Сквозное. Навылет - Ольга Горовая

Через четыре дня

Очень странно, но именно сейчас, когда и так находилась в паршивой ситуации, Тала в полной мере начинала узнавать страх так, как никогда ранее. Больше впечатлений — больше новых эмоций?

Или это Шуст виноват? Около такого мужчины жизнь бурлила вопреки ее воле, и это Тале не казалось. Денис сам все решал, не оставляя ей вариантов, кроме как следовать за его выбором. А отсутствие возможности повлиять хоть на что-то выбивало опору из-под ног, заставляло чувствовать себя беспомощной и слабой… Отсюда новый ужас?

Возможно…

И этот страх вовсе не был связан с диагнозом Талы, вот что ее удивляло. Чего теперь-то бояться? Наслаждайся новыми открытиями и впечатлениями, наполняйся эмоциями, которые ранее не могла испытать, раз уж повезло так! И возможности появились, и деньги, а кто знает, выйдет что-то с лечением или нет? Может, последний шанс получить удовольствие от жизни… А Талу трясет настолько, что и Шустов заметит вот-вот, однозначно.

Вдруг еще рассердится, что она такая слабачка? Но ведь сам потащил ее в эту поездку, Тала не просила, вот на себя пусть и пеняет!.. Разные эмоции дергали душу в противоположные стороны, разрывали… Она вроде и понимала, что это из-за пляски гормонов, которую болезнь вызывает, а справиться не всегда выходило.

Они уже прошли контроль, поднялись на борт, разместились в бизнес-классе, где Тала очень старалась сдерживаться и не настолько очевидно все изучать, несмотря на естественное любопытство. Все хотелось рассмотреть! Первый раз же… Прослушали инструктаж персонала и приветствие капитана. Живи и радуйся, казалось бы, наслаждаясь настоящим комфортом и приключением!

Но… стоило услышать гул моторов, который сейчас нарастал, выбивая всякий остов ее равновесия; осознать, что через несколько минут они окажутся в воздухе, и Талу реальная паника охватила. Незнакомая какая-то, острая, неподвластная здравому смыслу!

Она безуспешно пыталась сосредоточиться на чем-то ином, с ужасом понимая, что до потери сознания боится летать, оказывается. Момент, когда колеса оторвутся от земли, представлялся сейчас самым кошмарным… И никакого контроля над происходящим у нее нет.

Сжала пальцы, вдавив ногти так, что больно ладоням стало, задержала дыхание, пытаясь вспомнить, как там нужно считать под выдох или вдох, чтобы овладеть собой? И не справилась…

Вот тебе и первый полет в жизни! А вроде бы так неплохо все начиналось…

Аэропорт совсем не был похож на вокзалы. Во всяком случае, Тале так показалось. Она впервые в жизни сюда попала, так уж сложилось, что не доводилось пока никуда летать, и сейчас с огромным интересом осматривалась.

Правда, не то чтобы ей много времени для этого оставили, Денис точно не относился к людям, приезжающим в аэропорт заранее. Да и, вообще, она уже успела заметить, что он был из тех, кто не просто старался, а умел едва ли не каждую минуту использовать эффективно.

Что же касается полета, наверное, ему и не нужно было спешить. Приехав к самому окончанию регистрации, они прошли ее по ВИП-линии без всяких ожиданий и задержек, как ей, любопытно оглядывающей все по сторонам, объяснил сам Денис. Сдали багаж, где у Талы ни одной старой вещи не было, необходимо же оправдание для снятия наличных. Их встретили у самого входа и провели к отдельной стойке, а потом сразу в бизнес-зал.

— Если хочешь, можем пройтись по магазинам, минут сорок у нас еще есть, но не жди чего-то этакого, тут свои схемы и дележ. В Стамбуле лучше варианты, — заметил Денис, заводя ее в тот самый зал.

— Нет, спасибо, не особо хочется, — еще не отойдя от походов со Светой по всем торговым центрам столицы, улыбнулась Тала, радуясь, что он просто не потащил ее никуда по своему усмотрению. Хотя само ее присутствие в этом аэропорту разве не то же самое?

Шоппинг — хорошо, конечно, учитывая, что раньше Тала, в принципе, не имела такой возможности, но когда это становится обязанностью и прикрытием для того, что ты деньги вовсе не на вещи хочешь потратить… Изматывает. Тем более при постоянном присутствии Максима. Им со Светой пришлось изворачиваться: Тала отдавала карту подруге, та обналичивала не особо крупные суммы, их же и откладывала у себя…

Ситуация очень нервировала. Вроде как думала, что будет просто иметь возможность по усмотрению деньги, полученные от покровителя, тратить, а теперь… Даже неловко как-то. Чувствовала себя так, будто обязана отчитываться перед Шустовым, хоть он ни разу и не спросил. А ее грызло изнутри какой-то виной непонятной и напряжением. Словно совесть упрекала в том, что близкого человека обманывает. Но разве он близкий? Неделю не знакомы… А чувство, будто всю жизнь его ждала, только вот встретила так не вовремя!..

Нервы, нервы… Изводило и тревожило все.

В тот момент Денис тоже кивнул, не настаивая и словно бы даже довольный. Похоже, решил, что она его мнение насчет дьюти фри учла. Заказал им кофе и подвел ее за руку к какому-то мужчине, который уже сидел на диванчике в этом зале. Охрана, кажется, у того тоже имелась. Да и те ребята, что с ними приехали, кивнули, как со знакомыми, здороваясь с парнями, что стояли чуть позади у стены.

Мужчина при их приближении поднялся, крепко пожал ладонь Дениса. А потом посмотрел на Талу… Странно так посмотрел, ее как рентгеном просветил. Сурово и придирчиво.

— Это Григорий, мой давний друг, еще с того интерната. Мы в одном селе росли, — Шустов коротко, но с иронией, глянул на Талу, отчего она жар в груди ощутила. У нее теперь упоминание о его интернате вечно с тем диваном в кабинете ассоциировалось, и Денис это знал, кажется. — И мой партнер. Я тебе говорил. Гриша, это Тала, — представил их друг другу Денис.

— Приятно познакомиться, — не вполне понимая, чего от нее ждут, и не умея себя вести легко и игриво, как та же Света, к примеру, Тала прямо и ровно выдержала взгляд мужчины. Руку не протягивала, та все еще была в горячей ладони Шустова, ну и, вообще, не казалось, что стоит, да и не хотелось.