Три слова - Анна Мельдельштейн

– Знаешь, одно дело, когда ты смотришь на тело бездомного, убийцы, наркомана и совсем другое, когда перед тобой тело ребенка, пускай уже почти взрослого… Но это всё еще ребенок… – Мои слова звучали так отчетливо, что казалось, они разрезают кожу на живую.

– Человек, который не видел жизни, а теперь и не увидит. Не будет первого поцелуя, влюбленности, выпускного и много еще чего… Потому что кто-то решил, что этот ребенок не заслуживает испытать все радости и боли жизни. – С горечью в голосе произнес Стас.

– Звучит ужасно. – Ответил Антон, покосившись на молчаливого Влада, который с каждой минутой становился всё бледнее и бледнее.

– Они нашли ее! – Запыхавшись, сказал Олег.

– Она…

– Жива! Живааа… – Радостно вторил он.

– Когда мы сможем с ней поговорить? – Энергично вмешался Стас.

– Родители сказали, что у нее сотрясение, ушибы, ссадины, в остальном порядок. Думаю, завтра нас пустят к ней. – Воодушевленно говорил Олег.

– Да, так будет лучше. Ей нужно отдохнуть. Похоже, сотрясение и ушибы она не сама себе нанесла… – Задумчиво сказала я.

– Они выяснили, где она находилось всё это время? – Спросил Стас.

– Нет.

– То есть она им не сказала?

– Как я понял, она ничего не говорит им. – Удивленно ответил Олег.

– А нашли ее тогда где?

– Ппсники в парке на лавочке ее заметили, подошли, а она без сознания, подняли, да повезли.

– Вы думаете о том же, о чем и я? – Перемножая в уме факты, спросила я.

– Кому это было нужно? – Недоумевал Стас.

– Что примечательно, главный подозреваемый всё это время торчал здесь. – Заметила я.

– А ты уверена? – Ехидно спросил Стас.

– У меня камеры по всему дому, так что да, я уверена в этом, даже когда не уверена. – Рассмеявшись, ответила я.

– Ну, что, отправляем запросы на телефонные разговоры?

– Ты занимаешься записями, я готовлю бумаги для Влада, чтобы вывести его из СИЗО, а вы, мисс, список вопросов. – Распорядился Стас.

– К-команда. – Скорчив гримасу, произнес Олег.

– Команда… – Улыбнувшись, ответила я.

***

Ненавижу запах больниц, таблеток, сыплющейся известки и сырого бетонного пола. Всё перечисленное впрыскивает в меня уныние. Я буквально утопаю в нем и своих самых худших мыслях. Настолько, что усердно на протяжении полутра часов кручу в руках диктофон. Теперь появились болевые ощущения в пальцах, будто мозоли от тяжелых пакетов, ручки которых впиваются в ладонь. Ожидание утомительно. А еще мне страшно. Я даже не могу предположить, что скажет Катя и будет ли она вообще говорить с нами. Хуже может быть лишь тот факт, что она ничего не знает.

– Ты идешь? – Спросил Стас, прибывший в больницу позже всех.

– Ага…

Пока все столпились у койки Кати, а некоторые (Олег и Антон) уселись на стулья, стоящие в палате, я стояла в дверях и не знала, что сказать или сделать. Всё, что я делала – находилась в ступоре и левой рукой массировала шею с правой стороны, успокаивая себя и делая вид, что всё в порядке.

– Мне кажется или ей нужно принести воды и нашатырь? – Толкнув Олега в бок, поинтересовался Антон, заметивший, как бледно я выгляжу.

– От одного до десяти, есть варианты, что с ней? – Взволновано спросил Влад.

– Не поверите, но она точь-в-точь такая же стояла в морге, а потом свалилась… – Задумчиво произнес Стас.

– Тут вроде нет трупов или я чего-то не вижу? – Неудачно пошутил Антон.

– Наверное, у нее свои трупы, – еле слышно ответил Олег, тревожно смотря на меня – в памяти…

– Эй! – Подойдя ко мне, Влад начал махать рукой перед моим лицом. Будто это и правда помогает.

– Я в порядке… – Сказала я, затем задумалась и нерешительно продолжила, – Эймос сегодня умер…

– Хочешь поговорить об этом? – Пытаясь удостовериться в том, что я в норме, спросил Стас.

– Потом. Нужно работать. Привет, Катя! – Спихнув ее ноги с края кровати, я нагло уселась и уставилась на нее.

– Что ж приступим. – Неловко произнес Олег, жалея разрядить обстановку.

– Рассказывай всё в мельчайших подробностях о том дне. – Произнесла я, буквально испепеляя Катю взглядом.

– Она хотела сказать: заметила ли ты что-то необычное в тот день? – Внезапно вмешался Стас.

– Нет! Я хотела сказать то, что я сказала. – Грубо ответила я Стасу. – Нет времени возиться с ней, как с маленьким ребенком. Жестоко убили девушку, ее лучшую подругу. Я не буду терпеть это нахальное поведение. – Указав пальцем на Стаса, я продолжила. – Ты уже вел допрос и получил сомнительные показания. Нам нужны: правда и ублюдок, который это сделал, а не ее сопли и думы о чувствах!

– Пожалуй, не буду противоречить. – Вмешавшись, заявил Олег.

– Катя, рассказывай всё.

– Что со мной будет? – Нервно и неуверенно спрашивает она.

– Ничего, если ты не сделала того, за что тебя можно усадить в темницу с черствым хлебом. – Всё также твердо ответила я.

– Алиса и Влад поругались, и она должна была быть с ним – это всё, что я знаю. – Немного мямля, произнесла она.

– Блин! Ты не в себе?! Может у тебя не сотряс, а мозгов нет?! А?! – Возмущенно закричал Влад, да, так, что еще немного и стекла бы треснули во всем здании.

– Окей, ты можешь просто вспомнить все, а затем открыть рот? – Язвительно спросил Антон.

– Алиса позвонила расстроенная, она плакала. Я предложила ей приехать ко мне. Потом я долго ждала ее, начала беспокоиться. Тут еще Влад звонит и психует. Где Алиса? Где Алиса. Откуда я знаю? Потом Алиса позвонила мне с Маринкиного телефона, сказала, что у нее телефон сдох, зарядки нет. Говорит: «Не беспокойся, Кать». Вот тебе и не беспокойся… – Переведя дыхание за несколько секунд, она продолжила. – В общем, было уже довольно поздно, я смотрела фильм и случайно уснула. Помню, как звонит телефон, смотрю Маринка. Она что-то сказала про то, что Алиса не придет, якобы Влад за ней заехал и забрал. Как я поняла, она у него должна была остаться. Ну, я трубку положила и легла дальше спать. Чего мне было ждать? Алиса же не придет, значит всё в порядке у нее.

– Не понял, а звонил-то кто? – Качая головой, спросил Стас.

– Когда?

– Когда ты спала! – Воскликнул Влад. Похоже, он всё еще не мог успокоиться.

– Маринка, я же сказала… – Испуганно ответила Катя.

– Тебе не показалось странным то, что звонила именно она, а не Алиса?