Антихрист - Питер Джеймс

Марк Ривас – один из лучших литературных агентов, сотрудничающих с «Магеллан Лоури». У него была врожденная способность отыскивать новых многообещающих авторов научной литературы, и он всегда с точностью барометра чувствовал, какая тематика будет востребована читателем в каждый конкретный момент времени.

– Как дела? – спросил он. – Что нового слышно о…

Ему не было нужды заканчивать предложение. У каждого, с кем общалась Сьюзан, был свой собственный способ спрашивать о поглощении «Магеллан Лоури», и это был способ Марка.

– За последнюю неделю почти ничего не изменилось. Продолжают ходить слухи об увольнениях. В издательской прессе было опубликовано опровержение.

– Я читал.

– Итак?

– Сьюзан, у меня есть новый писатель. Его зовут Джулиан Девитс, доктор Джулиан Девитс. Он очень хорош внешне, известен – этой осенью по Би-би-си-2 показывали семисерийный документальный фильм под названием «Генетическая лотерея», в котором он был ведущим. Он написал доступную широкой аудитории книгу о наследственных болезнях. Я сразу же подумал о тебе.

– Среди прочих десяти редакторов? – поддразнила она его.

– Четырех, – сказал он.

Сьюзан подумала, что это значит минимум восемь.

– Минимальная цена уже установилась?

– Нет. Я обратился одновременно ко всем.

– И на какую сумму денег ты рассчитываешь?

– На большую, – сказал он.

Сьюзан засомневалась.

– На тему генов и наследственных болезней уже столько всего написано, – сказала она. – Стив Джон застолбил и тщательно разработал этот участок – и в книгах, и на телевидении. И Доукинс.

– Джулиан – это совсем другой уровень. Прочти рукопись – не разочаруешься.

Сьюзан обещала, что прочтет и свяжется с агентом в течение десяти дней. Остальным пяти рукописям, ожидающим прочтения, придется подождать.

Затем она снова взялась за первые шесть глав переписанной Фергюсом Донлеви рукописи. Он хотел поскорее узнать, в правильном ли направлении он работает на этот раз. Она перечеркнула карандашом вторую цитату Эйнштейна и сделала на полях пометку: «Не обязательно. Об этом уже говорилось на стр. 28». Подумав, она добавила: «Не уверена, что эта глава вообще нужна. Что нового она привносит в книгу?» Из-за усталости она сегодня была несколько нетерпима.

В кабинет вошла Кейт с книгой в руках. Она была на пару лет старше Сьюзан, замужем за специалистом в области экономических теорий. Двое детей. Кейт была высокой жизнерадостной шатенкой с красивым лицом и фигурой. Сьюзан любила ее – она принадлежала к той редкой породе людей, которых не могут выбить из колеи никакие жизненные трудности.

Кейт была первой, кому Сьюзан рассказала об их с Джоном решении купить дом, и они съездили посмотреть на него в перерыв на ленч, хотя и опоздали потом немного. Кейт заявила, что дом кошмарно хорош и что она в него влюбилась.

– Вот эту ты имела в виду? – спросила Кейт.

Сьюзан взглянула на обложку. На ней был запечатлен живот беременной женщины, в котором, будто на фотографическом снимке, был четко виден плод. Книга называлась «Беременность – мифы и реальность», автор – доктор Мария Анскомб.

Сьюзан перевернула книгу и посмотрела на заднюю обложку.

– Эту книгу ты редактировала?

– Да. Замечательная книга. Очень познавательная. Я почерпнула из нее немало полезного. Лучшая книга про беременность за последние десять лет. – Кейт вопросительно посмотрела на Сьюзан. – Ты мне что-то недоговариваешь?

Сьюзан отрицательно покачала головой, но покраснела.

– Это для подруги.

Подождав, когда Кейт выйдет из кабинета, она отодвинула рукопись Фергюса Донлеви на край стола, открыла книгу и начала читать.

– Ну? – сказал Арчи.

Они с Джоном, оба голые, находились в душе и теперь расходились по пробковому покрытию по кабинам. Джон поглядел на складки на потном животе Арчи, которые увеличивались с каждой неделей. Немного времени пройдет, и фигуре Арчи позавидует любой борец сумо. И все же он только что разгромил Джона в сквош. Просто раздавил.

Арчи пустил воду, отрегулировал температуру, подставил лицо льющимся струям.

– Какие условия поставил твой друг Сароцини?

Легкие Джона горели – он не на шутку выложился в сегодняшней игре, но только физически. Мысли его были совсем в другом месте.

– Он сумасшедший. Ну, то есть этот тип живет в каком-то своем мире.

Арчи намылил волосы.

– Судя по твоему виду, он тебя просто нокаутировал.

– Это уж точно. Выставил дураком так, как это никому еще не удавалось.

– Что он от тебя хотел? Переспать с Сьюзан?

Джон хотел уже рассказать все Арчи, но вдруг передумал. А что, если… это, конечно, сумасшествие, но что, если они решат принять условия мистера Сароцини? Сьюзан не понравится, если об этом будет знать хоть кто-нибудь, кроме них, да и ему самому тоже.

– Да нет, ничего такого, – сказал Джон. – Все дело в гарантиях. Процентах. Контроле.

Арчи выключил душ и начал вытирать голову полотенцем.

– Лучше десять процентов существующего бизнеса, чем сто – несуществующего. Разве нет?

Джон не ответил. Он сел на скамью, надел ботинки и стал завязывать шнурки. Арчи сел рядом с ним и похлопал его по плечу.

– Слушай, Джон, может, эта сделка тебе и кажется не слишком выгодной после того, как ты столько лет ни от кого не зависел и делал все, что тебе нравится, но мы живем в реальном мире, а в реальном мире лишь единицам удается в одиночку делать свой бизнес. Сароцини предлагает тебе сделку. Если ты ее заключишь, твоя фирма выживет?

Джон кивнул.

– Дом останется за тобой?

Джон поколебался.

– Да.

– Твой доход не уменьшится?

– Не знаю. Наверное, не уменьшится.

– Твои акции остаются у тебя?

– Да.

– Тогда какого черта ты мучаешься? Вцепляйся в этого Сароцини мертвой хваткой!

Одевшись, они прошли в бар и, как обычно, заказали пиво. Джон мигом выхлебал свое и попросил принести еще. Арчи, попыхивая сигаретой, напомнил ему, что, кроме мистера Сароцини, с Джоном никто не захотел связываться.

Джон это все знал. Всю прошлую ночь он лежал без сна, думая обо всем этом, и ни на минуту не переставал думать об этом днем. Сегодня утром Сьюзан сказала, что сможет сделать это. Сможет, что тут такого. Его это никак не заденет – в физическом плане, но…

Тут его мысли словно натыкались на стену.

Похоже, после того, как ее изначальный гнев немного поутих, Сьюзан восприняла предложение мистера Сароцини с гораздо более холодной головой, чем он сам, и Джон безмерно уважал ее за это. Но он не знал, как она относится к материнству. Они долгое время не говорили об этом, а в те немногие моменты, когда Джон полагал, что Сьюзан вот-вот коснется этой темы, он решительно менял тему разговора. Не изменилось ли ее отношение?