Ловцы пыли - Ила Опалова

– Сумасшедшая! – замотала головой растерявшаяся от новостей Ольга. – Ты сумасшедшая! Ничего здесь нельзя рассчитать. Ни-че-го! Ставки – та же рулетка, удача, которая может повернуть, как угодно!

– Ну да, – скорее, чтобы не спорить, подтвердила Антонина и посмотрела на Ольгу, будто побитая.

– И ты с сыном поставила на двести тысяч?

– Сын поставил. Он начал проигрывать… сначала немного… тысячу… Но это ж тоже деньги! И совсем не мелочь… Вот и решил отыграться…

– У вас все так же мало клиентов?

– Клиентов хватает…

– Тогда зачем?.. Тоня, ты понимаешь, что сделала?

– Дай мне денег! – Антонина умоляюще смотрела на Ольгу. – Сына я уже уволила. Будет у меня работа, я рассчитаюсь, подзайму, продам что-нибудь. Мне нужно сегодня, иначе уволят.

– Кто сегодня работает?

– Никто, – Антонина жалко улыбнулась. – Я сообщила в главный офис, что у нас авария и нет света. Но ты же понимаешь, что завтра филиал должен открыться, и деньги потребуют…

Ольга отлично знала, что руководство в целях безопасности не допускает скопления в филиалах крупных сумм, и было ясно, что руководство потребует перечислить в центр не менее ста тысяч. Удивительно, что до сих пор деньги не запросили. И на выплату возможных выигрышей нужна немалая сумма. Если деньги не будут перечислены, возникнут вопросы, подключат правоохранительные органы. Тоню уволят и отдадут под суд за недостачу.

– Я не могу дать тебе денег, – сказала Ольга с сожалением, отводя глаза. – У меня их нет.

– Как это нет? – растерялась Антонина. – Как нет?! У тебя ни ребенка, ни котенка! – Она знала, что делает этими словами больно, и почувствовала мстительный восторг оттого, что не одной ей плохо. – У тебя никого! А у меня сын, взрослый, ему надо поступать учиться, это, между прочим, недешево!

Ольга подняла потемневшие глаза, и Антонине стало стыдно, но жалеть подругу она не собиралась.

– Возьми кредит, – устало посоветовала Ольга.

– Кто ж мне при моей зарплате даст такой кредит! Сама знаешь, что «по-белому» мы получаем копейки. Это в «Фортуне» платят все «в белую», и кредит можно взять, и отпуск есть, – Антонина посмотрела на Ольгу так, словно она виновата в том, что официальная зарплата у них нищенская, а отпуск не оплачивается.

– Возьми кредит под залог квартиры… – сказала Ольга.

– Но вопрос будет решаться несколько дней, а может, и месяц! А мне нужны деньги сегодня! Мне на колени упасть?!

– У меня нет денег, – твердо сказала Ольга. – Мне надо будет Наташу хоронить. – Ее голос дрогнул. – И Наташиной маме надо помочь, она смертельно больна…

– Нелепая ты! – зло бросила Антонина. – Почему ты должна кому-то чужому помогать? И заниматься похоронами?

– Потому что я приняла Наташу на такую работу…

– А разве мне не ты на такую работу помогла устроиться? Разве не из-за этого я сейчас в беде? Ты виновата! Ты меня не предупредила!

– Ты читала инструкцию, запрещающую работникам букмекерской фирмы делать ставки, ты ее подписывала. Инструкции не из пальца высасываются, за ними чужой опыт, чужие ошибки и слезы. Ты взрослая женщина и должна была отдавать себе отчет в том, что делаешь.

– А я не отдавала! Я была загнана в угол!

– Я не могу тебе помочь.

– Ты думаешь, у тебя все хорошо?

– Ты о чем?

– У тебя тоже не все благополучно.

– Что ты хочешь сказать? – у Ольги тревожно дрогнуло сердце.

– Я понаблюдала за твоим кассиром. Он берет деньги с игроков.

– Как берет? – растерялась Ольга. – Ты о чем?

– Ты дура, да? Ты знаешь, что многие игроки стремятся переставить выигранные деньги? Вот и представь, клиент видит, что его ставка сыграла, что можно выигранные деньги снова поставить на выгодный коэффициент, а кассир говорит, что ведомость еще не пришла, и выигранная ставка не рассчитана. А коэффициенты на мониторе такие суперские! Ждать – ну просто невозможно, да и коэффициент может понизиться. И вот игрок начинает уговаривать кассира не дожидаться ведомости, мол, ставка все равно сыграла, результаты в Интернете есть. И кассиру за то, что тот переставит выигрыш на новое событие, игрок обещает деньги… тут все зависит от суммы ставки. За смену из копеек несколько сотен, возможно, набегает. И еще твой кассир со ставками мутит. Приходил парень и в чем-то упрекал твоего Мишаню. Вот увидишь, подведет тебя под монастырь этот кассир!

– А может, тебе пойти в монастырь? – задумчиво предложила Ольга.

– Издеваешься? Ты вообще меня слышишь? – зло спросила Антонина.

– Слышу, – кивнула Ольга. – Лучше бы ты пошла улицу мести…

– Значит, бросаешь меня в беде?

– Твоя беда не деньги, а сын, – Ольга с жалостью посмотрела на Антонину. – Главное, чтобы он не стал игроманом. Тебе надо уволиться, поставить руководство в известность о недостаче, договориться о сроках возврата денег. Может, у меня все-таки получится помочь тебе деньгами.

– Мне работа нужна! – Антонина яростно уставилась на Ольгу.

– Найдешь, – виновато вздохнула та. – Я тоже когда-то оставила все в один день. Правда, у меня не было сына и такого большого долга. Но зато и дома тоже не стало, родного города и друзей. А твой сын тоже может поискать работу…

– Железка ты, ржавая, бесчувственная! – злобно выплюнула Антонина, схватила со стола сумку и торопливо пошла к выходу, потом метнулась обратно и прошипела:

– Дай тысяч десять хотя бы. Я отыграюсь. Буду ставить по чуть-чуть.

– Ты безумна, – качнула головой ошеломленная Ольга.

– Тогда дай тысячу на дорогу. Если не жалко…

– Сколько стоит билет? – вздохнула Ольга и полезла в сумочку. – Сто рублей? Или цены выросли?

Она достала две сотенные купюры.

– Не надо смотреть на меня, как на зачумленную, – Антонина зло выхватила из протянутой руки деньги и ушла, не оглядываясь.

* * *

Ольга Николаевна вернулась в контору. Клиентов стало меньше. Она молча вошла в кассовое помещение. Миша бросил на директора короткий взгляд. Ольга Николаевна вывела из печати ведомости принятых ставок и выплаченных, пересчитала деньги. Все сошлось. Кассир с легким удивлением искоса следил за ее действиями. Распечатывать ведомости задолго до окончания смены – пустое дело, они меняются порой за минуту несколько раз. А Ольга Николаевна села рядом с Мишей и заговорила:

– Хорошо дела пошли, может, и премию получим…

– Премия – это здорово, – проговорил Миша и, настороженно улыбнувшись, посмотрел на директора.

Поймав его взгляд, она вдруг спросила, продолжая смотреть в каштановые глаза:

– Миша, кто сегодня с тобой разбирался? Сколько денег ты не выплатил клиенту?