Готикана - RuNyx

Она в равной мере любила и ненавидела, когда он говорил с ней таким тоном. Просто не хотела, чтобы в такой момент рядом были посторонние.

– Нет, мистер Деверелл, – тихо ответила она, глядя в тетрадь, а потом подняла взгляд. – Просто я предпочитаю счастливые концовки. Трагедии прекрасны, но они всегда отнимают больше, чем дают. История может быть трагичной, но ей не обязательно заканчиваться трагедией.

– А, так вы романтик. – Взгляд серебристых глаз сверкнул, уголок его губ дернулся. – Понятно.

Корвина сжала в руке карандаш, желая бросить его в мистера Деверелла, когда он снова обратился к аудитории.

– Те, кто хочет изучить «Макбета», поднимите руки. – Несколько рук взметнулись в воздух. – Теперь те, кто предпочитает «Доктора Фауста», – сказал он, и Корвина подняла свою, как и большинство студентов.

Мистер Деверелл подошел к другой половине доски и написал под заголовком «КЛАССИКА»:

ГОРДОСТЬ И ПРЕДУБЕЖДЕНИЕ

ДРАКУЛА

Он посмотрел на студентов и указал на названия:

– Оба варианта – прекрасно написанные классические произведения, положившие начало отдельной разновидности литературного жанра. Уверен, вы слышали о них обоих.

Почти все в аудитории кивнули.

– Так какое же из них?

Как и в прошлый раз, студенты начали поднимать руки. «Дракула» был выбран большинством голосов.

Корвина опустила руку как раз в тот момент, когда мистер Деверелл посмотрел на нее и произнес ровным тоном:

– В этом романе несчастливая концовка, мисс Клемм.

Корвина посмотрела ему прямо в глаза, зная, что он поймет скрытый смысл ее слов:

– В нем рассказывается об обитающем в старинном замке дьяволе, который влюбляется. Что может быть интереснее?

Его глаза сверкнули.

– И правда.

Вскоре прозвенел звонок, и мистер Деверелл ушел, забрав с собой весь воздух, что был в ее легких. Корвина слегка откинулась на спинку стула и поймала на себе обеспокоенный взгляд Джейд. Она ответила ей ободряющей улыбкой и подняла сумку, готовая провести весь оставшийся день, не думая о нем.

* * *

«Башня, Виви».

Голос Мо заставил ее замереть над тетрадкой, все мышцы напряглись. Корвина подняла взгляд и обвела им аудиторию доктора Кари. Был понедельник, последнее занятие, и большинство студентов вели конспекты, пока доктор Кари читал лекцию. Солнце с приближением вечера светило тускло.

Что-то было не так, еще сильнее, чем прежде.

Корвина почувствовала это, хотя не знала как.

В углу возле двери мелькнула тень, поплыла вдоль стены к выходу и замерла. Корвина моргнула и помотала головой в попытке развеять игру света. Наверняка это все игра света.

«Ты слышишь меня? Помоги ему».

Два странных незнакомых голоса звучали в ее голове, оставив за собой металлический запах крови. Призрачные муравьи побежали по коже, и Корвина содрогнулась.

Какого черта?

Голоса помалкивали. Тени пропали уже несколько недель назад. Почему они вернулись сейчас?

– С вами все в порядке, мисс Клемм? – голос доктора Кари вырвал ее из размышлений, и Корвина поняла, что остальные студенты обернулись посмотреть на нее. – Вы что-то бормочете.

Она бормотала?

«Боже, нет, нет, нет. Не здесь».

Сглотнув, Корвина спешно сунула тетрадь в сумку и ринулась к двери.

– Прошу прошения, доктор Кари. Мне нехорошо.

Не дожидаясь его ответа, она выскочила в коридор и бросилась бежать. Ей нужно было скорее попасть на улицу. Путь с четвертого этажа башни был неблизкий, но Корвина мчалась по лестнице, коса развевалась за спиной, подол юбки волочился следом. Нервы напряглись до предела, когда в нескольких шагах впереди на стене промелькнула тень.

Горло сдавило от слез, глаза щипало, а она все бежала вперед.

Нет.

Не может этого быть.

Уже много недель с ней все было в порядке. Она думала, что все закончилось и стало нормально.

Этого не может быть.

Едва свернув на лестнице третьего этажа, она врезалась в твердую стену.

– Черт. – Ругательство, произнесенное низким голосом, который она узнала всем своим естеством, достигло ее затуманенного разума несколько секунд спустя.

Она посмотрела на него, хлопая глазами, и увидела, что он стоит на пару ступеней ниже и крепко сжимает ее руки, чтобы не упала.

Корвина восстановила равновесие, держась за него, а затем схватилась за перила и, чувствуя, как сердце колотится в груди, посмотрела на тень, которая парила позади него.

– Мисс Клемм? – Она почувствовала, как Вад тряхнул ее. – Корвина! Посмотри на меня!

Суровая властность в его голосе заставила ее посмотреть в его серебристые глаза, и Корвина сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.

– Что тебя так испугало? – Он шагнул ближе, оказавшись лицом к лицу с ней и изучая ее взглядом.

– Мне нужно добраться до башни, – прошептала она, вновь глядя на маячащую тень.

Вад обернулся, но не увидел ничего, кроме стен замка, на которых уже загорелись лампы в поржавевших держателях, как и на лестнице, ведущей вниз. Вероятно, он не мог видеть тень, мерцающую под светом старых ламп, выжидающую, зовущую.

– Что ты видишь позади меня?

Она замерла оттого, как он сформулировал вопрос. Вад спросил, что она видела, интонацией подразумевая: он точно знал, что она что-то видела.

Тень пришла в движение, и Корвина испытала острую необходимость следовать за ней.

Она стряхнула с себя его руки и помчалась вниз, чувствуя, что он следует за ней по пятам.

Длинные ноги позволили ему нагнать ее и схватить, пока она не успела выбежать из крыла. Затащив Корвину в одну из ниш, он заточил ее в ловушку рук. Его глаза, эти глаза цвета ртути смотрели на нее с предельной серьезностью.

– Что ты видишь, Корвина? – спросил Вад снова, проговаривая каждое слово с таким терпением, каким она сейчас не обладала.

Боже, она не могла ему сказать. В лучшем случае он сочтет ее сумасшедшей. А в худшем скажет ей это в лицо. Но Корвина не сумасшедшая. Нет, не сумасшедшая. А может, такой она и была. Она не знала. На ее разум нельзя было полагаться.

Ее окутал его запах, от его вида живот скрутило от страха и желания. Он хотел услышать ответ.

– Тень, – сказала она еле слышно, глядя на его шею. У него был красивый кадык. – Мне нужно попасть к башне как можно скорее. – Она посмотрела на него умоляющим взглядом. – Пожалуйста.

Вад рассматривал ее долгое мгновение, а потом убрал руку и позволил уйти. Корвина снова сорвалась на бег, на ходу осознавая, что сады были совершенно пусты. Почему они пустовали? Здесь всегда кто-нибудь слонялся, особенно в такое время дня.

Мышцы и легкие горели от напряжения. Корвина