Воронье - Джордж Доус Грин

Приостановление действия лицензии: 1997 год.

Гражданский иск за невыплаченную ренту: 1998 год.

Правонарушение, связанное с хранением марихуаны: 2000 год, условный срок.

Так оно и должно было быть, если не считать, что симпатичная физиономия на мутном снимке, которая в 1997 году казалась мрачноватой, в 2003 году обрела пронзительный взгляд и скользкую улыбку.

Барриса удивило, что данные так коротки.

Он повел машину по 341-й дороге к магазину Чамми, где попросил позвать управляющего, но продавец сказал, что сегодня того нет. В субботу мистера Ху не бывает.

Баррис показал свой блестящий значок:

— Так раздобудьте его.

Продавец позвонил, и мистер Ху вскоре явился. Он был родом из Кореи, или Лаоса, или откуда-то из тех мест, и у него имелись трудности с языком, но он старался быть предельно обязательным. Баррис объяснил, что у него есть несколько вопросов касательно победителя джекпота. Он попросил проверить данные видеосистемы.

— Вы хотите узнать, когда был куплен выигрышный билет?

— Нет, мне нужны данные за следующий день. За четверг.

— Хорошо.

Мистер Ху был очень услужлив. Он провел Барриса в свой маленький кабинет и вставил диск. Это была старая дешевая система, с «рыбьим глазом». Покупатели входили в магазин, торопливо обегали его, останавливались у кассы и снова убегали. У одной толстой пары была такая смешная походка, что мистер Ху разразился смехом, но тут же спохватился и снова закаменел лицом.

Внезапно на экране возник Шон Макбрайд, который вошел в магазин.

— Медленнее.

Кадры пошли по одному. Макбрайд, весь в поту, выглядел усталым. Он остановился привести себя в порядок прежде, чем подойти к кассе. Был виден только затылок Черилл. Она что-то протянула Макбрайду — что именно? Он не платил, а просто вышел из магазина.

— Что она дала ему?

— Для шин, — сказал мистер Ху.

— Манометр? — уточнил Баррис.

Мистер Ху кивнул.

— Давайте дальше, — сказал Баррис.

Мистер Ху перепрыгнул к кадрам второго появления Макбрайда. Теперь за прилавком стоял мистер Ху, а Черилл у окна. Макбрайд протянул манометр мистеру Ху и отошел поговорить с Черилл. Их было еле видно. Через минуту Макбрайд покинул магазин.

И тут же в магазин вошли пара мужчин с телекамерами.

Вот как оно было. Шон исчез.

— Вы помните этого парня? — спросил Баррис.

— Нет, не помню.

— У вас есть изображение его машины? Имеется у вас внешняя камера?

Мистер Ху проверил другой диск. С камеры, которая глядела на насосы, — но в течение всего времени, о котором шла речь, в поле зрения не появилось ни одной машины. Хотя ничего удивительного, поскольку Макбрайд не заливал горючее. Он подкачивал шины, так что мог припарковаться у воздушного насоса.

Но Баррис и мистер Ху обратили внимание, как кто-то отъехал со стоянки; изображение было довольно расплывчатым, но это вполне могла быть машина Макбрайда.

Баррис покачал головой:

— Хорошо. Можете выключить.

Что мистер Ху и сделал.

— Я полагал, — сказал Баррис, — что магазин, продающий билеты, имеет с них какой-то доход.

— Только не я, — сказал мистер Хью. — Я всего лишь управляющий.

Он удовлетворенно улыбнулся. Словно был полностью счастлив, что не принимает участия в дележке этого пирога, — и в то же время доволен, что крылатая Фортуна предпочла приземлиться на плечо какого-то другого бедняги, а не на его.

ШОН вместе с Митчем нанес визит большой финансовой шишке Генри Лонсдейлу. Тот жил в безвкусной усадьбе на Блэк-Банкс, неподалеку от острова Сен-Симон. Полосатые стены, нависающие балконы, окна со стеклами, покрытыми морозными узорами. От подъездной дорожки горничная провела их мимо беседки с колоннами в кабинет, под который был оборудован вестибюль в двадцать футов высотой. Одна стена была отведена под рыбацкие трофеи и почетные грамоты за успехи в рыболовстве.

Появившийся Лонсдейл представился. Шон спросил его:

— Вы в самом деле выиграли открытое первенство по ловле морского окуня?

— Какое? Ах да, в 2006 году.

— Ух ты. И какой экземпляр вы вытащили?

Лонсдейл пожал плечами:

— Думаю, на 59,3 фунта или что-то вроде того.

— Господи. И какая была наживка?

— Если мне не изменяет память, в ведре у меня было полно летучих рыб. Но все зависит от техники заброски. Я видел вас по телевизору, мистер Макбрайд. Насколько я понимаю, вы тоже любите рыбачить?

— В общем-то случалось в Огайо. Откуда я родом. Но большеротый окунь никогда не попадался, хотя мне нравится иметь с ними дело.

— Ну, на этом побережье такой добычи достаточно. Я буду рад пригласить вас на охоту за красной неркой.

— Я был бы очень признателен.

Не подлежало сомнению, что рыбная ловля была главной страстью Лонсдейла в жизни. Он сказал Шону, что больше не собирается посвящать себя финансам.

— Будет всего несколько клиентов, только чтобы не отвыкнуть, — решительно сказал он.

Шон хотел бы с годами походить на него.

У большого стола с каменной столешницей его ждали три доверенных помощника — банкир, бухгалтер и юрист. На них были костюмы едва ли не по миллиону долларов, и, обмениваясь рукопожатиями, они смотрели вам прямо в глаза, делая вид, что принадлежат к сильным мира сего. Но Генри Лонсдейл в своих теннисных туфлях и легких хлопчатобумажных брюках без труда превосходил их. Пока они переговаривались между собой, он с размаху опустился на свой стул, подтянул к себе двенадцатистраничный меморандум о взаимопонимании, пролистал его — и, покончив с ним, сразу же приступил к делу. Смотреть на него было сплошным удовольствием, на то, как легко он отделял зерна от плевел. Вычеркнул одну фразу, заменил другую, крест-накрест перечеркнул ненужные подробности, ввел в смятение своих бедных помощников острыми вопросами и претензиями, отбрасывая все возражения и не терпя промедлений. Ну и шоу! Пораженный Шон не сказал ни слова, но пару раз громко рассмеялся. И лишь после того, как дело было завершено к всеобщему удовлетворению, он осмелился спросить:

— Да, кстати, Генри… Как вы думаете, сможете ли выдать часть наличностью?

Все заулыбались. Наконец Лонсдейл сказал:

— Наличностью?

Шон кивнул:

— Да, мне понадобится немного наличных.

— Все пройдет наличными.

— То есть?

— Все целиком. Мы говорим, что необходимо вообще избавить вас от наличных в тот момент, когда все будет улажено. Обеспечение безопасности, долгосрочные инвестиции, так что вы сможете начать зарабатывать на вашем капитале…