Источник - Майкл Корди

Мендоза, по-прежнему потирая виски, появился непонятно откуда и подошел к Хэкетту.

— Есть что-нибудь обезболивающее?

— В медицинской сумке. А что такое?

— Жуткая мигрень.

— Я выпишу рецепт. Купишь таблетки в городе. — Хэкетт обернулся к Россу: — Так ты идешь?

Зеб и сестра Шанталь не спускали с него глаз. Если Лорен умрет, пока его нет, он с ума сойдет от чувства вины. Но если он вернется, и она все равно умрет — а скорее всего именно так и будет, — он будет чувствовать себя виноватым, потому что не сделал ради ее спасения все, что было в его силах. Даже если сад лишь сказка, другого шанса спасти жену у него не будет. Надо попробовать. В отличие от Хэкетта, Мендозы и Хуареса он не просто искал сокровище. Он искал нечто куда более ценное и неуловимое — надежду.

— Да, Найджел, я иду. До самого конца.

Шесть часов спустя.

Перелет из Лимы в Икитос прошел спокойно, а переночевал Торино со всеми удобствами в гостинице «Эльдорадо Плаза», в самом центре города. Секретаря и остальную свиту он оставил в Лиме и дальше отправился один, не считая, разумеется, охраны. Чем меньше людей в курсе его миссии, тем лучше. Волновался он только из-за Базина. Торино отправил ему по телефону множество сообщений, но ответа пока не получил. В городе ходили разные слухи: рыбаки нашли в реке к югу от Икитоса недоеденное человеческое тело с пулей в голове. Болтали о стрельбе, о брошенной лодке.

Так или иначе, стоя на палубе выделенного ему катера, Торино отбросил неуместные переживания по поводу брата. Если Базин мертв, то он умер, служа церкви, и смерть его не была напрасной. Солнце садилось, и Торино щурился, поднося к глазам бинокль. Он видел, как «Дискавери» вышел из Пуэрто-Масуса и, двинувшись вниз по течению, скрылся за поворотом широкого русла. Тогда Торино посмотрел на экран портативного компьютера, который Базин передал ему в Лиме. Точка на карте ползла по реке на северо-восток.

Четверо солдат в камуфляже грузили лодку. Трое из них были светловолосы — этим, наряду с высоким ростом, они выделялись среди смуглых и низкорослых местных жителей. По традиции швейцарских гвардейцев набирали в немецких кантонах. Двое пронесли мимо открытый ящик с винтовками и патронами.

— А это нам зачем? — поинтересовался Торино.

Сержант (точнее, фельдфебель) Фляйшер нахмурился:

— Прошу вас, генерал. Мы отправляемся в джунгли, и я получил приказ охранять вас. Может, оружие не очень согласуется с вашим духовным саном, но нам оно необходимо.

— Вы не поняли меня, фельдфебель. Я не против оружия. Просто интересуюсь: вы больше ничего не берете?

— Не понимаю, о чем вы, генерал.

Торино вспомнил текст манускрипта и протоколы допроса отца Орландо в архивах инквизиции. Он подумал о том, как опасен путь через запретные пещеры к источнику чудесной силы сада, и вообразил, как погибли последние конкистадоры, кровь которых окрасила ручей алым.

— Рассчитывайте на то, что вам будет противостоять куда более сильный и жестокий противник, чем вы ожидаете, фельдфебель. Берите самое лучшее, самое современное оружие. Вы должны защитить нас от всех возможных опасностей. — Тут он припомнил, о чем договорился с папой. — Вам нужно захватить еще как минимум пару вещей.

И Торино рассказал Фляйшеру, что он имеет в виду.

— Тогда, генерал, нам потребуется еще день. Вы уверены, что это необходимо?

— Его святейшество сообщил мне, что вы обязаны содействовать исполнению моей миссии беспрекословно. Ведь вы, фельдфебель, получили именно такой приказ?

— Так точно, генерал.

— Ну и делайте, как я говорю. Поверьте, дополнительные меры предосторожности нужны для вашего же блага, как, впрочем, и для моего. — Торино поднял лицо к солнцу, греясь в его теплых лучах. Господь благоволил ему. Тут он опустил глаза на экран компьютера, который держал в руке. Точка продолжала двигаться на северо-восток. — Поторапливайтесь. Мы должны отплыть через двадцать четыре часа.