Убей меня нежно - Никки Френч

Несколько дней спустя я спустилась, чтобы взять почту, и обнаружила еще один коричневый конверт. На нем не было штемпеля, зато красовалась надпись: «Для миссис Адам Таллис».

Я тут же открыла его, прямо в общем коридоре, чувствуя, как циновка у дверей покалывает ноги. Бумага была та же и почерк тот же, правда, немного мельче, так как текст был длиннее:

ПОЗДРАВЛЕНИЯ СО СВАДЬБОЙ, МИССИС ТАЛЛИС. НЕ ЗАБЫВАЙ ОГЛЯДЫВАТЬСЯ.

P.S. ПОЧЕМУ ТЫ НЕ ПОДАЕШЬ СВОЕМУ МУЖУ ЧАЙ В ПОСТЕЛЬ?

Я отнесла записку Адаму и положила на кровать прямо у его лица. Он прочел с мрачным выражением.

— Наш корреспондент не знает, что я оставила девичью фамилию, — заметила я, стараясь говорить беззаботно.

— Зато знает, что я лежу в постели, — сказал Адам.

— Что это значит? Чай?

Я прошла на кухню и открыла буфет. Там было всего две упаковки чая в пакетиках — кенийского для Адама и лапсан сучунг в яркой упаковке для меня. Я выложила их на стол.

Внешне пакеты выглядели вполне нормально. Я заметила, что Адам встал у меня за спиной.

— Почему я должна подавать тебе чай в постель, Адам? Может, это как-то связано с кроватью? Сахар?

Адам открыл холодильник. Там на дверце стояли две бутылки молока, одна наполовину пустая, вторая непочатая. Он вынул обе. Я заглянула в шкафчик под раковиной и обнаружила там большой красный пластиковый таз. Взяла у Адама бутылки.

— Что ты делаешь? — спросил он.

Я вылила в таз первую бутылку.

— Похоже на молоко, — сказала я. Потом открыла вторую бутылку и начала выливать жидкость из нее.

— Это... о Боже.

В молоке были какие-то маленькие темные крошки, они постепенно всплывали на поверхность. Насекомые, мухи, пауки, их было много. Я аккуратно поставила бутылки на пол и вылила содержимое таза в раковину. Мне пришлось собрать в кулак всю волю, чтобы меня не вырвало. Сначала я испугалась, потом разозлилась.

— Здесь кто-то был! — крикнула я. — Они, черт их побери, были в этой квартире.

— Г-м-м? — с отсутствующим видом произнес Адам, словно думая о чем-то совершенно другом.

— Кто-то проник сюда.

— Нет, здесь никого не было. Это молоко. Они поставили бутылку на лестницу после того, как оно было доставлено.

— Что нам делать? — спросила я.

— Миссис Таллис, — задумчиво сказал Адам. — Это нацелено против тебя. Будем звонить в полицию?

— Нет, — громко ответила я. — Пока не будем.

* * *

Я поймала его, когда он вышел из подъезда с кейсом в руке.

— Зачем ты так поступаешь со мной? Зачем?

Он отшатнулся от меня как от ненормальной.

— Какого черта?..

— Не подсовывай мне это дерьмо, Джейк! Теперь я знаю, что это ты. Я долго обманывала себя, что это кто-то другой, но при этом знала, что это твоя работа. Кому еще знать, что я боюсь всяких насекомых?

— Элис. — Он попытался положить руку мне на плечо, но я стряхнула ее. — Успокойся, люди подумают, что ты спятила.

— Просто скажи, какого черта ты подложил этих вонючих пауков мне в молоко. Это месть?

— Теперь уже я думаю, что ты спятила.

— Ну, давай рассказывай. Что ты еще приберег для меня в рукаве? Хочешь потихоньку свести меня с ума?

Он взглянул на меня, и от этого окаменевшего взгляда я почувствовала дурноту.

— Если тебя интересует мое мнение, — веско произнес он, — у тебя уже поехала крыша. — И, резко развернувшись на каблуках, зашагал по улице прочь от меня.

* * *

Адам не проявлял большого интереса, но всю следующую неделю каждый раз, проходя мимо газетного киоска, я проверяла, не напечатали ли они статью. В следующее воскресенье она появилась. Она сразу же бросилась мне в глаза, маленькая фотография горы в рамке на первой странице с надписью: «Карьеризм: горы и деньги. Читайте во втором разделе». Я быстро раскрыла газету, чтобы просмотреть, что написала Джоанна. Оказалось, что статья занимает несколько страниц, слишком много, чтобы одолеть на месте. Я купила газету и принесла ее домой.