Третий секрет - Стив Берри

Кастель-Гандольфо, Италия

11 ноября, суббота

20.35

Мишнер ехал на юго-восток мимо оливковых садов, разбросанных по склонам Альбанских холмов. Папская резиденция в Кастель-Гандольфо состояла из виллы Барбернини, виллы Сайбо и огромного сада на берегу озера Альбано. В этом тихом месте можно отдохнуть от бесконечного римского шума — островок уединения среди непрерывной суеты церковных дел.

Климент ждал на открытой террасе. Мишнер снова предстал перед ним в роли папского секретаря — черная сутана с белым воротником, затянутая фиолетовым поясом. Сидя в деревянном шезлонге, Папа любовался оранжереей. Осеннее солнце бросало лучи на высокие стеклянные панели — внешнюю стену сада. В теплом воздухе пахло цветами.

— Колин, принеси стул.

Папа был рад увидеть его.

Мишнер повиновался.

— Вы хорошо выглядите.

Климент усмехнулся:

— Значит, раньше я выглядел плохо?

— Вы знаете, о чем я.

— Я прекрасно себя чувствую. И кстати, сегодня я превосходно позавтракал и пообедал. А теперь расскажи мне о Румынии. Буквально все.

Мишнер рассказал о поездке, умолчав только о встрече с Катериной. Потом он передал Клименту конверт, и Папа прочел письмо отца Тибора.

— Что именно сказал Тибор? — спросил Климент.

Мишнер описал все в деталях, стараясь не упустить ничего, и добавил:

— Он говорил загадками. Что-то скрывал, но, по-моему, он критически настроен к церкви.

— Это я понял, — пробормотал Климент, в задумчивости постукивая костяшками пальцев по деревянному подлокотнику.

— Ему не нравится, как Святой престол поступил с третьим откровением. Он считает, что послание Девы умышленно скрывают. Несколько раз повторил, что вы должны выполнить Ее волю. Не рассуждая и не откладывая.

Старик посмотрел на него долгим взглядом:

— Он говорил об Иоанне Двадцать третьем?

Мишнер молча кивнул.

— Расскажи.

Рассказ произвел на Климента сильное впечатление, Мишнер понял это по долгому молчанию собеседника.

— Отец Тибор — единственный из бывших тогда в хранилище, кто дожил до наших дней, — наконец вымолвил Папа, выслушав Мишнера.

— Что ты о нем думаешь?

Климент вспомнил о приюте:

— Он искренний человек. Но в то же время упрямый.

Как и вы, Святой Отец, хотел добавить Мишнер, но сдержался:

— Якоб, что, в конце концов, происходит?

— Тебе придется совершить еще одну поездку.

— Еще одну?

Климент кивнул:

— На этот раз в Меджугорье.

— В Боснию? — Мишнер не поверил собственным ушам.

— Ты поговоришь с одним из видевших Деву.

Мишнер слышал о событиях в Меджугорье. 24 июня 1981 года на юго-западе Югославии двое детей видели над горами прекрасную женщину с младенцем на руках. На следующий день дети привели на это место еще четверых своих приятелей, и всем шестерым явилось то же самое видение. После этого видения продолжались каждый день, и всякий раз шестеро детей получали новые откровения.

Коммунистические власти посчитали, что это контрреволюционный заговор, и пытались не допускать никого к месту событий, но верующие стали приезжать отовсюду. Несколько месяцев говорили о происходящих там чудесных исцелениях и о том, что простые четки паломников становились золотыми. Видения продолжались даже во время гражданской войны в Боснии, и паломничество не прекращалось.

Сейчас дети уже выросли, страна стала называться Босния и Герцеговина, и пятеро из шести перестали созерцать видения. Как и в Фатиме, здесь тоже были загадки. Пятерым детям Дева передала десять посланий. Шестому — лишь девять. Эти девять были опубликованы, но последнее, десятое, держалось в тайне.