Кресты у дороги - Джеффри Дивер

Ти-Джей нахмурился. Он тоже знал преступника и не меньше Дэнс хотел отправить его за решетку.

Ти-Джей хороший работник, хоть и самый неформальный в организации, известной консервативным подходом к дресс-коду. Сегодня Ти-Джей надел джинсы, рубашку поло и спортивный пиджак в разноцветную клеточку (выцветшие рубашки примерно с таким же рисунком хранятся у отца Дэнс в кладовке). Галстук, насколько Дэнс могла судить, Ти-Джей носит один и тот же — пеструю модель от Джерри Гарсии.[1]Просто Ти-Джей страдает острой формой ностальгии по 60-м, и в кабинете у него весело светят две гелиевые лампы.

У них с Дэнс всего несколько лет разницы в возрасте, но конфликт поколений чувствуется. Впрочем, он не мешает стыковаться на профессиональном уровне, иногда как шефу и подчиненному. Ти-Джей склонен выступать соло — важное качество для агента КБР, — однако умудряется подменять обычного напарника Дэнс, который застрял на особо сложном задании в Мексике (добивается выдачи преступника).

Тихоня Рей Карранео — новичок в КБР. Он совершенно не похож на Ти-Джея Скэнлона. Рею под тридцать, он стройный, вечно угрюмый, задумчивый; надел сегодня серый костюм с белой рубашкой. Душой Рей старше, нежели физически: битый жизнью коп из ковбойского города Рено, что в штате Невада, он переехал в Монтерей с женой, присматривать за больной матерью. Карранео держал стаканчик кофе в руке, на которой между большим и указательным пальцами имелся тонкий шрам после удаленной несколько лет назад бандитской татуировки. Если коротко, Карранео — один из самых хладнокровных и собранных молодых агентов в штабе. Интересно, не заслуга ли это преступного прошлого?

Коллега О’Нила из офиса шерифа — коротко стриженный, с военной выправкой — представился и изложил суть дела. Прошлой ночью на стоянке в деловой части города похитили девушку, Тэмми Фостер. Запихнули в багажник ее собственной машины, вывезли на пустынный пляж и оставили умирать в приливных волнах.

Дэнс вздрогнула, представив, каково это — лежать, скрючившись, в темном замкнутом пространстве, захлебываясь в холодной, постепенно прибывающей воде.

— Утопили в багажнике собственной машины? — О’Нил откинулся на спинку стула, раскачиваясь на задних ножках. (За эту привычку Дэнс выговаривала сыну, подозревая, что Уэс набрался дурных манер от О’Нила.) Под тяжестью немалого веса стул заскрипел.

— Так точно, сэр.

— На каком пляже?

— В нижней части побережья, к югу от гор.

— Пляж дикий?

— Да, свидетелей нет.

— А в клубе, возле которого жертву похитили? — спросила Дэнс.

— Никак нет. На парковке даже камер не установлено.

Дэнс и О’Нил приняли последний факт к сведению.

— Убийца должен был заранее оставить на пляже автомобиль, на котором скрылся с места преступления. Или его дожидался сообщник.

— Чуть выше уровня прилива обнаружены следы. Состояние песка, правда, не позволяет определить ни размер, ни рисунок обувных подошв. Ясно только, что один человек уходил в сторону шоссе.

— Следы колес? Нет признаков, что кто-то прятал автомобиль в кустах на обочине?

— Нет, сэр. Наши ребята обнаружили на обочине следы велосипедных покрышек. Но проехать могли и вчера, и неделю назад… Рисунок сравнить не с чем, по велосипедам базу данных не заводили, — добавил патрульный, глядя на Дэнс.

Каждый день мимо этого пляжа сотни людей проезжают на велосипедах.

— Мотивы?

— Жертву не ограбили, не изнасиловали. Ее хотели просто убить. Причем медленно.

Дэнс резко выдохнула.

— Подозреваемые есть?

— Нет.

Дэнс посмотрела на Ти-Джея.

— По телефону ты что-то говорил про странности. Есть что добавить?

— О, — встрепенулся агент. — Вы о кресте на обочине?

Юрисдикция Калифорнийского бюро расследований широкая, но занимается оно масштабными преступлениями: бандитскими разборками, терроризмом, коррупцией в крупных размерах и экономическими нарушениями. Убийство на территории, где каждую неделю происходят разборки, внимания вряд ли достойно.

Впрочем, нападение на Тэмми Фостер — не рядовое.

За день до похищения патрульный обнаружил на обочине шоссе № 1 придорожный памятник — крест, на табличке которого значилась дата гибели девушки.

Услышав о покушении неподалеку от шоссе, патрульный на следующий день забрал крест. Решил, что памятник — предупредительный знак убийцы, визитная карточка. В багажнике, где заперли Тэмми Фостер, обнаружили лепесток розы — совершенно точно из букета у основания креста.

С виду преступление единичное, мотивы отсутствуют, и Дэнс задумалась: не собирается ли убийца нанести еще удар? Не наметил ли следующую жертву?

— На кресте следы обнаружили? — поинтересовался О’Нил.

— Если честно, — поморщился младший офицер, — патрульный скинул крест и букет в багажник очень небрежно.

— Все смешалось?

— Боюсь, что да. Помощник шерифа Беннингтон старался как мог. — Питер Беннингтон, опытный и трудолюбивый глава отдела судебно-медицинской экспертизы. — Правда, ничего не нашел. Предварительные результаты такие: отпечатков нет. Следы — песок да земля. Крест — из трех веток, связан при помощи букетной проволоки. Табличка с датой, похоже, вырезана из картона. Чернила — обычные, не фирменные. Сама надпись — ксилография. Чтобы привязать к делу, понадобится образец почерка, взятый у подозреваемого. Ага, вот и фото креста. Жуть. «Ведьма из Блэр» вспоминается.

— Нормальный фильмец, — заметил Ти-Джей.

Он шутит или всерьез?

Все присмотрелись к фотографии: крест и впрямь был страшный, как будто связанный из почерневших кривых костей.

Значит, эксперт ничего не нашел… Не так давно Дэнс работала по одному делу с другом, Линкольном Раймом. Он в частном порядке консультирует нью-йоркскую полицию. У Райма квадриплегия, да, но он один из лучших судмедэкспертов в стране. Интересно, выявил бы он хоть какую-нибудь улику, осмотрев крест? Наверняка. Однако полицейская универсалия гласит: работать приходится с тем, что имеешь.

Дэнс приметила одну деталь на фото.

— Розы.

О’Нил догадался, к чему она ведет.

— Стебли подрезаны одинаково, у всех одна длина.

— Верно. Цветы куплены в магазине, а не сорваны в частном саду.

— Босс, — подал голос Ти-Джей, — на полуострове тысячи цветочных лавок.

— Я и не говорю, что букет приведет к порогу убийцы, — парировала Дэнс. — Я лишь констатирую факт, с которым можно работать. Кроме того, не спеши с заключениями. Розы могли украсть. — Дэнс сердилась, вот и комментарии вышли несдержанными.