Девушка в тумане - Донато Карризи

– Не понимаю…

– Фогель знает, что попавшие к нему в руки видеозаписи – никакое не доказательство. Более того, это снимал мальчик, одержимый Анной Лу, у которого неоднократно случались припадки агрессивности. Он принимает психотропные средства и наблюдается у местного психиатра по фамилии Флорес. Короче, если и есть в этом деле источник, которому нельзя доверять, так это Маттиа. Фогель им воспользоваться не может. Поэтому вы до сих пор и на свободе, учитель.

– А они не боятся, что я могу сбежать?

Леви снова рассмеялся:

– А куда бежать? Вы уже попали в выпуски новостей, и теперь вашу физиономию знает вся страна.

Мартини внимательнее вгляделся в адвоката. Он явно был старше его, но выглядел гораздо моложе своего возраста. Возможно, причиной тому были волосы, все еще густые и без малейшей седины. Женщины наверняка находили его очень привлекательным. Он источал запах дорогого одеколона, но дело было не только в этом. Его спокойствие и уверенность внушали доверие.

– А что вы делаете в нашем городке?

– Я здесь, чтобы вас защищать, – ответил адвокат, улыбаясь.

– И сколько мне будут стоить ваши услуги?

– Ни копейки, – сказал Леви, подняв руки. – Я буду вознагражден публичностью процесса, это прекрасная реклама. Однако придется и потратиться.

Он принялся перечислять:

– Для начала – нужен частный детектив, который будет вести расследование параллельно с полицией. Затем, в случае процесса, специалисты разного профиля, эксперты, а также кто-нибудь, кто будет заниматься расследованием в правовом поле.

Мартини безуспешно пытался представить себе, сколько все это будет стоить.

– Я должен посоветоваться с женой.

– Конечно.

Адвокат сунул руку в кожаный портфель, лежащий у него на коленях, и достал оттуда новенький мобильник, еще не вынутый из упаковки.

– С этого дня связываться со мной вы будете только с этого телефона: вполне возможно, что вас поставили на прослушку. И не выходите из дому, если не уверены в том, что это безопасно.

В гостиничном номере Фогель завязывал перед зеркалом кашемировый галстук. Он купил его перед самым отъездом в Авешот, предвкушая момент – и случай, – когда его наденет.

Внизу его ожидала небольшая группа журналистов, и ему нравилась мысль заставить их подождать. В последние месяцы они порядком потрепали ему нервы.

Он помнил тот случай с Мучителем.

Ему осталось еще расплатиться по кое-каким счетам, но теперь он снова на коне, а эти выродки толпятся у его ног в ожидании, когда же он бросит им кость в виде информации, которая сразу утолит их ненасытные аппетиты.

Дело Мучителя было поражением, и он это признавал. Но больше он ошибок не наделает. Ему хватило нескольких дней, чтобы восстановить репутацию и снова стать кумиром СМИ. И он был буквально в шаге от того, чтобы вернуть себе былое влияние, а потому следовало соблюдать осторожность.

Стелла на славу поработала с видео Маттиа. Ее монтаж крупных планов внедорожника учителя был просто шедевром. К тому же агент Борги оказался ценным союзником, чего он от него никак не ожидал. Не исключено, что мальчику обеспечено будущее, если он и в дальнейшем будет так податлив. Проблему создавала Майер. Сучка-всезнайка. Нет ничего хуже прокурорши-идеалистки. Но он знает, как ее приручить: достаточно польстить ее самолюбию, дать ей погреться в лучах софитов. От этого никто не мог отказаться, даже если рисковал обжечься.

В случае с Мучителем он попался именно на этом. Но все худшее уже позади.

В дверь постучали.

– Синьор Фогель, вам пора спускаться, иначе нам их не удержать, – сказал Борги.

Немного погодя Фогель предстал перед шумной, жаждущей новостей толпой, собравшейся в ресторане гостиницы.

Все стулья были заняты, и многие журналисты стояли. В глубине зала виднелись штативы с телекамерами.

– К сожалению, я пока мало что могу вам сообщить, – начал он перед скопищем наставленных на него микрофонов. – Полагаю, нам хватит нескольких минут.

Кто-то из репортеров запротестовал, но Фогель был слишком опытен, чтобы дать себя вовлечь в коллективное интервью. Он скажет только то, что посчитает нужным.

– Почему вы до сих пор не арестовали учителя Мартини? – спросил хроникер какого-то печатного издания.

– Потому что намерены обеспечить ему все гарантии, предусмотренные законом. На данный момент он всего лишь подозреваемый.

– Но, кроме белого внедорожника на видео, вы выявили хоть что-нибудь, что связывает его с Анной Лу Кастнер? – спросила корреспондентка в синем костюме.

– Информация секретна, – ответил Фогель.

Это была одна из его любимых фраз: вроде и не утверждение, но и враньем тоже не назовешь. Пусть журналисты думают, что у полиции все шансы на победу.

– Нам известно, что учитель Мартини с семьей недавно переехал в нашу долину, – взяла слово Стелла Хонер. – Его жена оставила должность адвоката и поехала за мужем в Авешот. Как вы полагаете, они от чего-то бежали?

Фогель поздравил себя с таким вопросом. Стелла была мастером находить совершенно неожиданные аспекты во всем, о чем говорила.

– Мы порылись в прошлом учителя Мартини, и могу сказать, что пока он предстает человеком безупречным.

Он намеренно вступился за Мартини, чтобы разозлить публику, которая уже сделала выбор и не желала, чтобы его опровергли.

– Это именно вы загубили его репутацию, устроив утечку информации, – заявил спецагент без всякого стыда. – Больше мне нечего вам сказать.

– Тогда зачем вы нас созвали? – раздался чей-то жалобный голос.

– Чтобы предостеречь, – снова решительно заговорил Фогель. – Мы не можем запретить вам распространять информацию, но вы должны знать, что любая информация, распространенная без согласования с полицией, может нанести вред расследованию, а тем самым – и юной Анне Лу Кастнер. И то, что она сейчас не стоит перед нами, еще не означает, что мы должны ее игнорировать.

Последнюю фразу он произнес прямо в наставленные на него камеры. Потом отвернулся от микрофонов и пошел к выходу, а вопросы все продолжали сыпаться ему вслед. Но Фогель их не слушал. Тут его отвлек зуммер мобильника. На дисплее появилось сообщение: «Надо поговорить. Позвоните мне по этому номеру».

Наверное, какой-нибудь журналист в поисках сенсации. Он решил не отвечать на сообщение и сразу его раздраженно удалил.

– На самом деле мы с ними не общались. Жена и дочь – еще куда ни шло, но сам он мне никогда не нравился. – Физиономия Одевиса с трудом помещалась в маленьком экране телевизора, что стоял на кухне у Мартини. – И если уж говорить все, то я заметил в его поведении некоторые… странности. К примеру, утром того дня, когда исчезла бедняжка Анна Лу, мы с ним столкнулись нос к носу. Он выходил из дому, и я с ним поздоровался, но он на меня даже не посмотрел. Закинул рюкзак в свой старый рыдван и… Да, он очень спешил, в общем, вел себя так, будто ему есть что скрывать.