Часы тьмы - Эндрю Гросс

Хоук кивнул.

— Помнишь молодого парня, которого сбил автомобиль в тот самый день, когда были взрывы?

— Разумеется, помню.

— Я выяснил, почему он умер.

У нее широко раскрылись глаза.

— Почему?

Он заранее продумал все, что скажет, и теперь услышал собственный рассказ о некой нефтяной компании, которая занималась какими-то махинациями, а отец парня, лоцман порта, каким-то образом о них узнал.

— Это было предупреждение. — Хоук пожал плечами. — Представляешь себе? Чтобы закрыть рот старику.

— Так его убили? — выдохнула Карен.

Хоук кивнул:

— Да.

— Это ужасно! — Карен откинулась на спинку стула. — Но ты никогда и не думал, что это несчастный случай. Господи…

— И сработало, знаешь ли.

— В каком смысле?

— Старик заткнулся. Больше он никому ничего не сказал. Если бы я не приехал, так бы и молчал.

Карен побледнела.

— Ты говорил, что поехал во Флориду ради меня. Это как-то связано с Чарли?

Мог он ей сказать? О Чарли, «Дельфин ойл», пустых танкерах? О том, что Чарли побывал в Гринвиче в тот день? Причинить ей новую боль, не составив для себя единой картины?

— Компания, которая занималась махинациями, имела отношение к «Харбор».

Карен побледнела еще сильнее.

— К Чарли?

Хоук кивнул:

— «Дельфин ойл». Тебе знакомо это название?

Карен покачала головой.

— Возможно, это как-то связано с его инвестициями.

— Какими инвестициями?

— Через офшоры.

Карен прижала руку ко рту. Про офшоры говорил и Сол Ленник.

— Ты думаешь, Чарли имеет к этому отношение? К делу о наезде?

— Я не хочу опережать события, Карен.

— Пожалуйста, не надо от меня ничего скрывать, Тай. Ты думаешь, он приложил к этому руку?

— Я не знаю. — Говорить о том, что Чарли в тот день побывал в городе, он все-таки не стал. — Я проверил далеко не все версии.

— Версии? — Карен наклонилась вперед. Ее глаза вдруг затуманились. Она положила руки на стол. — Я тоже кое-что выяснила, Тай.

— Что?

— Пока не знаю, но меня это немного напугало… как и твой рассказ.

И она рассказала о том, как, выполняя его просьбу, просматривала бумаги Чарли, переговорила с его бывшей секретаршей и турагентом, но ничего не могла найти, пока не наткнулась на одну фамилию.

— Этот человек дважды звонил мне, сразу после гибели Чарльза. Он у него работал. — Карен рассказала о Джонатане Лауэре, о его сообщениях на автоответчике. «Есть некоторые нюансы, о которых вы должны знать». — Тогда я ему не перезвонила. Не могла. Сказала Солу. Он заверил меня, что речь идет о каких-то компенсационных выплатах, и пообещал со всем разобраться.

Хоук кивнул:

— Понятно…

— Но в свете последних событий я подумала, что дело, возможно, совсем в другом. И поехала к нему. В Нью-Джерси. Чтобы поговорить. Я не знала, где он теперь работает, у меня оставался только его прежний адрес. Решила рискнуть, в надежде что он не переехал. Дверь открыла его дочь, потом подошла жена… — Глаза Карен заблестели. — И сказала мне…

— Что?

— Что он умер. Его убили. Месяцем раньше. Он ехал на велосипеде, и его сбил автомобиль. А что самое ужасное, случилось это за несколько дней до того, как ему предстояло дать показания по какому-то разбирательству, связанному с «Харбор».

— Какому разбирательству?

— Не знаю. Но это и не важно. Главное, что его убили точно так же, как этого Раймонда, в кармане которого лежала бумажка с именем и фамилией Чарли.

Хоук поставил стакан. Все это ему решительно не нравилось.

— Его сбил автомобиль, и водитель точно так же скрылся с места происшествия.

Компания за соседним столиком очень уж расшумелась.

Карен смотрела на него большими глазами.

— Ты хорошо поработала, — похвалил ее Хоук. — Очень хорошо.

Бледность начала уходить с ее щек.

— Есть хочешь? — Хоук решил воспользоваться шансом.

Карен ответила не сразу, посмотрела на часы.

— Алекса привезет сосед. Полагаю, время у меня есть.