Мыс Иерихон - Мэг Гардинер

— Не нужно, — сказал Джесси, потирая себе лоб.

— Если Пи-Джею сейчас выбьют зубы, он уже не сможет внятно изложить нам случившееся.

— Ты не из восемьдесят второй воздушно-десантной дивизии.

Марк отставил стул.

— Нет, но зато мы из сто пятьдесят первой эскадрильи ударных истребителей.

Брайан тоже встал и направился к бару раньше, чем я успела хоть что-нибудь ему сказать. Они пробирались к стойке, легко и спокойно маневрируя между столами, а я шла за ними. Пи-Джей вынул бутылку из-за воротника, но спина у него уже была вся мокрая. Шон толкнул его. Вдоль стойки шла Карен. Рики и Тайгер начали петь, пытаясь не обращать внимания на то, что происходило в зале. Брайан и Марк встали по обеим сторонам от Шона. Они взяли его за руки, а Шон напрягся, готовый к драке. Брайан положил на стойку двадцать долларов, наклонился к Шону и что-то сказал ему.

Шон сначала покрутил головой, потом, нахмурившись, уставился на Брайана. После чего вырвал руки и стремительно направился к двери.

Бармен бросил Пи-Джею полотенце. Пи-Джей вытер себе шею. Я с облегчением вздохнула.

Брайан положил Пи-Джею руку на плечо.

— Пойдем к нашему столу.

Пи-Джей бросил полотенце на стойку.

— Нет, я ухожу отсюда.

Рука Брайана держала его твердо.

— Ты отсюда никуда не двинешься. Этот малый ушел явно с намерением дождаться тебя.

Пи-Джей нехотя согласился присоединиться к нам. Он кинул взгляд на Синсу. За столом с ней, положив руки на бедра, сидела Карен и что-то втолковывала ей. Синса встала и начала оправдываться. Вскоре Карен взяла Синсу за локоть и вывела из бара. Рики кончил петь. Зал рукоплескал.

Я спросила шепотом у Брайана, что он сказал Шону.

— Что я оплачу его выпивку.

— Ну?

— Если он уйдет сразу же, я оставлю деньги на стойке. Но если он будет торчать здесь, то я вспорю его жирное брюхо с помощью бильярдного кия.

Рики смотрел поверх рампы, пытаясь узнать, куда подевалось его семейство. Он делал вид, что совершенно спокоен, но когда ставил свою бутылку «Эвиан», не рассчитал расстояния и пролил ее. Мне показалось, что Синса именно на такой эффект и рассчитывала. Мы подошли к столу. Джесси сидел с непроницаемым лицом. Пи-Джей был похож на побитую собаку.

Вместо приветствия он задрал подбородок.

— Ну, давайте. Говорите то, что собирались сказать.

Джесси смотрел на него и молчал.

— Нет, думаю, что я не буду.

Марк и Брайан уселись, а Пи-Джей продолжал стоять у стола с опущенным лицом.

— А я понял твой намек насчет «альфа-ромео», — заговорил Пи-Джей.

— Что это значит? — спросила я.

— Машина понадобилась Шону якобы для создания соответствующего имиджа. Но меня держат за дурака.

— Что? — одновременно воскликнули мы с Джесси.

— Сожалею, что не могу соответствовать…

Джесси взял свои костыли, покачался и встал на ноги. Я почувствовала, как заерзали Марк и Брайан. Они не привыкли видеть Джесси таким высоким. Его рост сбивал с толку людей, которые привыкли видеть его только сидящим.

Джесси побледнел.

— И ты обворовываешь Эван ради них? Что с тобой происходит?

Пи-Джей пристально смотрел на него.

— Знаешь что, Джесси? Я подонок, но по крайней мере я это признаю. Я не претендую на то, чтобы быть святым, а потом срывать свою неудовлетворенность на ком-то другом.

Меня всю передернуло. Это была настоящая западня.

Тем временем Рики на сцене задал вопрос:

— Как насчет чего-нибудь повеселее?

Потом переговорил через плечо с Тайгером.

Джесси оперся о стол руками. Он смотрел в сторону от своего брата.

На сцене произошла вспышка, и воздух наполнился искрами. Взорвался усилитель. Тайгер вылетел в зал в облаке дыма. Его гитара издавала громкий свистящий звук.

Марк отвез нас с Брайаном ко мне домой. Мы ехали в его машине, слушали радио, переживая случившееся в клубе. «Скорая помощь» и пожарные прибыли, когда мы покидали клуб. Джесси там уже не было. Он уехал, ни с кем не простившись.

Пока Брайан ходил к Карлу и Ники, чтобы забрать Люка, Марк проводил меня до дверей. Из окон дома Винсентов лился янтарный свет. Над нами склонялись дубы, а через забор переваливался плющ, мерцавший в свете луны.

Мне захотелось сказать Марку что-нибудь ободряющее.

— Когда Брайан повезет Люка домой, тот будет похож на обычную куклу.

— Ты хорошо относишься к Люку.

— Относиться хорошо к такому очаровательному созданию, как Люк, нетрудно.

— Брайану очень нравится, когда ты проводишь с ним время. Жаль, что у Люка нет матери.

Лицо Марка помрачнело.

— Ты скучаешь по своим девочкам?

— Это все равно как если бы у меня отрезали часть меня самого.

Он замолчал. Это говорило о многом. Мне было известно, что однажды его жена пришла домой и сказала, что их семейная жизнь окончилась, взяла детей и уехала к себе домой, в Гринвилл, в Южную Каролину.

Марк вынул бумажник.

— Вот, посмотри.

Он дал мне дюжину фотографий. Дочери были очень на него похожи — те же выразительные глаза, загадочные улыбки. Волосы, заплетенные в косички, украшены многочисленными безделушками.

— Это Лорен, а это Хоуп, — показал он.

— Они очаровательны.

Он положил фотографии обратно в бумажник. Мы продолжали стоять под лампочкой, освещавшей крыльцо.

— Итак, — сказал он.

Он колебался, словно спрашивая разрешения говорить.

— Марк, ты фактически член семьи. Ты вправе задавать любые вопросы, которые удовлетворят твое любопытство. Ну, давай.

— О вас с Джесси.

Мне было холодно. Пальцы окоченели.

— Сегодняшний вечер навеял плохие воспоминания.

Он смотрел на огромное зимнее небо. А из-за черного силуэта гор за нашей беседой следила Полярная звезда.

— Сдается мне, вы оба много спорите друг с другом.

Бог мой, еще один старший брат! Я вышла из круга света.

— Позволь мне объяснить кое-что. Мы с Джесси оба юристы. Каждый из нас принимает участие в спорах для того, чтобы зарабатывать на жизнь. И юристы мы неплохие.

— Вам нравятся подобные стычки?

— И это говорит мне человек, который получает деньги за то, что гоняет на своем самолете за другими самолетами.