Девушка из дома напротив - Кэтрин Бейн

– Здесь будет очень сложно выкрутиться, – удовлетворенно вздохнул я. – Хоть какая-то хорошая новость за последнее время. – Я откинулся на кресле и прикрыл глаза.

– Надеюсь, сегодня его задержат, и мы закроем дело, – протяжно произнес Тони.

– Спрашивай уже Тони, не мучайся, – я оторвал голову от спинки кресла и посмотрел на него.

– Ты разговаривал с ней?

– Только что от нее.

Брови Тони взлетели вверх от удивления, почти задевая его густую челку.

– И что? Как она? – обеспокоенно спросил он.

– Никак. Плохо. Не пошла сегодня на работу. Я пытался извиниться, но… Она не хочет меня видеть и попросила уйти.

– Ох, Джеймс, – Тони печально помотал головой.

– Это я во всем виноват, понимаешь? Зачем я к ней сунулся вообще? – спросил я его, как будто он мог оправдать мои действия.

– Джеймс, успокойся. Что ты сейчас хочешь делать?

– Исчезнуть. Как будто она не знала меня никогда, – грустно ответил я.

– Хорошо. А что-нибудь реальное? – уточнил он.

– Чтобы кто-то был с ней рядом сейчас. Кто-то, но только не я.

– Почему не ты? – не успокаивался Тони.

– Ты издеваешься что ли? Я с ней это сделал, она видеть меня не хочет. И даже если вдруг она когда-нибудь в этой жизни меня простит, то для чего? Не надо ей этого больше.

– Джеймс, послушай меня сейчас внимательно и не перебивай, – тихо начал Тони. – Каким бы ты козлом не пытался казаться, я то знаю, что внутри ты очень хороший человек. Если ты подпускаешь кого-то к себе, если доверяешься кому-то, то ты сделаешь все для него. Ты подпустил к себе Кэти. Так сделай для нее все, что от тебя зависит. Будь рядом с ней, перестань вести себя так. Перестань пить, шляться по барам и цеплять других баб. Они ведь тебе не нужны. Тебе нужна Кэти. А ты нужен ей. Да, сейчас она тебя выпроводила, но ее можно и нужно понять. И я уверен, что она все равно ждет от тебя звонка, сообщения. Вы нужны друг другу, как вы этого не понимаете? Вернее, она то понимает, а вот ты так и продолжаешь брыкаться из-за своих страхов. Если бояться всего, то теряется смысл жизни. Богатые боятся потерять свое состояние, влюбленные боятся потерять друг друга, родители боятся потерять своего ребенка. Все чего-то боятся, но не надо, чтобы это переходило в паранойю, которая указывает тебе, что делать. Не давай страху управлять твоей жизнью. Перебори его.

– Я… не знаю, Тони, – лишь смог ответить я.

– Ты боишься снова потерять любимую, поэтому решаешь просто больше не любить. Но жизнь в постоянном страхе – это не жизнь, понимаешь?

Я кивнул ему в ответ и опустил глаза, пытаясь переварить все, что только что услышал.

– Просто позвони ей. Раз, десять, сто, если потребуется. Сиди у нее на пороге. Она – лучшее, что случалось с тобой за последние десять лет, не упускай возможность снова жить.

– Хорошо, – шепотом ответил я. – Я попробую.

Тони удовлетворенно улыбнулся, встал с кресла и покинул мой кабинет. Я смотрел на дверь, в которую вышел Тони и думал. Может, он был прав? Страхи управляли мной. Вернее, один страх. Страх пережить снова то, что я пережил после смерти Анны. Я никому не пожелал бы пережить то, что пережил я. Когда все случилось, когда я пришел в себя и осознал, что именно случилось, я молился. Я просил Господа забрать меня, но оставить жить ее и нашего ребенка. Она была достойна жизни, но уж точно не я.

Я открыл шкафчик в своем столе, порылся в старом и пыльном хламе и, наконец, нашел то, что искал. Ее фотографию в старой пошарканной рамке. Моя маленькая Анна.

– Привет, детка, – шепотом произнес я, протирая пыльное стекло пальцем. – Как же мне тебя не хватает, Анна. Почему ты так рано ушла от меня? Я знаю, ты могла бы мне сейчас вправить мои мозги на место. Могла бы посоветовать, что делать.

Но она лишь молча смотрела на меня с фотографии, мило улыбаясь в ответ. Хотя я помню те времена в первый год, когда я напивался до той степени, что она начинала говорить со мной. Ее темные волосы на фото волнами спускались по плечам, и я вспомнил, как ее мягкие локоны ручьем скользили между моими пальцами, как они пахли лавандой, когда я зарывался в них носом. Как прекрасно ветер развивал их в разные стороны, когда мы дурачились на улице. Я улыбнулся ей в ответ, и мои глаза наполнились слезами.

– Прости меня, – прошептал я. – Прости, что не уберег тебя. Я должен был умереть за тебя, а ты должна была остаться в этом мире. Ты бы справилась с этим проще, ты сильнее меня. А я слабый, только посмотри на меня, на что я стал похож без тебя.

Я поставил рамку на стол и лег на локти напротив.

– Я и в молодости был не достоин тебя. Уж подавно, сейчас я не достоин никого. Я скатился на самое дно без тебя. Разве я имею право на счастье?

Кончики моих пальцев чуть коснулись ее щеки и губ.

– Как я хочу вернуть все обратно. Вернуть тот чертов день, который отнял тебя у меня. Я бы ни за что не сел за руль в тот день, – я начал улыбаться. – О, представляю, как бы ты кричала на меня. Но я бы просто прижал тебя к себе и не отпустил никогда.

Взяв рамку в руки, я поднялся со стола и прижал ее к груди, откинувшись на кресле.

– Я постараюсь исправить все, Анна. Жить дальше, ради тебя, – я оторвал рамку от груди и прижался к ней губами. – Обещаю.