Кожеед - Владимир Мистюков

— Кто убил? — снова не понял он.

— Врач, — пробормотала Женя. В глазах у нее стояли слезы. — Молотком… По голове! И там… кровь…

— Наш врач? — уточнил Степыч. Лицо у него стало озадаченное. Потом вдруг озарилось — он сообразил.

— Да ни хера он не врач! — Денис бессильно выругался. — Это маньяк, Ганнибал сука Лектор!

— Смотри, мы тут нашли… Точнее, моя Олюшка нашла… — Степыч хотел показать наручники, но Денис нетерпеливо отмахнулся. Не сейчас.

— Быстрее собирайтесь! Надо валить отсюда, пока живы. Он сейчас вернется! Стоп, Аня же…

Денис бросился к кровати. Быстрее! Он начал отвязывать Анину ногу от кронштейна, на котором она была подвешена. Аня побледнела от боли, закусила губу, но не издавала ни звука.

— Черт, — выругался Денис. Из-за горячки он никак не мог справиться с узлами. Пальцы его тряслись. Степыч почесал затылок.

— Смотрите, — прошептала Оля.

Но ее шепот произвел странный эффект. Как ни тихо прозвучало ее «смотрите», все услышали — и замерли, и повернулись к двери.

Металлическая ручка двери пришла в движение, медленно повернулась по часовой стрелке, но дверь не открылась. Вместо этого ребята услышали, как крутится ключ в замке. Щелк, щелк, щелк. Они переглянулись.

— Блять, — выразил общее мнение Денис.

— Он нас запирает, — сказала Женя. Ее трясло.

— Быстро к другой двери!

Денис со Степаном бросились к железной двери, но — опоздали. Дверь захлопнулась. Денис ударил в нее плечом, но — бесполезно. Он зашипел сквозь зубы от боли. Снова щелкнул ключ в замке. Раз-два. Ребята оказались в западне.

— Окно! — крикнул Кеша. Он подбежал и вцепился двумя руками в ржавую решетку. Кеша уперся ногами в стену, всем весом повис на решетке. Начал трясти, пытаясь расшатать ее. Посыпались штукатурка и частички голубой краски. Решетка, хоть и ржавая, ходила ходуном, протяжно стонала, но держалась.

— Я злобный старый серый волк. Я в поросятах знаю толк… — послышался голос за дверью.

— Что за? Эй, урод, выпусти нас! — крикнул Степан. Он подошел к двери, сжимая кулаки. — Хуже будет!

«Замечательная угроза, дебил, — подумала Оля. — Как ты собираешься это проделать?» Но увидеть такое она бы не отказалась. Это немногое из того, что в Степе было хорошего — он мог наподдать кому угодно. Иногда, гуляя с ним, Оля специально провоцировала какого-нибудь мужчину или парня.

Денис беспомощно огляделся. «Че, придурок, — подумала Оля. — Больше ты не можешь все контролировать? Командир нашелся». Ей даже не было по-настоящему страшно. Пока это все напоминало игру.

Они услышали удаляющиеся шаги.

— Кажется, ушел? — с надеждой сказала Оля. Они прислушались. В коридоре кто-то ходил то в одну сторону, то в другую. Затем звякнул металл, потащили что-то тяжелое. И вдруг наступила тишина.

Они переглянулись.

— Что теперь? — спросил Степыч. — Ден?

— Не знаю, — голос Дениса был глухим и напряженным.

Они ждали. В тишине и молчании. За окном под ветром зашелестели листья.

Вдруг снаружи гулко загремел металл. И шаги — похоже, кто-то тяжело поднимался вверх. Звук шагов уже раздавался где-то за стеной, на уровне головы. А то и выше.

— Пожарная лестница, — сказал Денис. Посмотрел на Степыча. Тот вдруг вспомнил, пошел и вернулся с топором.

Шаги гулко стучали. Опять звякнул металл, словно поставили что-то тяжелое.

Похоже, врач поднимался наверх, на второй этаж. «Зачем?», подумала Оля.

— Что он де… — начала Оля.

— Тихо все!! — приказал Денис. «Вот урод», — Оля разозлилась, на мгновение забыв о том, что им угрожает.

Опять что-то глухо стукнуло. И шаги зазвучали уже над головой.

Ребята подняли головы вверх и стали напряженно вслушиваться в шаги врача. Тишина звенела. Вдруг ребята отчетливо услышали звук открывающейся канистры. На потолке было отверстие для люстры, вероятно, оно было сквозное. Там что-то мелькнуло. Кеша подошел поближе и попытался что-нибудь рассмотреть. И вдруг… На лоб ему упала крупная капля. Глаза моментально обожгло, и Кеша схватился рукой за лоб.

— Кеша! — закричал Денис. — Что это?! Кислота?! Уйди оттуда!

Кеша отнял руку от лица. Понюхал ладонь.

— Бензин, — сказал он с удивлением.

По комнате поплыл отчетливый запах бензина. Кеша все еще смотрел на свою ладонь, когда сверху, через отверстие для люстры, хлынул нескончаемый прозрачный поток.

— Кеша, в сторону! — закричал Денис.

Он бросился к брату, но было поздно. Кешу окатило с головы до ног. Вокруг него разлилась огромная лужа, вся одежда оказалась пропитана бензином. Кеша стоял, мокрый и ошеломленный. И моргал. Волосы его блестели от бензина.

— Снимай с себя! — Денис схватил Кешу за рукав футболки и потащил из лужи. — Все с себя снимай, понял?!

Кеша кивал, хотя, кажется, ничего не соображал.

— Эй, поросятки! Как вы там? Готовы к барбекю? — закричал веселым голосом врач.

Звонко щелкнула зажигалка. Характерный «вжик» хорошей бензиновой «Зиппо». В отверстии мелькнул отсвет пламени.

— Твою ж… В стороны! — закричал Денис.

Они бросились врассыпную и прижались к стенам — подальше от лужи.

— Быстро оттаскиваем шкаф! — приказал Денис. Степыч кивнул.

Денис и Степыч бросились к двери, которую баррикадировали несколько минут назад, и мигом оттащили шкаф в сторону. Бросили на пол — он грохнулся, жалобно скрипнул. Но не развалился, только дверца повисла на одной петле. «Теперь это похоже на гроб», подумала Оля.

— Не успеете, — жалобно сказала Аня. — И пожалуйста, отвяжите мне ногу кто-нибудь. Оля, Женя! Пожалуйста!

— Тихо! — крикнула Женя. — Слышите?!

Теперь они услышали. Гул двигателя. К зданию подъехала машина. Колеса прошуршали по гравию, скрип тормозов — и невидимая машина остановились. Открылась и затем захлопнулась дверь.

— Помогите! Помогите! — закричала Оля. Испуг пронзил ее до самых пяток.

— Мы здесь! На помощь!! — Кеша, уже без футболки, бросился к окну. Он схватился двумя руками за решетку и начал раскачивать ее изо всех сил. Металл скрипел.

— Засуетились, поросятки? — послышался голос сверху. — А знаете, кто это? Это доблестная кавалерия прискакала к вам на помощь. И не кто-нибудь, не какой-нибудь хуй с горы, а сам великий и ужасный товарищ Свечников! Собственной персоной.

— Он псих, — сказал Степан. — Точняк.

— Оставлю вас пока помариноваться. Пожалуйста, никуда не уходите и ничего не трогайте, я к вам обязательно вернусь. Адьё!