Охота за «Красным Октябрём» - Том Клэнси

– Судья, в данном случае мы имеем дело не с мятежом или пиратством, – заметил Фостер. – Насколько я помню, правильный юридический термин, применимый в данном случае, «баратрия». Если мятеж – это восстание членов корабельного экипажа против законных властей, то баратрия – намеренные действия капитана, офицеров или команды, причиняющие ущерб судну или грузу. Как бы то ни было, вряд ли юридическая казуистика применима в ситуации, где затрагивается проблема ядерного оружия.

– И всё-таки следует подумать об этом, адмирал, – задумчиво произнёс президент. – Как сказал Джефф, речь идёт об исключительно ценном корабле, который юридически является собственностью русских, и они будут знать, что корабль находится у нас. Думаю, мы едины во мнении, что в происходящем замешаны не все члены команды. Если это так, то те из них, кто не принимали участия в мятеже – или баратрии, как вы называете это, – захотят вернуться домой, когда все кончится. Нам ведь придётся отпустить их, правда?

– Придётся? – Генерал Максуэлл рисовал что-то в своём блокноте. – Неужели придётся?

– Генерал, – в голосе президент звучала сталь, – мы не пойдём на то, повторяю, не пойдём на то, чтобы заключить в тюрьму или ликвидировать людей, единственное желание которых состоит в том, чтобы вернуться домой к своим семьям. Это понятно? – Он обвёл взглядом сидящих за столом. – Если русским станет известно, что подводная лодка у нас, они потребуют её возвращения. А они узнают об этом от членов команды, которые изъявят желание вернуться домой. Да и в любом случае, как спрятать такой огромный корабль?

– Не исключено, что это возможно, – осторожно заметил Фостер. – Но команда действительно осложняет дело. Полагаю, нам представится возможность осмотреть подводную лодку?

– Вы имеете в виду карантинную инспекцию, проверку пригодности судна к плаванию в открытом море, может быть, таможенный контроль на отсутствие наркотиков, контрабанды?.. – Президент усмехнулся. – Думаю, это можно устроить. Но мы слишком забегаем вперёд. Прежде следует решить массу вопросов. Как относительно наших союзников?

– Здесь только что был английский авианосец. Мы сможем им воспользоваться, Дэн? – спросил генерал Хилтон.

– Почему бы и нет, если они согласятся. Совсем недавно закончились совместные противолодочные учения к югу от Бермуд, и англичане проявили себя с наилучшей стороны. Мы могли бы привлечь «Инвинсибл», четыре эскортных корабля и три ударные подлодки. Сейчас соединение полным ходом движется домой.

– Им известно о происходящем, судья? – спросил президент.

– Если только англичане сами догадались. Информация поступила к нам всего несколько часов назад. – Мур ничего не сказал о том, что у сэра Базила есть свой агент в Кремле. Райан тоже не знал об этом, до него доходили только отрывочные слухи. – С вашего разрешения, сэр, я попросил адмирала Грира приготовиться к вылету в Англию, чтобы проинформировать британского премьер-министра о развитии событий.

– А почему не послать ему…

Судья Мур отрицательно покачал головой.

– Господин президент, эти сведения… ну, скажем, их можно передавать только через доверенное лицо.

На лицах присутствующих отразилось удивление.

– Когда он вылетает?

– Сегодня вечером, если вы не против. Вечером с базы Эндрюз отправляется пара рейсов с высокопоставленными пассажирами на борту. Делегации конгрессменов. – Заседания Конгресса закончились, и, как принято, конгрессмены отправляются в увеселительные поездки за казённый счёт. Ознакомительные командировки, Рождество в Европе.

– Генерал, нельзя ли побыстрее? – президент посмотрел на Хилтона.

– Можно послать VC-141, «Локхид-джетстар», он почти такой же скоростной, как и 135-й, будет готов через полчаса.

– Действуйте.

– Слушаюсь, сэр, отдам приказ прямо сейчас. – Хилтон встал и направился к телефону в углу зала.

– Судья, сообщите Гриру, чтобы он подготовился. На самолёте его будет ждать сопроводительное письмо для передачи премьер-министру. Я сейчас напишу его. Адмирал, вам нужен авианосец «Инвинсибл»?

– Да, сэр.

– Я попрошу предоставить его вам. Далее, что мы скажем нашим людям, находящимся в море?

– Если «Красный Октябрь» просто войдёт в гавань – ничего, но если нам понадобится установить с ним связь…

– Извините, судья, – заметил Райан, – по-видимому, мы будем вынуждены сделать это. Русские ударные подлодки, наверно, достигнут нашего побережья раньше «Красного Октября». В такой ситуации придётся предупредить Рамиуса – хотя бы ради того, чтобы спасти мятежных офицеров. Русские попытаются найти и потопить беглецов.

– Пока даже мы не обнаружили «Красный Октябрь». Почему вы считаете, что русским это удастся? – недовольно спросил Фостер.

– Они сами построили лодку и знакомы с её особенностями, адмирал. Не исключено, что им легче будет это сделать.

– Разумное предположение, – согласился президент. – Это означает, что кто-то должен отправиться и проинструктировать командиров кораблей. Мы ведь не можем передать такие сведения по радио, как вы считаете, судья?

– Господин президент, источник информации настолько ценен, что мы должны принять все меры, чтобы не допустить его раскрытия. Это все, что я могу сказать здесь, сэр.

– Хорошо. Кто-нибудь вылетит для инструктажа. Далее, нам придётся поговорить о случившемся с Советами. Пока они могут настаивать, что действуют в своих территориальных водах. Когда их корабли минуют Исландию?

– Если не изменят курс, завтра вечером, – ответил Фостер.

– Ладно, подождём ещё день. Может быть, они отзовут свои корабли, и мы сумеем проверить это. Судья, я настаиваю на том, чтобы получить подтверждение этой фантастической истории в течение двадцати четырех часов. Если завтра к полуночи они не повёрнут обратно, в пятницу утром я приглашу к себе в кабинет советского посла Арбатова. – Президент повернулся к начальникам штабов. – Господа, не позже второй половины завтрашнего дня представьте мне планы, предусматривающие все возможные варианты развития событий. Снова встретимся здесь завтра в два. И ещё одно: происходящее хранить в полной тайне, всякая утечка информации недопустима. Без моего ведома все сказанное здесь не должно выйти за пределы этого зала. Если прессе что-либо станет известно, покатятся головы виновных. Что у вас, генерал?

– Господин президент, чтобы разработать такие планы, – произнёс Хилтон, опускаясь в кресло, – нам придётся привлечь некоторых старших командиров и часть оперативного персонала. И уж, несомненно, не обойтись без адмирала Блэкборна.

Адмирал Блэкборн занимал должность главнокомандующего морским флотом в Атлантике.

– Мне надо подумать об этом. Я сообщу вам своё решение через час. Кто из сотрудников ЦРУ знает о происходящем?

– Четыре человека, сэр. Риттер, Грир, Райан и я. Это все.