Вилла загадок - Дэвид Хьюсон

Она облизнула губы. Во рту пересохло. В висках пульсировала боль, вызванная дешевым вином. Время приближалось к трем часам, так что начинало темнеть. Пора идти. Ей вовсе не улыбается провести всю ночь в этой странной пустынной местности, где так мерзко пахнет и каждые две минуты над головой проносятся самолеты из аэропорта Фьюмичино.

– Бобби! – взмолилась она.

Но он пока не был удовлетворен своей добычей. Мраморная голова Тома Йоргенсена выглядела все еще привлекательнее любой из его собственных находок.

– Что? – рявкнул он, сорвав с головы наушники.

– Скоро стемнеет. Надо идти.

– Пять минут! – взглянув на серое небо, бросил он, снова надел наушники и побрел к воде. Прямо в болото – Лайэн инстинктивно это чувствовала. Такой странный кислый запах она уже встречала на клюквенных фермах в Мэне, где однажды они провели свой отпуск.

– Это торф! – внезапно вспомнила она.

– Чего тебе? – рявкнул Бобби, но голоса не было слышно – "боинг" пролетел так низко, что затряслась земля. Чтобы не оглохнуть, ей пришлось зажать руками уши.

– Нет, ничего, – прошептала она вслед самолету, мечтая оказаться подальше отсюда. Возможно, даже вернуться домой. На клюквенной ферме было хорошо. Интересно. Люди там говорили на одном с ней языке и она не чувствовала себя лишней. Не то что в Риме. Здесь она постоянно ощущала косые взгляды: все словно ждали, что она не то скажет или не туда свернет. Здесь все было такое иностранное!

Раздался новый, неожиданный звук. Присвистнув, Бобби сорвал с головы наушники и пальцем указал на покрытый чахлой травой клочок влажной земли, расположенный примерно в метре от него.

– Тут еще кое-что, милая. А потом мы уходим. Подай лопату.

Она выполнила приказание. Вонзив лопату в землю, Бобби Декстер наступил на нее обеими ногами. Лезвие вошло в почву, как нож в горячее масло. Вытащив лопату, Бобби снова копнул ею грязь.

– Это торф, – повторила она, глядя, как Бобби с проклятиями ковыряет землю. – Он мягкий, Бобби. Не надо прилагать столько усилий. Вот смотри...

Она взяла привезенную с собой лопатку и присела рядом на корточки. Когда-то Лайэн смотрела по телеканалу "Дискавери" передачу по археологии и знала, как делаются подобные вещи, но стремление этих людей копаться в земле по шесть – восемь часов было выше ее понимания.

– Тут надо осторожнее, – сказала она, вонзая лопатку в мягкую землю. В лицо ударил резкий, острый запах, напомнивший ей о клюкве, о смешанном с водкой ярком красном соке. – Вот смотри...

Сдерживая дыхание, она принялась ворошить землю. И тут лопатка вдруг наткнулась на что-то твердое. Лайэн Декстер непроизвольно сглотнула, чувствуя, как перехватывает горло. Осторожно углубляясь в землю, она все время натыкалась на все тот же твердый предмет.

Забрав у нее лопатку, Бобби принялся копать сам.

"Пожалуй, чересчур небрежно", – подумала она.

– Что это?

На поверхности показался непонятный предмет. Он был цвета торфа – темно-коричневый и твердый на ощупь. Бобби копнул еще немного, после чего оба глубоко вдохнули и стали осматривать находку. То, что постепенно проступало из-под земли, напоминало вырезанную из дерева человеческую руку, вероятно женскую, обтянутую складками грубой ткани, воспроизведенными с невероятной точностью.

– Совсем как настоящая, – промолвила наконец Лайэн.

– Эй! – с сарказмом воскликнул Бобби. – Вернись на землю, Лайэн! Это статуя. Она и должна выглядеть как настоящая.

