчера уже сознался. Только не до конца. Хватит с меня тайн!

Павел нахмурился, откинулся на спинку дивана. Андрей развернулся к нему, придвинулся.

– Пашка, пойми… – Андрей заглянул ему в глаза. – Раз мы оба попали в этот замес… Это не только твоя мать! Этот урод Фобос намекает на прошлое, а я не в курсе, что в этом долбаном прошлом было не так…

– А при чем тут мама?

– А ты можешь быть уверен, что ни при чем? Вдруг это… Фобос ее убил?

Наступила пауза. Павел облизнул сухие губы, вытянул шею и заглянул в свою пустую чашку. Андрей подвинул ему свою. Павел взял ее и выпил остаток кофе.

– Прошу тебя, – сказал Андрей. – Пожалуйста.

Павел поставил чашку, облокотился на стол и уронил голову.

– Я услышал шум… какие-то голоса… – заговорил он тихо. – Подумал, кто-то пришел, может, соседи. Потом мама вдруг вскрикнула… – Павел вздохнул, наступила тяжелая пауза. – И хлопок… странный такой… Я ее позвал – не отвечает. Спустился вниз, на кухню. А она там в луже крови. И во лбу черное такое отверстие… Круглое, аккуратное. И глаза открыты. Это было так страшно…

Он обхватил голову руками, потом выпрямился и взял Андрея за руку.

– Энди, ты понимаешь?.. – сдавленно сказал он. – Я до сих пор во сне это вижу! Отверстие и ее открытые глаза.

– И что было потом? Как ты не увидел убийцу?

Павел посмотрел на него как на идиота.

– Если бы я его видел, сидел бы я тут, как полагаешь?

– Мало ли…

– Я со страху наверх побежал. Под стол под свой. И трясло меня там, не помню сколько. Не веришь?

Андрей молчал.

– И еще я точно знаю, что смерть мамы заставила папу прикрыть их проект. Он испугался за нас.

– Не понимаю! Он же не подпольно работал. Это была научная программа их института. Мрак какой-то мрачнейший. Секрет на секрете.

– Ты правда решил, что этот… Фобос может быть убийцей мамы? – озабоченно спросил Павел. – Типа, он истребляет всю нашу семью под корень?

– Просто не исключаю. В этом дурдоме ничего нельзя исключать.

Павел задумался и почесал затылок.

– Но зачем? Есть у тебя хоть какая-то версия?

– Ты знал, что они работали над клонированием человека?

– Ну… как тебе сказать… – протянул Павел. – Скажем так, узнал не так давно. Пару лет назад, и не от отца вовсе. Я уже уехал из страны.

Андрей хмыкнул и покачал головой.

– Что? – вскинулся Павел. – Сейчас последует проповедь старшего брата, как нехорошо умалчивать секреты родителей?

– Расслабься, – буркнул Андрей. – От кого узнал?

– Боже, ну возникли какие-то деловые чуваки в поле зрения. Я тогда аниматором в Испании работал. Не знаю, откуда они пронюхали.

– И что?

– Парни были мутные, на немцев похожие, но дали понять, что при деньгах. Очень интересовались разработками родителей. Познакомили с каким-то ученым, тоже генетиком. Он якобы в 80-х с папой много работал. Все спрашивал, каких отец достиг успехов, что я об этом знаю, и все такое. Я тогда на них на всех глаза выпучил, мол, впервые слышу, ну они и растворились. Больше я их не видел.