Формула бессмертия - Сергей Пономаренко

— Пойдемте! — Оксана рванулась вперед, но Кротенко ее удержал.

— Ксюша, почему ты все время со мной на «вы»? — Язык у него слегка заплетался. — Давай выпьем и поцелуемся — на брудершафт! Я тебе совсем не нравлюсь?

Оксана повернулась к режиссеру, отвлекшись на мгновение, а когда вновь посмотрела в сторону человека в зеленой маске, его уже не было — как будто он растворился. Вверх взлетели еще несколько ракет, но она его больше не увидела. Оксана почувствовала раздражение и с неприязнью взглянула на режиссера, продолжавшего крепко держать ее за руки и пытавшегося привлечь к себе.

— В таком виде вы мне не нравитесь! И пить я больше не буду — мне нужно ехать домой!

— Зачем? У Алмазова шесть спален! Шесть! Выбирай любую!

— Я предпочитаю вернуться домой. Присутствующему тут народу для ночлега потребуется больше, чем шесть спален.

— Я сомневаюсь, что кто-то будет спать. Гулять будут до утра и, кто знает, до какого дня.

Оксана не знала, как отделаться от пьяного режиссера, все настойчивее пристающего к ней, и при этом соблюсти правила хорошего тона. Ведь ей еще придется неоднократно общаться с ним, а только что замеченная фигура в маске богини Кали подсказывала, что нужно искать среди этой киношной братии.

И тут она увидела Ирочку Рябинину, еще больше опьяневшую. Девушка сняла блузку и, оставшись в полупрозрачном лифчике и коротенькой юбочке, демонстрировала танец живота, что у нее получалось довольно здорово. Зрителями были трое мужчин среднего возраста, подбадривающих ее хлопками в ладоши, среди которых она узнала полноватого актера Барсукова. Он был в темном сюртуке, но уже без своей красной маски. И хотя он был одет точно так же, как тот, в зеленой маске, Оксана не сомневалась, что это разные люди, имевшие разное телосложение.

Оксана, дав обнять себя за талию, продолжала говорить с режиссером и незаметно подвела его к Ирочке, как раз закончившей свое выступление и пожинавшей аплодисменты. Расчет оказался верным, Ирочка вновь мертвой хваткой вцепилась в режиссера, «отбив» у соперницы. Воспользовавшись тем, что они стали выяснять отношения, Оксана ретировалась. Сделав круг, она так и не нашла ни обладателя темно-зеленой маски, ни «Дарта Вейдера». Проведенный здесь вечер ничего не прояснил, а наоборот, вызвал новые сомнения и вопросы.

Оксана направилась к дому, у колонн которого беседовали двое мужчин и женщина, в которой она узнала жену Алмазова. Подойдя поближе, она увидела, что один из мужчин — ассистент оператора Володя, а второй был ей незнаком.

— Вета, большое спасибо, — сказала Оксана, — был чудесный вечер, но мне пора возвращаться домой.

— Куда вы поедете на ночь глядя? Переночуйте у нас.

— Спасибо, но завтра у меня много дел с утра, и я привыкла ночевать дома.

— Боитесь повторить судьбу Дездемоны? Судя по времени возвращения, скандала все равно не миновать! — хихикнул незнакомый мужчина.

— Ося, перестань! Это не твое дело! — одернула его Вета. — Извините, Оксана, он выпил лишнего.

— Что?! Я, Осип Финкиштейн, говорю все, что думаю! И мне есть что сказать! — заявил мужчина, гордо выпрямившись, хотя нетвердо стоял на ногах.

— Прощайте! — Оксана повернулась и пошла на выход.

Вета ее догнала:

— Я вас проведу. Извините, Ося, когда трезвый, очень культурный и вежливый. А тут на него нашло! Он пишет музыку, по его мнению, гениальную, но, кроме него, никто так не считает.

— Теперь понятно — нереализованные амбиции. Я на него не в обиде.

— Предупреждала Вениамина — люди творческие пьют без меры, а потом ведут себя безумно. Лучше бы сняли для вечеринки ресторан — к этому времени уже все разъехались бы по домам. А тут покоя мне не будет — боюсь, как бы чего не вышло. А сколько предстоит на завтра уборки! — горько вздохнула Вета.

— За весь вечер я так и не увидела вашего мужа. Или он скрывался под маской, чтобы его невозможно было узнать?

— Веня — мой гражданский муж, надеюсь, мы в ближайшем будущем узаконим наши отношения. Днем он выезжал на запланированную с кем-то встречу и значительно припоздал на начало вечеринки. Когда приехал, то не захотел надеть маску Кощея Бессмертного с короной на голове. Сказал, что облик бессмертного старца ему не нравится и что если уже быть бессмертным, то не в столь преклонном возрасте.

— Разве маски на этой вечеринке не его идея?

— Не знаю, я в это не вникала.

За воротами усадьбы Алмазова стояла густая темень, и Оксане пришлось включить фонарик-карандаш, который она постоянно носила в сумке. Из-за ограды доносилась музыка, смешиваясь с властвующим здесь покоем. Пройдя десяток шагов, она услышала, как калитка позади нее, тихо щелкнув, открылась. Вышедший человек растворился в темноте, ничем не выдавая своего присутствия, и в этом была странность, заставившая Оксану насторожиться. И еще ей показалось, что за ней наблюдают. Она физически ощутила сверлящий ее недобрый взгляд, отчего почувствовала себя беззащитной и словно раздетой.

— Эй, кто там? — крикнула она, повернувшись в ту сторону, где, по ее предположению, мог находиться неизвестный. К собственному неудовольствию, она услышала в своем голосе неприкрытый страх.

Слабенький, узкий луч фонарика пронзал тьму метра на два, не больше. Даже в Турции, находясь во власти торговцев людьми, она не испытывала такого страха. Это был липкий, лишающий сил к сопротивлению страх. Там угроза имела конкретное лицо, а люди — понятные намерения. Здесь же она не видела и не знала противника, не могла просчитать его действия. Оксана сожалела, что не взяла с собой зарегистрированную «травматику», хотя знала, что придется возвращаться ночью. Усвоенные приемы самообороны — это, разумеется, хорошо, но оружие надежнее. Пистолет «браунинг», несмотря на небольшие размеры, показался ей тяжеловатым для дамской сумочки, к тому же до сих пор в нем не было необходимости.

Оксана пересилила желание в панике броситься к своему автомобилю, находящемуся в трех десятках шагов от нее, и, наоборот, стала передвигаться очень медленно, превратившись в слух, который в данной ситуации был ей лучшим помощником. Она то и дело обводила вокруг себя лучом фонарика, не давая незнакомцу приблизиться незаметно. И страх постепенно отступил, ее мысли и движения стали четкими. Теперь она была в состоянии просчитать возможные действия неизвестного, ничем не проявлявшего своего присутствия.

Уже подойдя к автомобилю, Оксана услышала, как калитка захлопнулась. Неизвестный вновь вернулся в усадьбу, оставив свои намерения? Какова же была его цель? Напугать? Напасть не решился, почувствовав, что она к этому готова? А может, это кто-то из перебравших лишнего гостей и ему вовсе не было до нее дела? Постоял, пришел в себя и вернулся назад? Или этим он лишь отвлек ее внимание?

Не расслабляясь, все так же настороженно Оксана села в автомобиль и сразу заблокировала двери. Завела мотор, включила фары, дальний свет, тут же спугнувшие темень, и ничего угрожающего не увидела. Уже полностью успокоившись, она направила автомобиль в обратный путь.