– Статуи другого цвета.

– Лайэн... – Он начал раздражаться, в глазах появилась злость. – Эта штука пару тысяч лет пролежала в дерьме, так какого же цвета она должна быть? Сиять белизной? Думаешь, ее упаковали, прежде чем сюда засунуть?

Лайэн ничего не ответила – он был прав.

Бобби еще раз копнул землю, и на поверхности показалась кисть руки – изящные пальцы крепко обхватывали древко. Они застыли, глядя на свою находку. Лайэн статуя казалась очень женственной и странно знакомой. Потом в голове будто что-то щелкнуло, и она поняла, в чем тут дело. Древняя штуковина напоминала статую Свободы, пытавшуюся вытащить из грязи факел.

– Это не металл, Бобби, – упрямо продолжила она. – Как же твоя машина ее обнаружила? Ты подумал об этом?

– Иногда ты меня просто удивляешь, – злобно ответил он. – Я тут, может, открыл новую гробницу Тутанхамона, а ты все капаешь и капаешь на мозги. Слушай, отвяжись, а? Мне нужно подумать.

Он начал копать с другой стороны – там, где могла быть вторая рука. И она действительно там оказалась, всего в нескольких дюймах от поверхности – вероятно, недавний дождь смыл часть покрывавшей ее почвы. Бобби осторожно прокопал пространство между руками, обнажая грудь статуи, прикрытую чем-то вроде классической тоги с V-образным вырезом, спускавшимся достаточно низко, чтобы продемонстрировать маленькие и очень естественные груди. Поверхность статуи, которую Бобби очистил от грязи, оказалась весьма своеобразной – цвета старой кожи и слегка блестящей. Лайэн вдруг показалось, будто статуя немного сместилась, но, очевидно, это ей лишь почудилось под влиянием выпивки.

Опустившись на колени, Бобби примерно в футе от раскопок снял слой земли толщиной дюймов пять. И угадал совершенно точно: показались лодыжки, слегка разведенные в стороны; они были голыми – без какой-либо стилизованной одежды.

– Она сделана в натуральную величину, Бобби, – сказала Лайэн.

– Я знаю!

– И что же ты собираешься делать?

– Господи! Если бы я мог сейчас видеть рожу этого жирного козла Йоргенсена. Ты взяла камеру?

– Забыла, – покачала она головой.

– Как всегда. Большое тебе спасибо!

– Бобби!

Он смерил ее взглядом. Лайэн понимала, что действует чересчур смело, но это ее сейчас не заботило. Происходило нечто неправильное, и, вероятно, пора было действовать.

– Что я собираюсь делать? – переспросил он. – Да все, что захочу, Лайэн! Все, что захочу.

– Она слишком большая. Ее нельзя будет отправить багажом. Кроме того, она цвета дерьма. И воняет. Ты чувствуешь запах?

– Она миллион лет пролежала в болоте. Ты хочешь, чтобы она пахла розами?

Немного отступив, она с вызовом сложила руки на груди.

– Я не хочу, чтобы она все время так воняла. И перестань постоянно меня шпынять. Это некрасиво.

Вполголоса выругавшись, он перешел к тому месту, где должна была быть голова, и начал осторожно счищать землю. Лайэн надеялась, что головы там нет. Если Бобби найдет лишь торс и пару торчащих ног, Тому Йоргенсену это покажется забавным.

Однако голова оказалась на месте. Пожалуй, она была даже красивой – если, конечно, смыть с нее грязь. Пока Бобби Декстер, насвистывая, очищал ее от земли, его жена размышляла об их находке. Это была римская статуя величиной в рост человека – возможно, сделанная две тысячи лет назад. Пусть страшно грязная, но все равно великолепная. В наши дни многое возможно. Например, вернуть ее к прежнему состоянию и сделать идеально белой – какой она была, когда ее заказал Юлий Цезарь или какой-то другой древний итальянец.