Иллюзия смерти - Франк Тилье

– Ваз, – перебил он. – Не объектов, а прежде всего ваз…

– Хорошо, ваз. Итак, когда вы пришли во второй раз для участия в конкурсе, вы убедились, что Галуа вас опередил. Он тоже создает вазы и точно таким же методом. Голосом. Верно?

– Да.

– И из-за этого вы его убили? Потому что подозревали, что он крадет ваши идеи?

Ганель схватил лежащий рядом карандаш и стал вертеть его в руках, устремив взгляд куда-то в пространство.

– Я не подозревал. Я был в этом совершенно уверен.

У Элали зазвонил мобильник. Она извинилась и вышла. Через пять минут вернулась, держа в руках нож в запечатанном пакете, который взяла в кабинете Эрве. Села на свое место, положив пакет перед собой. Ганель указал на три стартовых номера для марафона, висящие на стене за ее спиной:

– Числовые палиндромы…

Элали нахмурила брови, обернулась, потом с удивлением посмотрела на собеседника.

– 88, 808 и 1001, – продолжал Ганель. – Это числовые палиндромы, они одинаково читаются слева направо и справа налево. А у этих есть еще одна особенность: они не меняются, если читать их в зеркале.

Элали никогда не обращала внимания на это любопытное свойство. Она закрыла блокнот и решительным жестом отложила ручку.

– Месье, мы здесь не для того, чтобы обсуждать мои стартовые номера. Вы заявили в полиции, что убили Натана де Галуа у него дома на улице Лабрюйер, в Монруже, вот этим ножом. Вы подтверждаете это?

– Да. Это так.

– Как это произошло?

– Я вошел к нему около пяти утра, он спал. Я привязал его к кровати и начал истязать, добиваясь, чтобы он закричал. Мне было необходимо, чтобы он кричал. Это продолжалось довольно долго. Потом… – он указал на нож, – я ударил его в печень. Вот так.

Правой рукой он изобразил удар.

– Он умер сразу же?

– Он больше не шевелился и не дышал. Я решил, что он умер.

Его руки задрожали.

– Когда… Когда я закончил, я сразу пришел сюда. И все вам рассказал.

– Мои коллеги только что мне звонили. Они находятся в доме у Натана де Галуа. На входной двери нет следов взлома. Как вы зашли к нему?

– У моей жены Ариадны были запасные ключи.

– У вашей жены?

– Да, я могу объяснить, если позволите.

– Не волнуйтесь, вы продолжите, как только вернутся мои коллеги и сообщат мне всю необходимую информацию. По их словам, в спальне найдено много пятен крови на простыне, веревки, но тела не обнаружено.

В коридоре полиции Элали просматривала фотографии на цифровой камере Эрве. Сержант сделал три десятка снимков спальни Натана де Галуа – смесь барокко и научной фантастики: зеркала от пола до потолка, кровать под балдахином, туалетный столик, ширма, отделявшая это пространство от остальной мансарды. Она отметила наличие пяти ваз причудливых, но не слишком соразмерных форм, стоявших в нише у изголовья кровати. Простыни были испачканы кровью, к спинке привязаны два шарфа.

Эрве отчитался:

– Мы обыскали мастерскую. Она, как бы это выразиться, очень нестандартная… Диван из бетонных блоков, витрина со всякими диковинками, гимнастические кольца… А еще есть совершенно крутой гараж – такому заядлому автомобилисту, как я, есть чему позавидовать.

Он показал другие снимки:

– «Форд-Капри-МК1» тысяча девятьсот семьдесят первого года, серого цвета, персонифицированный; «Мазда-МХ-5», кабриолет, верх из тисненой кожи, ну и, как видишь, мотоцикл «Сузуки-GSX-1100» с перьями на обтекателях, мопеды, велосипеды.

Элали пролистала снимки. На капоте кабриолета нарисован человек с содранной кожей и выступающими наружу мышцами, прыгающий через веревочку. Гараж с его содержимым был настолько великолепен, что вызывал жгучую зависть.

– Ну и наконец, большая мастерская, где Галуа изготавливал свои объекты, – продолжил Эрве. – Тела мы не нашли. Но все указывает на то, что оно исчезло. Пока мы фотографировали, зазвонил стационарный телефон, оставили сообщение, мы его прослушали. Нет сомнений, что у Галуа сегодня утром была назначена важная встреча с поставщиком, на которую он не явился.

– Вы обзвонили ближайшие больницы?

– Да. Пока что всё мимо кассы.

– А его жена?

– Я ей звонил. Она работает на севере Парижа в фирме готового платья. Учитывая пробки, она будет здесь не раньше чем через час или два.

Эрве достал из кармана и протянул Элали проспект из плотной бумаги:

– Это мы нашли в спальне, реклама его выставки.

На первой странице – фотография улыбающегося Натана де Галуа, часть лица скрыта очками от солнца. Замашки рок-звезды. Внутри – различные экспонаты и описание техники исполнения, о которых ей уже рассказывал Ганель: скамейки, примерочная кабина, принтер, белый экран с моделями ваз… Она задержалась на снимках ваз и сравнила их с теми, что стояли в его спальне. Вазы на выставке были правильных форм в отличие от сосудов над кроватью Галуа.

Элали глянула в свой кабинет. Ганель рисовал лабиринт на листке бумаги. Он совсем успокоился и, казалось, находился в каком-то защитном коконе, но при этом почему-то обливался потом. Она посмотрела на свои стартовые номера. Теперь, после замечания Ганеля, их зеркальные цифры-палиндромы бросались ей в глаза. Как ни странно, ей стало не по себе. Этот тип пришел с повинной, но его история про плагиат, отсутствие тела… Дело обещало быть непростым. Она снова взглянула на буклет. На следующей странице напечатаны фотографии других экспонатов, и среди них тот самый нож. Оружие, которое в данный момент лежало у нее на столе.

– Правда впечатляет? – сказал Эрве. – Эти два ножа очень похожи. Я только что звонил во Дворец Токио. Натан де Галуа добавил этот предмет к экспозиции неделю назад.

Элали старалась адекватно воспринять его рассуждения. Два одинаковых ножа, сцена преступления при отсутствии тела… Да, неплохое начало рабочего дня, обещавшего быть спокойным.

– Наш клиент все время твердит, что Натан де Галуа копирует его работы, – подытожила она. – Если следовать его логике, он первым сделал этот нож, а Галуа вначале его скопировал, а потом выставил в музее?

Эрве встретился взглядом с Ганелем.

– Ты уверена, что он не врет? А вдруг как раз наоборот, он сам копирует Галуа? А что, если он убил его просто из зависти? Потому что у Галуа есть все – талант, признание, а у него ничего. Классика жанра.

– Но это не объясняет, почему нет тела.

– А может, он его спрятал?

Элали размышляла несколько секунд:

– Хорошо… Распечатай эти фотографии, а потом съезди за ножом с выставки во Дворце Токио. И еще – собери все сведения о Ганеле Тодане, проживающем на улице Буало, дом шесть, в Монруже. Я хочу знать все об этом типе.