А счастья может и не быть… - Татьяна Самойлова

считая ее дурочкой. Она не является обладателем огромного внутреннего мира. Не является красавицей. С ней не бывает весело, а скорее наоборот, скучно. Поговорить с ней тоже особо не о чем. Она абсолютно не начитанный человек. Совет толковый тоже дать не может. И не смотря на все это, к ней всегда притягиваются лидирующие фигуры. В детдоме, это была Натка. Человек, которого слушались абсолютно все. Боялись, уважали, заглядывали в рот и опасались сказать лишнее слово. Она умела подчинять себе всех, кто хоть как-то окружал ее. Но самая крепкая дружба была у нее именно с Анютой. Вот и сейчас, Вдова. Старшая хаты. Она сама обратила на Анюту внимания, сама стала проводить с ней как можно большее времени и сама же затыкала всем рты, если кто-то пытался чем-то задеть девушку.

«Интересно, почему так происходит? Почему меня видят и чувствуют те, кто сильнее. Это те люди, которым не надо самоутверждаться за счет других. Они давным-давно уже показали свою планку и никогда ее не опустят. Почему именно я? А может потому что, я не такая уж и глупая, как считает большинство? Может они видят во мне потенциал и пытаются помочь мне раскрыть его? Может еще не все потеряно и я пригожусь в этой жизни? Может рано я на себе поставила крест?» – прокручивая эти мысли в голове, Анюта незаметно улыбнулась. И именно сейчас, впервые в жизни, она осознала – Она человек. Человек, которого можно любить. Человек, которого можно уважать. Нет, она больше не вещь и никогда никому не позволит опять ее в нее превратить. Жаль, что это осознание пришло только здесь и сейчас. Но, как говориться – лучше поздно, чем никогда. Почувствовав внутри небывалый прилив сил, Анюта закрыла глаза и уснула.

В один из обычных, ничем не примечательных дней, в камеру зашла надзиратель и сказала, что к Анюте приехали на свиданку. «Кто это может быть?», – передернулась Анюта. «Тетка? Да нет, она же сидит за ее убийство. А вдруг, она не умерла и до сих пор живая? И сейчас она приехала, что бы освободить ее? Да ну, бред какой-то. Какая тетка? Она мертва! И никогда не придет и не спасет. А если это… если это…» – Анта почувствовала, как закружилась голова и начали подкашиваться ноги, – «А если это Вадим. О Боже! Он сейчас все расскажет про Лукавого и ей добавят срок! Только не это! Хотя вряд ли, тогда вскроются его притоны и удержание человека. А может это Илюша? Ну конечно он! Он узнал, что она здесь, он не злиться на нее. Ему плохо сейчас и он знает, что она никогда его не предаст и всегда поддержит. Вот он и пришел. А может, наоборот, опять высмеять и унизить ее приехал». – Хлюпнув носом и продолжая прокручивать в голове то, кто же это может быть, Анюта не заметила, как подошла к комнате свиданий. Дверь открылась, девушка переступила через порог и, зарыдав от радости в голос, бросилась на шею улыбающейся Натке.

Не выпуская друг друга из крепких объятий, они стояли и плакали. Выпустив все слезы наружу, успокоились и сели друг напротив друга, не решаясь начать разговор.

– Ну как ты тут, – первая нарушила молчание Натка, вытирая намокшее от слез лицо.

– Ничего, – пожала плечами улыбающаяся Анюта.

– Я тут передачку тебе собрала. Ты извини, она скудненькая. Половину скоты отняли.

– Да ничего. И за это благодарю.

– Анька, ты так изменилась.

– Похорошела? – засмеялась девушка, оголив, уже начинающие гнить зубы.

– Типа того, – усмехнулась подруга. Ты, как-то старше выглядеть стала. Похудела. Осунулась. Я даже не сразу тебя узнала. Когда ты вошла, я сначала подумала, что все перепутали и вместо тебя, какую-то зрелую тетку привели.

– Спасибо, Нат. Поддержала.

– Извини. Просто как-то неожиданно.

– А ты как думала? Что здесь салон красоты? Стилисты за тобой следят? Медики глаз не спускают? И шоколадное обертывание с лечебным массажем?

– Нет, конечно. Просто я не думала, что ТАК тюрьма меняет.

– А ты попробуй на баланде пустой пожить. В прокуренной хате, с кучей людей. Тут дышать нечем, не то, что вдыхать. Воздух свежий на час и хватит. Мылом хозяйственным помойся. Знаешь, как потом после него кожа сушится и чешется? По телу рукой проведешь, сухая кожа хлопьями слетает. А зудит невозможно, до язв расчесываешься. Только никто зеленки не даст, что бы ранку разодранную замазать, а она гниет от этой антисанитарии. Ты бы здесь и недели не выдержала. А я бы пришла и на тебя посмотрела.

– Извини, еще раз. Как-то брякнула не подумав.

– Проехали, – махнула рукой Анюта и, посмотрев на подругу, начала спрашивать про ее дела.

От нее Анюта узнала, что Влад сначала ее искал, но узнав, что та попала в тюрьму и исчез. Видимо испугался, что она выведет на него и на его притоны. Лукавого похоронили, списав убийство на какого-то несчастного терпилу, который убил его, яко бы из-за наркотиков.

– Но что происходило с ним сначала, – Натка положила руку на грудь и замотала головой, испуганно смотря на Анюту, – ты себе даже представить не можешь. Он рвал и метал. Я его таким разъяренным никогда не видела. На него, из-за твоего побега, еще кто-то сверху насел. Короче, там такое творилось, что тебе лучше не знать. – Она говорила полушепотом, понимая, что здесь может стоять прослушка, на случай того, что бы записать разговор в интересах следствия. Да и не только для этого, а еще для получения любой информации, которую потом можно будет использовать для любых целей.

– А кто на него насел сверху, тем более из-за меня? – удивленно спросила Анюта.

– Я сама не знаю. Он же не сам на себя работает. У него же тоже крыша имеется. А тут побег. Да еще, не дай Бог, ты про него, что-нибудь скажешь. Хотя, он успокоился, когда узнал, что ты здесь. Не сразу конечно. Сначала, наоборот, трясся, как осиновый лист. Ну, еще бы! Человек, которого он взаперти держал, продавал и насиловал, сейчас в органах. Ты хоть представляешь, какая это статья. Он надеялся, что ты будешь молчать, чтобы убийство не всплыло. Ну и то, что ты наркоманка, тоже не маловажный фактор. Кто будет наркошу конченую слушать.

– Спасибо за комплимент.

– Не обижайся, но такой, какая ты была… – Натка выдержала паузу, – я бы тебе тоже не поверила. По этому, когда узнал, что тебя все-таки посадили, наконец-то успокоился.

– А откуда он узнал, что меня посадили?

– Ань, не задавай тупых вопросов. Это криминальный