Леший. Царь ледяной пустоши - Артур Гедеон

– Да вы как дети малые, ей-богу. Касси, тебе и впрямь надо отправляться домой. Хватит уже ваших препирательств. Мы с Антоном Антоновичем работаем, а ты, если честно, в данный момент только мешаешь с твоими моралите. Зачем ты задираешь Антона Антоновича? Ты что, в песочнице? Уж прости, но это так.

– Видела я, как он ногой разбил живот Агафьи, никогда в жизни не забуду! И как раздавил ее ребенка.

– Змеенка я раздавил, – не выдержал Антон Антонович. – Кусок угля разбил. Праведница!

У Кассандры в глазах засверкали слезы, даже голос задрожал.

– Значит, ты за него, да? – Она хоть и отвернулась, но каждой фразой колола Андрея. – Ты его оправдываешь, да?

– Я за дело в первую очередь, – строго и уверенно сказал Крымов. – И Антон Антонович свое дело знает. – Детектив был беспощаден. – А ты сейчас мешаешь. Ясно?

Веснушчатое лицо Кассандры потемнело, стало пунцовым.

– Ладно, я уеду. Но без вас. Где тут автовокзал?

– Посмотри на карте.

– И посмотрю.

Крымов выдохнул.

– Ладно, хватит дурочку валять. Мы все возвращаемся в Царев вместе на машине. Но в Москву мы тебя с собой не возьмем. Мне больше скандалы не нужны.

Часть третья

Легенда о драконе

Глава первая

Тайна генерала Кривоноса

1

Крымов смотрел в иллюминатор на перистые облака, тянувшиеся до горизонта. День был солнечный и ясный, рыхлое поле ослепительно сверкало под крылом самолета. Мир ангелов, которых обычные люди просто не видят. Затем был аэропорт Домодедово, такси, остановка у продовольственного магазина и юго-восточная окраина столицы. В элитном поселке Бубенцово два путешественника оказались в десять утра. Автомобиль ехал по тихой улочке Сосновой медленно, почти осторожно, – Долгополов и Крымов высматривали номера на заборах. Тихо шелестели шины на ровном темном асфальте.

– Здесь! – сказал Антон Антонович. – Выходим здесь. Прогуляемся, Андрей Петрович, – многозначительно уточнил он.

– Понял, – откликнулся детектив.

Они расплатились и вышли. Такси ускользнуло. Через два дома был интересующий их объект. По обеим сторонам тихой улицы стояли особняки. Высокие заборы почти все были выкрашены в зеленый цвет и густо обросли вьюном, чьи листья кое-где уже начинали золотиться. В деревьях лениво пели птицы. Компаньоны двинулись размеренным прогулочным шагом вдоль такого вот зеленого забора с лапчатыми листьями вьюна. Они прошли немного и через участок увидели краешек высокой крыши.

– Так что мы ему скажем? – держа через плечо спортивную сумку, спросил Крымов. – Такие люди, как он, кремень. Это легионеры, они прошли огни и воды, и медные трубы в том числе, кстати. Если такие люди замыкаются в себе, а он, я уверен, именно такой…

– Хватит, – прервал его Антон Антонович. – Вы как старик, ей-богу, Андрей Петрович. Бухтите и бухтите. Если бы да кабы да во рту выросли грибы. Сидели бы у себя дома в Цареве и грустили бы, что у вас из рук все валится. Люди сгорают заживо, небеса гневятся, призраки не хотят делиться своими тайнами – не жизнь, а дерьмо.

– Ну вы и язва, Антон Антонович, – с коротким смешком откликнулся Крымов.

– А то вы не знали. Таких людей, как этот Кривонос, надо брать мгновенным штурмом. Цоп за жабры: руки вверх!

– Тише.

– Нельзя дать им опомниться, – бодро продолжал Долгополов. – Увидел сома – бей веслом ему по голове, а то уйдет.

– Где весло?

– Что?

– Вы слышали, товарищ мудрец. Весло где?

– Не умничайте. Следующий дом наш!

– Вижу, несносный вы человек.

Этот забор был особенно высок – три с половиной метра, а то и больше; как и остальные, чтобы не разрушать гармонии, его выкрасили в темно-зеленый цвет. Да еще сверху плотно разросшийся вьюн стекал зелеными косами, скрывая острые углы клинообразного навершия забора. Крепостная стена – не подступишься. Если отойти к дороге, с улицы был виден чердак на уровне третьего этажа и серое стекло узкого окна под углом крыши. Дом оказался крайним – они завернули за угол на другую тишайшую улочку.

– Колючей проволоки не хватает, – недовольно поглядывая наверх, заметил Долгополов.

И все же в одном месте доска рассохлась и отошла. Оглядевшись, Долгополов по-воровски подкрался к забору и приложил глаз к щели.

– Ого! – воскликнул Антон Антонович.

– Что там?

– О-о…

– Ну?

– Не нукайте.

– Да что там, что?

– Фантастика! – весело прошипел Долгополов. – Сидит! В кресле сидит!

– Кто?

– Дед Пыхто. Кого мы с вами ищем? – Антон Антонович приложил цепкие лапки к забору, целясь взглядом в щель. – Наш старикан! Кривонос собственной персоной сидит к кресле на веранде и кемарит помаленьку.

– Кемарит?

– Ну да, клюет носом. В пижамке. Досыпает то, что не успел доспать ночью. Какой-то он совсем вялый и квелый, – разочарованно вздохнул Антон Антонович, – как вчерашний омлет на сковороде.

– Ну, не всем же старикам быть такими бодряками, как вы.

– Поострите мне еще. Я вообще не чувствую себя стариком. Мне бы внешность Аполлона Бельведерского, я бы сейчас с моим-то сердцем стометровку за десять секунд пролетел бы! Пулей!

– В это я верю.

– А этот совсем плох, бедняга. Мне кажется, возраст все-таки взял его в свои ежовые рукавицы. И как такого разговорить-разболтать? Может быть, я и ошибся, Андрей Петрович, и нам ничего не светит. Странно, а мне сказали, что он еще вполне может и прокукарекать, и когти выпустить. Эх, Кривонос, Кривонос…

– Вы смотрите не на того Кривоноса, – услышали двое гостей поселка Бубенцово и тотчас обернулись.

На них глядел худой как жердь, морщинистый высоченный старик в джинсах и джинсовой рубашке. В кино он легко мог бы сыграть ее величество смерть, тем более что глаза его горели устрашающе живо.

– Но вот вопрос, зачем вам понадобилось меня разбалтывать?

– А это, – промямлил Антон Антонович, указывая пальцем на щель в заборе. – Это кто?..

– Это Егор, мой сын. Ему восемьдесят пять.

– Ясно, – кивнул Долгополов.

– Итак, я здесь, – уколол их собранный тощий старик – и взглядом уколол, и чуть дребезжащим, но все еще сильным голосом, в котором звучала угроза. – Кто вы и что вам нужно?

– Да мы так, путешествуем, – развел руками Антон Антонович. – Домики с племянником подбираем, вот, решили осесть в тихом местечке. Тут ведь тихо, правда? В этом вашем, как его, Бубенцове? – Он окинул невинным взором улицу. – Вон, птички поют…

– Верно, как на кладбище, – заметил Кривонос. – Кто вы?

– Табельное оружие, надеюсь, не с вами? – так, между прочим, задал вопрос Долгополов. – Дома в ящике рабочего столе, как у любого уважающего себя генерала спецслужбы? На всякий случай?

– На какой еще всякий случай?

Долгополов смотрел