Я путешествую одна - Самюэль Бьорк

Миа Крюгер сидела у окна в кофейне «Кафебреннери» на Стургате и пила уже второй кортадо за день. Она съела лепешку и выпила апельсиновый сок – у нее было жуткое похмелье, но она почувствовала, как тело медленно, но верно начало просыпаться после вчерашнего вечера с Сюсанне. Обычно она не читала газет, но сегодня почему-то решила сделать это, хотя заголовки убеждали ее воздержаться. Детоубийства, – так они решили называть это. Миа ненавидела, когда СМИ так делали, придумали названия и логотипы для дел об убийстве или исчезновении, для беспорядков и войн и для чего угодно. Они что, не понимают, что делают с читателями? Не понимают, что они сеют страх среди обычных людей? Гореть им всем в аду. Почему против этого нет законов? Наказаний? И кроме того, неужели эти идиоты не понимают, что тем самым они дают преступнику то, что он хочет, – внимание! До них не доходит, что такие люди хотят одного – внимания? На страницах всех газет. Детоубийства. Иногда ей было интересно, как они все это придумывают, эти журналюги. Интервью с детьми, их подружками и сотрудниками детских садов. Полиция в растерянности. Ей было интересно, откуда у них все это. Фотографии Паулине на пляже и на своем дне рождения с семьей. Фотографии Юханне на коньках и в бассейне с дедушкой. Миа покачала головой, но не смогла отложить газету. Подозреваемых нет. Страна в трауре. Фотографии с похорон. Фотографии цветов и свечей с мест, где их нашли. Письма девочкам. Плачущие дети. Плачущие взрослые.

Она отложила газету и допила свой кортадо. Зазвонил телефон?

– Миа, слушаю.

– Это Холгер. Ты где?

– В «Кафебреннери» на Стургате, что такое?

– У нас новое исчезновение.

Миа почувствовала, как волосы на руках встали дыбом. Она надела куртку и через несколько секунд уже была у выхода.

– Ты в офисе?

– Выезжаю отсюда.

– Захвати меня около «Севен-Элевен» на Плёенсгате.

– Хорошо.

Миа положила трубку и побежала к Янгсторге. Черт возьми. Номер три. Три черточки на среднем пальце левой руки. Нет, не в этот раз. Они рано спохватились. Новое исчезновение, и они уже ищут. Больше никаких черточек. Миа не знала, кем была новая девочка, но, пробираясь через толпу на пути к Торггате, она решила: эту девочку они найдут, прежде чем станет слишком поздно.

Она завернула за угол Янгсторге в тот момент, как черное «ауди» Холгера заехало на Плёенсгате. Миа забралась на переднее сиденье и быстро захлопнула дверь.

– Куда едем? – спросила она, запыхавшись.

– Дисен, – коротко ответил Мунк. – Дисенвейен. Сообщили десять минут назад. Андреа Люнг. Шесть лет. Пропала из своей постели. Обнаружил проснувшийся отец.

Мунк установил на крышу мигалку и нажал педаль газа.

– Он только сейчас проснулся?

Она посмотрела на время в своем телефоне.

– Очевидно, – пробормотал Мунк.

– Кто уже там?

– Ким и Анетте. Карри в пути.

Мунк раздраженно посигналил трамваю и паре пешеходов, которые зазевались на переходе.

– Тупые идиоты.

– Она пропала из дома?

Мунк кивнул.

– Странно. Две другие пропали из детского сада.

– Ну, давайте уже. Боже мой.

Мунк еще посигналил, наконец-то выбрался из потока и поехал в сторону Синсен.

– Дома только отец? Где мать?

– Понятия не имею, – пробормотал Мунк.

Зазвонил телефон, и он взял трубку. Он был краток. Не лучший день в его жизни.

– Да? Твою мать. Да, огради территорию. И быстро вызывай криминалистов. Что? Нет, на это мне плевать, это приоритет, и это место преступления. Мы будем через пять минут.

Он снова положил трубку и потряс головой.

– Анетте?

– Ким.

– Что нашли?

– Кровь.

– Кровь?

Он яростно кивнул.

– Возможно, это не наш преступник, – предположила Миа. – Почерк совершенно другой.

– Думаешь?

Последнее он произнес, не глядя на нее. Шестилетняя девочка исчезла из своей спальни в Синсен. Миа достала пастилку из кармана куртки. Можно было надеяться, что эти дела не связаны между собой. Три черточки на среднем пальце левой руки. Черт, не в этот раз. Они должны справиться.

Мунк опять посигналил, чуть не переехал парочку панков, которые и не думали прибавить ходу на «зебре», увидев перед собой полицейскую машину с мигалкой.

– Кровь девочки? – спросила Миа.

– Слишком рано говорить, криминалисты в пути.

– Ты знаешь последние новости о Баккене?

– Татуировка орла, да. Рогер и Ранди? Что-то слышал. Трансвестит?

– Похоже на то.

– Сейчас нам это не нужно. Не время.

Последнюю фразу он сказал не ей. Мунк пробормотал ее про себя со стиснутыми зубами, и выехал на Тронхеймсвейен к Дисен. Дисенвейен. Маленкие красные таунхаусы, проснувшиеся сегодня в ужасе.