Черные пески - Роберт Брындза

Как раз в тот момент, когда Кейт почти поднесла стакан к губам, у нее в сумочке зазвонил телефон. Этот звук вывел ее из транса. Она поставила стакан и достала из сумки телефон.

Тристан.

— Можешь говорить? — спросил он.

— Да, — ответила Кейт, продолжая смотреть на стакан с виски.

— Этот старик, Тед Клаф, прислал мне сообщение в Фейсбуке. Он говорит, что может поговорить с нами…

— Правда?

— И хочет встретиться прямо сейчас. Сказал, что болеет, да еще и полуночник. Знаю, уже поздно, но он говорит, что у него есть довольно компрометирующая информация о семье Бейкеров.

Кейт сделала глубокий вдох и отодвинула стакан с янтарной жидкостью.

— Ты хочешь встретиться с ним сейчас? — уточнила Кейт.

— Я застрял в пустой квартире, все время размышляю, так что да, но я знаю, что ты устала.

— Нет. Мне бы тоже не помешало отвлечься, — сказала Кейт. — Скоро приеду и заберу тебя.

А затем вышла из паба, испугавшись, что едва ли не вернулась к старым привычкам.

* * *

Тед Клаф жил на небольшой ферме в сельской местности недалеко от Эшдина. По мере того, как Кейт и Тристан приближались, начал опускаться густой туман, проселочную дорогу окружал непроходимый лес.

Дорога резко повернула, и Кейт пришлось ударить по тормозам, а когда клубящийся туман рассеялся, на поросшей травой обочине показалась фигура растрепанного старика. Он был одет в длинное пальто и твидовую кепку, в руках держал кислородный баллон, а кислородная трубка была обернута вокруг его лица и под носом. Кейт опустила стекло.

— Здравствуйте? Вы мистер Клаф?

— Да, пожалуйста, зовите меня Тед, — ответил мужчина, тяжело дыша.

— Здравствуйте, я писал вам на Фейсбуке, — сказал Тристан, выглядывая из-за Кейт. Тед провел языком по пожелтевшим зубам и тяжело задышал. Кейт никак не могла понять, сколько ему лет, вероятно, за шестьдесят.

— Проезжайте через ворота, — указал мужчина направление. — Я на машине, так что езжайте за мной.

— Спасибо, — сказала Кейт. Они съехали с дороги, из-за чего машина накренилась и подскочила. А потом через ворота выехали на другую, окруженную туманом дорогу, утопающую в густом лесу. Закрывшись за ними, ворота издали зловещий пронзительный звук.

— Похоже, он совсем плох, — сказал Тристан, глядя в окно на Теда, который медленно шел с канистрой к своей маленькой, красной, забрызганной грязью машине и садился в нее.

Он отъехал, и Тристан с Кейт последовали за ним по длинной извилистой дороге, пока не увидели небольшой дом с зажженным окнами на нижнем этаже. Они припарковались рядом с задней дверью, которая вела в комнату для хранения обуви и небольшую захламленную кухню, освещенную тусклым верхним светом. Кошки были на каждой поверхности — на холодильнике, кухонном столе, стульях — а на полу было расставлено несколько мисок с недоеденной несвежей кошачьей едой.

— Хотите чашечку чая? — спросил Тед.

— Да, пожалуйста, — сказала Кейт. Ей все еще очень хотелось выпить, но жажда отступала.

Тед поставил свой кислородный баллон на пол. Трубка была достаточно длинной, чтобы дать возможность ходить между холодильником и чайником. Мужчина открыл холодильник, и Тристан с Кейт увидели, что внутри не было ничего, кроме молока и банок кошачьего корма.

— Спасибо, что встретились с нами в такое время, — сказала Кейт.

— Я не могу спать по ночам. Время для меня — все и ничто, — сказал он, останавливаясь, чтобы перевести дыхание, и доставая из холодильника бутылку молока.

— Может быть вам помочь? — предложила Кейт.

— Я очень требователен к чаю, который пью, и, если у меня осталось совсем немного времени, хочу, чтобы каждая чашка была идеальной, — сказал он. Он видел, что они смотрят на него. — Рак легких. Мне дали месяц, а может, и меньше.

— Мне жаль, — сказала Кейт.

Тристан кивнул.

— Сожалею.

— Мне ни к чему ваша жалость, я должен кое-что вам рассказать, — ответил мужчина. Кейт хотела уговорить его принять помощь, но все же они позволили Теду заварить чай самостоятельно.

Когда все было готово, они последовали за Тедом по тесному, заставленному книгами коридору. В тишине тикали часы. Вокруг все было пропитано сыростью и, казалось, покрыто слоем пыли. В кабинете было еще больше книжных полок и шкафов с папками. Тед поднял кота с кресла у стола. Затем щелкнул пальцами в сторону дивана, с которого спрыгнули еще две облезлые кошки, оставив после себя обильное количество шерсти. Кейт и Тристан присели.

— С чего мне начать? — поинтересовался он, отдышавшись.

— Мы нашли вас в интернете, вы ведь участвовали в «Альянсе за право на свободу передвижения»? — уточнила Кейт.

— Да, я местный. Тогда, в пятидесятых, проект водохранилища вызвал много споров. Шесть деревень, стоявших сотни лет, были затоплены. Семья Бейкеров принудительно выселяла людей из собственных домов. Права общества на проезд в одночасье исчезли, и вокруг водохранилища их пришлось устанавливать заново. Я ввязался в это дело много лет спустя, когда Бейкеры попытались запретить людям ходить в радиусе километра от водохранилища. Это древняя вересковая пустошь, которой люди наслаждались веками. Произошел чистой воды захват земли. Мы и так многое потеряли из-за строительства водохранилища, так что нам пришлось бороться.