Аллея кошмаров - Андрей Евграфов

Я смотрел на нее, открыв рот, и не мог поверить в услышанное. Эдди Брок до смерти замучил котенка, который совсем недавно принадлежал сестре Херст. На секунду мне показалось, что по ее щекам побежали слезы, но так как я долгое время провел в темноте, мне сложно было верить своим глазам.

– Большое спасибо тебе за то, что преподал урок мистеру Броку. Он этого заслужил.

– Мне не хотелось его бить по-настоящему. Но этот котенок… Бэзил. Мне стало его очень жалко, и я пришел в ярость.

– Ты все сделал правильно, мой мальчик.

– Сестра Дэниелс наказала Эдди?

– Нет, он сейчас отдыхает в лазарете. К нему иногда приходит сестра Барфилд, чтобы проведать.

– Получается, мне достался карцер, а ему отдых в комфортабельном лазарете?

– Я понимаю твое негодование. Но ты нанес ему действительно серьезную травму. Моя сестра решила его не наказывать…

– Постойте, сестра Дэниелс – ваша сестра?! – поразился я. – Вы только что это сказали!

Глаза сестры Херст расширились от осознания того, что она сболтнула лишнего.

– Не мог бы ты не рассказывать никому о моем визите к тебе? – осторожно спросила она. – И про меня и сестру Дэниелс тоже лучше молчать.

– Я никому не расскажу, правда! Во-первых, мне никто не поверит. Во-вторых, у меня здесь нет друзей.

– После твоего благородного поступка я стану твоим другом. Только пусть это будет нашим маленьким секретом, хорошо?

– Да, мэм.

Сестра Херст огляделась по сторонам и, наклонившись ко мне, прошептала:

– Спасибо тебе еще раз, мой мальчик. Бэзил был бы счастлив с тобой поиграть.

– Спасибо вам за угощения! Но я их не заслужил.

– Не говори ерунды. Ладно, мне пора, я слышу чьи-то шаги. Буду у тебя перед отбоем.

Сестра Херст на секунду замерла, принюхалась и резким движением схватила ведро с мочой. Я хотел было предупредить ее о том, что я справил туда нужду, но она все поняла и без слов. На прощание она подмигнула мне, закрыла дверь в карцер-чулан и быстрыми шагами пошла прочь.

В животе громко заурчало, и я тут же накинулся на пирожки, принесенные сестрой Херст. Они были теплыми и очень вкусными. Помню, что мне попадались разные вкусы: с яблоком, с капустой и с картофелем. С уверенностью могу сказать, что пирожков вкуснее в своей жизни я никогда не ел. Закончив трапезу, я аккуратно спрятал пустую бутылку и пакетик из-под пирожков за старыми швабрами.

Не знаю, сколько часов я провел в этом карцере. Я делал множество попыток уснуть, но все они были безуспешными. Тогда я решил переключиться на мысли о своей тете Шэрон, которая, почему-то, не явилась на слушание об опеке надо мной. Это было странно, учитывая, что мы всегда хорошо общались. Возможно, она просто винила меня в смерти своей сестры и со злости решила никуда не ехать. Не отрицаю еще одного варианта: она не знала об этом слушании. Понимаю, звучит глупо, но в нашей судебной системе бывало и такое. По крайней мере, об этом не раз рассказывали по телевизору. В любом случае узнать правду я смогу только тогда, когда встречусь с ней лично.

Сестра Херст и правда пришла, но чуть позже, чем обещала. Она открыла дверь карцера уже после отбоя, когда все ребята находились в своих комнатах, а сестра Дэниелс и сестра Барфилд заполняли документы в своих кабинетах. На первом этаже никого не было, и меня это немного успокаивало, хотя небольшое волнение в тот момент я все же испытывал.

– Следуй за мной, – шепотом произнесла сестра Херст, и я на цыпочках поплелся за ней.

Мы могли бы просто подняться по главной лестнице и оказаться на втором этаже, где находилась моя комната, но сестра Херст повела меня окольными путями. Я помню только одно: мы много сворачивали. Видимо, таким образом она обходила опасные места, где нас могли заметить. И вот наконец-то она открыла дверь в мою комнату.

– Спокойной ночи, сестра Херст. Спасибо вам! – с благодарностью произнес я.

– Спокойной ночи, мой мальчик, – прошептала она на прощание и аккуратно поцеловала меня в губы.

Слегка смутившись, я закрыл за ней дверь, лег на свою кровать и закрыл глаза. Надеюсь, сестра Херст договорилась с сестрой Дэниелс о моем освобождении из карцера, и мне не придется возвращаться в этот чулан, пропитанный запахом мочи. Наверное, они это обсудили, они же сестры. Мне было безумно интересно, почему одна из них работает прачкой, а другая чуть ли не заведует всем приютом Святого Иосифа. Это было странно. Но, как оказалось, самое странное ждало меня впереди.

* * *

Я проснулся от странного ощущения, будто на меня кто-то смотрит. Глаза открывать не хотелось, поскольку так было неинтересно. Чувства опасности я, как ни странно, не испытывал вообще. Посторонних звуков мне услышать не удалось. На меня определенно кто-то смотрел, но я не мог понять, кто именно. Версию с сестрой Дэниелс можно было отмести сразу: я бы распознал ее тяжелый и холодный взгляд. Это был кто-то другой.

– Привет, – произнес неизвестный голос неподалеку от меня.

Повернув голову, я открыл глаза и увидел улыбающегося кучерявого мальчишку, который сидел на кровати и болтал ногами взад-вперед. На нем была синяя рубашка с коротким рукавом и черные брюки, которые явно были ему не по размеру. Он смотрел на меня таким же заинтересованным взглядом, каким в этот момент я смотрел на него.

– Привет, – поприветствовал я своего нежданного соседа. – Как тебя зовут?

– Чарли Брэкстон. Я из Блумингтона.

– Я – Стивен. Стивен Палмер.

– Очень рад знакомству!

Я подошел к нему и протянул руку в знак дружбы. Чарли незамедлительно пожал ее и рассказал мне о том, что его привела в мою комнату сестра Дэниелс. Она сказала, что я могу быть хорошим соседом, если перестану кидаться с кулаками на своих товарищей. У меня этот рассказ вызвал лишь улыбку, не более того. Чарли показался мне дружелюбным парнем, и я решил поделиться с ним конфетами, подаренными сестрой Херст.

– Как ты оказался в этом приюте, Стивен?

Честно сказать, мне не хотелось пересказывать историю своего попадания сюда, но в приюте у меня совсем не было друзей, и было бы неплохо наладить контакт хотя бы с этим смешным кучерявым мальчишкой из Блумингтона. Посмотрев на него, я понял – он не из болтливых, поэтому ему можно доверять. И я рассказал ему о маме, перевернутой машине, огне и взрыве. Чарли смотрел на меня с