Это слово – Убийство - Энтони Горовиц

– Понятия не имею.

– А вы подумайте! – раздраженно бросил Готорн.

Судя по всему, бардак в доме, вопящие дети, Барбара со своими чипсами начали действовать ему на нервы.

Корнуоллис взглянул на жену, словно ища поддержки.

– Уверяю вас, никто из моих сотрудников в этом не замешан. В нашей компании все работают не менее пяти лет, и многие являются членами семьи – Айрин наверняка вам рассказывала. Миссис Каупер привезли из больницы прямо к нам в морг на Хаммерсмит. Тело обмыли, закрыли глаза. Миссис Каупер не пожелала, чтобы ее бальзамировали. Далее тело положили в гроб из ивовых прутьев, который она сама выбрала, – это было утром, около половины девятого, присутствовали все четыре носильщика. Затем гроб перенесли на катафалк. У нас частная территория с воротами на электронном замке – с улицы никто не зайдет. Оттуда ее и привезли сразу на Бромптонское кладбище.

– Значит, она все время была под присмотром?

– Да. Разве что за исключением трех-четырех минут на парковке за часовней.

– Значит, именно в этот момент кто-то положил в гроб будильник.

– Наверное…

– Сколько времени понадобится, чтобы снять крышку?

Корнуоллис задумался.

– Несколько секунд, не больше. У традиционного гроба из твердых пород дерева крышку привинчивают, а ивовый закрывается на ремни.

Барбара допила вино.

– Вы точно не хотите по бокальчику? – предложила она.

– Нет, спасибо, – отказался я за обоих.

– Ну а я себе еще налью. Все эти разговоры о смерти и убийствах!.. Мы никогда не обсуждаем работу дома, детям это не нравится. Помню, в школе нужно было рассказать перед классом о профессии отца, так Эндрю сочинил, будто его папа бухгалтер! – Барбара хохотнула. – И откуда что взялось! Он ничего не знает о бухгалтерии!

Она подошла к холодильнику и налила себе еще один бокал вина.

На кухне появился мальчик лет десяти в спортивных штанах и футболке, повыше остальных; темные волосы неопрятно падали на лоб.

– А почему Себ с Тобом в саду?

Тут он заметил нас.

– А вы кто?

– Это Эндрю, – представила Барбара. – А это полицейские.

– Что случилось?

– Ничего страшного, не забивай себе голову. Ты уроки сделал?

Мальчик кивнул.

– Тогда можешь посмотреть телевизор, если хочешь. – Мать нежно улыбнулась, явно желая похвастаться. – Я только что рассказывала полисменам про твой школьный спектакль, мистер Пиноккио!

– Вышло так себе, – вставил Корнуоллис, затем изобразил, будто у него вытягивается нос. – Погоди-ка… Это же вранье – замечательно сыграл!

Эндрю раздулся от гордости, весьма довольный собой.

– Когда вырасту, стану актером, – объявил он.

– Об этом пока рано говорить, – прервал его отец. – Если хочешь помочь, сходи позови братьев – пора ложиться спать.

В саду Тоби с Себастьяном лазали по лестницам и визжали как резаные. Оба перевозбудились и напоминали скорее маленьких обезьянок, чем людей. Я хорошо помнил эту фазу по своим собственным детям.

Эндрю послушно вышел исполнять поручение.

– Позвольте задать вопрос… – Готорн разозлится, но мне было интересно. – Не совсем по делу… Почему вы решили выбрать такую профессию?

– Почему я стал оказывать похоронные услуги? – Похоже, Корнуоллиса нисколько не смутил вопрос. – В каком-то смысле профессия выбрала меня. Вы же видели вывеску над дверью агентства – это семейный бизнес. Мой отец вел его пятьдесят лет, а до него – дед. Со мной работают родственники: с Айрин вы уже знакомы, а кузен Джордж ведет бухгалтерию. Может, однажды кто-то из мальчиков продолжит дело.

– Еще не хватало! – фыркнула Барбара.

– Они могут и передумать.

– Как ты?

– В наше время молодежи непросто найти себя. Детям полезно будет знать, что для них всегда наготове рабочее место.

Корнуоллис повернулся к нам.

– После окончания колледжа я поездил по миру, занимался разными вещами. Наверное, где-то в глубине души я всегда сопротивлялся своему предназначению – стать директором похоронного агентства. С другой стороны, если бы я не решился на это, моя жизнь была бы совсем иной. – Он взял жену за руку. – Так мы познакомились…

– На похоронах моего дяди!

– Одни из первых моих похорон. – Корнуоллис улыбнулся. – Наверное, не самый романтичный способ знакомства, зато самая большая удача в моей жизни.

– Мне все равно никогда не нравился дядя Дэвид, – вставила Барбара.

Снаружи темнело. Младшие спорили с братом, который пытался их урезонить.

– Если у вас больше нет вопросов, боюсь, мы вынуждены просить покинуть нас, – сказал Корнуоллис. – Надо укладывать детей.

Готорн поднялся на ноги.

– Спасибо, вы нам очень помогли.

Лично я совсем не был в этом уверен.

– Сообщите, если что-нибудь узнаете, ладно? – попросила Барбара. – Никак не могу поверить, что Дэмиэна Каупера убили. Сперва мать, потом самого… Так поневоле задумаешься, кто следующий!

Она вышла в сад забрать детей, а Корнуоллис проводил нас до двери.

– Я забыл упомянуть одну вещь, – сказал он, стоя на пороге. – Не уверен, имеет ли это значение…

– Продолжайте, – кивнул Готорн.

– Короче, пару дней назад мне позвонили: кто-то хотел знать, когда и где состоятся похороны. Звонил мужчина, представился другом Дайаны Каупер, однако фамилию называть отказался. Да и вообще, вел себя… м-м… подозрительно. Не то чтобы сумасшедший, но… Весь какой-то напряженный, страшно нервничал…

– Откуда он узнал, что вы распоряжаетесь похоронами?

– Я и сам удивился. Наверное, обзванивал все агентства в западной части Лондона, хотя наше одно из самых крупных и известных, так что мог начать и с нас. В общем, тогда я не придал этому особого значения, просто сообщил информацию. А потом Айрин рассказала о сегодняшнем происшествии, и тут я вспомнил…

– А номера у вас, случайно, не осталось?

– Остался. Мы ведем учет всех входящих звонков, а он звонил с мобильного телефона, так что номер отобразился в системе.

Корнуоллис достал сложенный клочок бумаги и протянул Готорну.

– Честно говоря, я сомневался, давать вам его или нет. Не хочу причинять людям неприятности.

– Разберемся, мистер Корнуоллис.

– Наверняка пустая трата времени.

– Ничего, у меня полно времени.

Корнуоллис зашел в дом и закрыл дверь. Готорн развернул записку и улыбнулся.