Химера - Тесс Герритсен

9 августа

Джилл Хьюитт проснулась от удушья. В первый момент она решила, что тонет и с каждым вдохом наполняет легкие водой. Джилл открыла глаза и увидела, что ее окружило нечто, напоминающее стаю медуз. Она закашлялась, потом ей удалось глубоко вдохнуть, и она снова закашляла. От ее кашля медузы разлетелись в разные стороны.

Джилл вылезла из спального мешка и включила свет в отсеке. И стала в изумлении разглядывать мерцающий воздух.

— Боб! — закричала она. — У нас что-то протекло!

Она слышала, как О'Лири в кабине экипажа произнес:

— Боже, что это такое?

— Надеть маски! — приказал Киттредж. — Пока не выясним, не токсично ли это.

Джилл открыла шкафчик первой помощи, вытащила оттуда защитный комплект, и, когда те спустились на среднюю палубу, сунула маски и очки Киттреджу, О'Лири и Мерсеру. Времени одеться не было; на всех было только белье, все только что проснулись.

Нацепив маски, они рассматривали плавающие вокруг сине-зеленые шарики.

Мерсер протянул руку и поймал один из них.

— Странно, — удивился он, растерши шарик между пальцами. — На ощупь он плотный. Вязкий. Словно какая-то слизь.

Врач О'Лири поймал другой шарик и поднес его к защитным очкам, чтобы получше рассмотреть.

— Это не жидкость.

— А мне кажется жидкостью, — возразила Джилл. — Ведет себя как жидкость.

— Но оно скорее студенистое. Почти как…

Когда раздалась громкая музыка, все вздрогнули. Бархатный голос Элвиса Пресли и его песня «Синие замшевые туфли». Побудка из Центра управления полетом.

— Доброе утро «Дискавери», — раздался бодрый голос Капкома. — Пора вставать, ребята!

— Капком, мы уже встали, — отозвался Киттредж. — У нас тут странная ситуация.

— Ситуация?

— В кабине какая-то протечка. Мы пытаемся определить, что это такое. Некая вязкая субстанция молочно-сине-зеленого цвета. Очень похоже на маленькие плавающие опалы. Она разлетелась по всем палубам.

— Вы надели маски?

— Так точно.

— Вы знаете, откуда протечка?

— Ни малейшего понятия.

— Ладно, мы немедленно связываемся с СРОСОЖ.[27]Может, там знают, что это.

— Что бы это ни было, на ядовитое вещество не похоже. Мы все спали, когда оно распространилось в воздухе. Пока никто из нас не чувствует себя плохо.

Киттредж обвел взглядом свой экипаж в масках, и все утвердительно закивали.

— У него есть запах? — спросил Капком. — СРОСОЖ хочет знать, не является ли источником система сбора отходов.

Джилл ощутила приступ тошноты. Что если это вещество, которое они вдыхали, в котором плавали, утечка из туалета?

— Полагаю, кому-то из нас придется это понюхать, — проговорил Киттредж. Он оглядел членов экипажа, все отвели взгляд. — Ого, сколько желающих, — пробормотал он и наконец поднял маску. Он растер шарик в пальцах и понюхал. — Не думаю, что это нечистоты. Также нет запаха химикатов. По крайней мере примесей нефти не чувствуется.

— На что похож запах? — спросил оператор.

— Какой-то рыбный. Словно слизь форели. Может, что-то с кухни?

— Или утечка из полезного груза, из какого-нибудь научного эксперимента. Вы везете несколько выполненных экспериментов с МКС. У вас аквариума на борту нет?

— Похоже на лягушачью икру. Мы осмотрим груз, — сказал Киттредж. Он оглядел каюту, стены которой были покрыты блестящими наростами. — Эта штука осела на всех поверхностях. Придется заняться уборкой. Похоже, возвращение откладывается.

— Да, «Дискавери», мне неприятно сообщать вам эти новости, — снова заговорил Капком, — но возвращение откладывается при любых обстоятельствах. Вам придется еще посидеть там, наверху.

— Какова причина?

— У нас тут плохая погода. В Кеннеди встречный ветер до сорока узлов, ожидается гроза. С юго-востока движется тропический шторм. Он уже натворил бед в Доминиканской Республике и направляется к Флорида-Кис.

— Как насчет базы Эдвардc?

— Оттуда сообщают о плотной облачности на высоте двух тысяч метров. Небо должно расчиститься в ближайшие несколько дней. Так что, если твои ребята не жаждут приземлиться в Белых Песках, мы рассматриваем отсрочку по крайней мере на тридцать шесть часов. Вы можете открыть люки и перейти в МКС.

Киттредж проводил взглядом проплывавшие шарики.

— Ответ отрицательный, Капком. Мы можем загрязнить станцию. Нам нужно все убрать.

— Вас понял. Здесь врач, он ждет подтверждения, что ваш экипаж не испытывает неблагоприятного воздействия. Так ли это?

— Протечка, похоже, безвредная. Ни у кого нет никаких симптомов. — Он отбил слипшуюся массу шариков, и они разлетелись, словно рассыпавшиеся жемчужины. — Они даже симпатичные. Но могут загрязнить нашу электронику, так что лучше мы займемся уборкой.

— «Дискавери», мы обновим данные о погоде, как только она изменится. А теперь беритесь за тряпки и ведра.

— Ага, — рассмеялся Киттредж. — Зовите нас небесной службой уборки. Мы даже иллюминаторы моем. — Он стянул маску. — Думаю, можно их снять.

Джилл сняла маску и очки и скользнула к шкафчику с аварийным снаряжением. И тут заметила пристальный взгляд Мерсера.

— В чем дело? — спросила она.

— Твой глаз… что с ним?

— А что с моим глазом?

— Лучше сама посмотри.

Она проплыла в отсек для умывания. Глянув в зеркало, она пришла в ужас. Склера глаза была кроваво-красной. Не просто несколько лопнувших сосудиков, а абсолютно красная склера.

— Господи, — пробормотала Джилл, ужаснувшись своему отражению. «Я пилот. Я не могу без глаз. А тут вместо глаза мешок с кровью».

О'Лири развернул ее к себе за плечи и осмотрел глаз.

— Да ничего страшного, — успокоил он. — Всего лишь кровоизлияние в склеру.

— Всего лишь?

— Немного крови попало в белок глаза. Выглядит страшнее, чем есть на самом деле. Все пройдет само и не повлияет на зрение.

— Отчего это?

— Возможно, из-за резких перемен внутричерепного давления. Иногда, чтобы сосудики лопнули, достаточно сильного кашля или рвоты.

Она с облегчением вздохнула.

— Должно быть, так оно и есть. Я проснулась от кашля из-за этих пузырей.

— Видишь? Не о чем беспокоиться. — Он легонько хлопнул ее по плечу. — Пятьдесят баксов. Следующий!