Тринадцать часов - Деон Мейер

— Послушайте, мое дело не терпит отлагательств. Мне сейчас же нужно поговорить с управляющей.

«Конский хвост» снова надолго впал в ступор. Наконец он изрек:

— По коридору. Третья дверь направо.

— Спасибо, — сказал Вуси, выходя из кухни.

Вилли Маутон придержал для Гриссела дверь конференц-зала. Гейсеры сидели за длинным овальным столом. Они держались за руки. Бенни почему-то представлял их себе молодыми, оживленными ангелочками с лицами, которые как будто светятся изнутри — как у многих новообращенных. Оказалось, что обоим супругам уже хорошо за сорок, причем Мелинда, возможно, старше мужа. Они сидели с мрачными лицами, напряженные. Джош — рослый, широкоплечий здоровяк. Руки-лопаты. Светло-русые волосы пострижены модно, под ежика. Лицо в глубоких морщинах; вислые светлые усы до подбородка. Сразу было видно, что он очень гордится своими усами и заботится о них. На лбу здоровяка выступила испарина. Рядом с мужем Мелинда казалась крошечной. Кукольное круглое личико, обрамленное густыми светло-рыжими кудряшками. Молочно-белая кожа, длинные ресницы. Густо накрашена. В дни юности Бенни, проведенные в округе Пэроу, про таких говорили: «наштукатурилась, как на панель». Наверное, каждый день тратит кучу времени, чтобы поддерживать увядающую красоту.

Джош Гейсер встал.

— Вилли! Что происходит?

— Джош, вот, познакомься с сержантом уголовного розыска Бенни Грисселом. Мы хотим с тобой поговорить.

Гриссел протянул руку.

— Я инспектор, — уточнил он.

Гейсер не обратил внимания на протянутую руку.

— В чем дело? — спросил он, насупившись.

— Дело в том, что Адам умер.

Всю мрачность Джоша Гейсера точно рукой сняло. Он моментально побледнел. В конференц-зале воцарилось молчание.

Мелинда кашлянула, но Гриссел не сводил взгляда с Джоша. Ему показалось, будто изумление здоровяка неподдельно.

— Не может быть! — воскликнул Гейсер.

— Вчера его застрелили в собственном доме, — ответил Маутон.

— О боже! — вскричала Мелинда.

— Мистер Гейсер, я бы хотел побеседовать с вами наедине, — быстро вставил Гриссел, боясь, что порывистый Маутон сболтнет лишнего.

— Мелинда, подожди в моем кабинете, пожалуйста, — попросил Маутон.

Мелинда не двинулась с места.

— Вы совершаете ошибку, — обратился Гейсер к Грисселу.

— Мистер Гейсер, садитесь, пожалуйста.

— Что же ты, Мелинда? — звал Маутон.

— Я остаюсь с Джошем.

— Миссис Гейсер, вынужден просить вас удалиться. Мне нужно поговорить с вашим мужем наедине.

— Она остается! — заявил Джош.

Управляющая ночным клубом сидела в маленьком, донельзя захламленном кабинете. Стол и полки были завалены папками и грудами счетов. Хозяйка кабинета считала на большом допотопном арифмометре; наманикюренные ногти стучали по клавишам со скоростью звука. Вуси постучал в открытую дверь и осведомился, она ли управляющая.

— Да. — Хозяйка кабинета подняла голову. На вид лет сорок, короткие черные волосы, черты лица грубоватые, решительные.

Вуси показал свое удостоверение и представился.

— Галина Федорова. — Управляющая крепко пожала Вуси руку. — Зачем вы пришли? — Акцент тот же, что и у «конского хвоста».

Вуси в общих чертах обрисовал ситуацию.

— Садитесь, пожалуйста! — не то предложила, не то приказала Галина Федорова. Она начала сдвигать со стола папки, что-то ища. После долгих поисков нашла пачку сигарет и зажигалку, протянула Вуси.

— Нет, спасибо.

Управляющая вынула сигарету, закурила и заговорила, выпуская дым:

— Вы хоть представляете, сколько народу набивается к нам каждый вечер?

— Нет, не представляю, — ответил Вуси.

— Человек двести, а может, и больше. Мы очень попларны.

Вуси не сразу сообразил, что «попларны» значит «популярны».

— Я все понимаю. Но у вас кое-что случилось, миссис Федорова.

— Называйте меня Галя. Это по-русски уменьшительное от «Галина».

— Вы владелица заведения?

— Нет. Владелец — Геннадий Демидов. Я только управляющая.

Вуси вынул из кармана блокнот и начал записывать.

— Зачем вы пишете?

Он пожал плечами.

— До которого часа вы открыты?

— По понедельникам мы закрываем двери в полночь.

— И посетители расходятся?

— Нет. Войти к нам больше никто не может, но те, кто уже внутри, остаются еще долго. Мы закрываем бар после ухода последнего посетителя.

— Сегодня в четверть третьего ночи у вас еще были посетители?

— Надо спросить ночного управляющего, Петра.

— Позвоните ему, пожалуйста.

— Он сейчас спит.

— Придется его разбудить.

Галине явно не хотелось будить ночного управляющего. Она затянулась и выпустила дым через нос, как бык из мультфильма. Потом долго рылась в бумагах на столе и наконец откопала телефонный аппарат. Просто удивительно, подумал Вуси, что такая неряха еще как-то работает, исполняет свои обязанности.

Бенни Гриссел подступил к Джошу Гейсеру и оглядел гиганта снизу вверх. Джош Гейсер упрямо выпятил подбородок.

— Мистер Гейсер, позвольте объяснить, какой у вас выбор: мы можем сидеть здесь, но только вдвоем, и спокойно беседовать…

— Не волнуйся, Джош, мы с Регардтом тебя не бросим… — вставил, выглянув из-за его спины, Вилли Маутон.

— Нет, — ответил ошеломленный Гриссел. — Так дело не пойдет…

— Нет, пойдет. Он имеет право…

Гриссел медленно развернулся к Маутону. Терпение его было на исходе.

— Мистер Маутон, я понимаю, сейчас вы переживаете не лучшие времена. Я понимаю, что убитый был вашим компаньоном и вы заинтересованы в том, чтобы его убийц поскорее нашли. Но проводить следствие — моя работа. Поэтому, прошу вас, выйдите, чтобы я мог продолжать.

Вилли Маутон побагровел. Кадык у него на шее заходил вверх-вниз, голос снова стал пронзительным, как визг пилы:

— Он имеет право на адвоката! Вчера он приходил ко мне в кабинет. Мы с Регардтом обязаны присутствовать при допросе!

Адвокат Груневалд подошел к Маутону, как будто понял, что требуется его помощь. Бенни старался не срываться, но держался из последних сил.

— Мистер Гейсер, сейчас у нас будет просто беседа. Вы не арестованный. Хотите, чтобы Груневалд присутствовал при нашем разговоре?

Гейсер бросил на Мелинду беспомощный взгляд. Та покачала головой: