Когда ее не стало - Михаил Март

Сегодня Визгунов приехал на дачу, чтобы выспаться. Но сначала решил посмотреть новости, хотя наперед знал каждое слово, которое услышит с экрана.

Все прошло по его сценарию как по нотам. Теперь можно и расслабиться. Полковник взял из холодильника бутылку пива и направился в комнату, но тут в дверь позвонили. Обе калитки закрыты. Звонок – за дверью. Кто-то перемахнул через забор? Визгунов всегда задергивал занавески на окнах, чтобы из сада его не могли увидеть, а тем более взять на мушку.

Он достал из кобуры пистолет, передернул затвор и сунул ствол за ремень брюк сзади. Обычная, привычная предосторожность. В глазок он тоже никогда не смотрел. Через него очень удобно стрелять. Пуля попадает в глаз и вышибает тебе мозги. Отомкнув замок, он тут же отошел в сторону. Дверь тихо открылась, но никто не вошел.

– Андрей? К тебе можно? Это я, твой сосед.

Визгунов узнал голос профессора Белоцерковского. Между их участками была калитка, которая никогда не закрывалась. Профессор много работал на даче, а дом полковника оживал только по выходным. Жена профессора любила цветы и сажала их не только на своем участке, но и Визгунову пару клумб организовала, правда, ей же самой приходилось за ними ухаживать. Полковнику с семьей оставалось лишь любоваться красотой и наслаждаться чудным ароматом. Каждому свое. Пришлось прорубить калитку.

– Да-да, заходите, заходите, Илья Наумыч.

Хозяин появился в дверном проеме.

Пожилой профессор выглядел напряженным, если не сказать напуганным.

– Извини, Андрей, но я зашел не соболезновать тебе, а попытаться разобраться в ситуации. У меня голова идет кругом. Если ты не пожелаешь объясниться, то и я не смогу тебе помочь.

– Вы смотрели новости? – спокойно спросил Визгунов.

– Нет. От меня только что уехал профессор Крылов. Он моложе меня, сообразительнее и лучше разбирается в психологии.

Визгунов убрал пиво в холодильник и достал водку. Взяв две рюмки из серванта, сделанного собственными руками, точной копии того, что сгорел при пожаре в его московской квартире, Визгунов сел за стол, на соседнее место указал Белоцерковскому. Он понял, что разговор получится непростым.

Профессор, любитель выпить, сам налил себе водки и выпил две рюмки подряд, словно его одолела жажда.

– Труп найденной в овраге женщины не имеет ничего общего с твоей дочерью. И ты это знаешь. Это стало ясно еще до вскрытия, когда Крылов получил медкарту Светланы из поликлиники. У убитой два моста на нижней челюсти, а на верхней не хватает четырех зубов. У Светланы рот чистый. Две маленькие пломбочки. А еще у твоей дочери имелось родимое пятно на копчике. Его мог никто и не видеть, если она носила закрытый купальник, когда ходила в бассейн. Но не думаю, что она его стеснялась. Пятно ее не уродовало. А значит, о нем могли знать. У найденного трупа никаких пятен нет. Продолжать?

– А вам, Илья Наумович, как удалось узнать о пятне?

Белоцерковский достал из кармана несколько фотографий и положил их на стол.

На снимках была изображена Светлана без одежды. Абсолютно голая. Фотографии были сделаны на даче, в той комнате, где они сидели. Все тело дочери было покрыто кровоподтеками и синяками. На одном из снимков, где Светлана стояла спиной к объективу, отчетливо проглядывалось родимое пятно, по форме и размерам похожее на медаль.

– Где вы взяли эти снимки?

– Полтора месяца назад она сама принесла их в мой институт. Со мной не разговаривала, постеснялась, а пошла к Крылову. Он мой приятель и часто приезжает на дачу. Когда мы устраиваем шашлыки, то приглашаем Светлану с Сергеем. Так что они хорошо знакомы. Тогда Крылов мне ничего не сказал. Света принесла ему эти снимки, поскольку мы фотографий не делаем, а потом попросила составить так называемую опись увечий и занести в протокол осмотра, который при необходимости можно предъявить суду как свидетельство. Он сделал все, о чем просила твоя дочь. Допросов Светлане Савелий, как человек деликатный, не устраивал. Но этот случай врезался ему в память. Единственное, что он спросил у Светланы: как она покажется на глаза мужу? Ему и в голову не приходило, что Сергей причастен к побоям. Света сказала, что Сергей уехал в Москву на симпозиум и вернется через неделю, а с тобой она видится не так часто. Савелий понял одно: Светлане грозит опасность. Прибыв на место убийства, он, как и все, не сомневался в том, что найденное тело принадлежит ей. Свои выводы он сделал уже в морге. То, что ты опознал в убитой свою дочь, его тоже насторожило. Тут явно что-то было не так. А когда ему позвонил секретарь мэра и попросил встретить Пичугина, желавшего проститься с покойной, насторожился еще больше. Прощаются на похоронах, а не в морге. Сообразительный Крылов понял: тебе надо, чтобы все считали твою дочь мертвой, – и йодом нарисовал на теле убитой родимое пятно. Он не ошибся. Мэр приехал с дочерью. Ангелина попросила санитаров перевернуть труп. И тут все стало понятно: они приезжали для контрольного опознания. Значит, мэр тебе не доверяет. Но какое ему дело до твоего горя? Такой занятой человек – и такое странное поведение. Теперь я хочу услышать версию событий от тебя. Ты же умный человек, Андрей, и знал, что с нами твой фокус не пройдет. Мэр попросил Крылова предоставить ему отчет о вскрытии и заключение. Эти документы без моей подписи недействительны. И что прикажешь делать?

– Приказывать вам я не могу, Илья Наумович. Но если хотите знать правду, то она нелицеприятная. Избил Светлану Роман Пичугин, младший сын мэра. Кроме того, он ее изнасиловал. Конечно, Сергей об этом ничего не знает. А потом Роман решил убить Светлану… но я выстрелил первым. Это я его убил. О том, куда пошел младший брат, знал только старший. Константин решил довести дело до конца… что ж, пришлось расправиться и с ним. Мэр нашел опытного сыщика для частного расследования. Тот хорошо поработал, но сделал неправильные выводы. По его мнению, обоих сыновей мэра убила Светлана. Мою кандидатуру даже не рассматривали. Олег Пичугин и мысли такой не допускал. Девушку, труп которой был в овраге, я нашел в районе «Кишки». Она еще была жива. Повез ее в больницу, но по дороге она умерла. И тут мой помощник сообщил по рации о двух киллерах, посланных Пичугиным ко мне дачу. Нам удалось их опередить. Это все, что я могу вам сказать. Светлана жива, я отправил ее в безопасное место.