Дочь самурая - Доминик Сильвен

— Послушай меня, Поль, дружок. Я пошел к Ненессу, ты его знаешь, это владелец «Трех Столбов». Только представь себе, двадцать лет ноги моей там не было, — вещал завсегдатай Жерар.

«Твои большие томные глаза завораживают,

Твое сладкое волнующее пение зовет нас.

Рикита, прекрасная мечта любви,

Как хочется тебя…»

— Тише! — приказала Лола. — Поль, выключи радио!

— Кто эта решительная дама? — спросил завсегдатай Жерар.

Поль приложил к губам палец, прежде чем прервать пение Жоржет Плана. Лола закрыла глаза и прислушалась. Вскоре те и другие услышали слабые глухие удары, раздававшиеся через равные промежутки времени. Лола пошла на многообещающий стук, за ней Ингрид и следом Поль. Шествие замыкал клиент, прихвативший свой стакан и, как и все, направивший свои стопы к погребу. Лола приложила ухо к двери. Кто-то, как метроном, отбивал такт неопознанным предметом. Жерар спросил, кто бы это мог быть, и ему объяснили, что хозяева не отзываются. Лола заявила, что дверь слишком тяжелая, чтобы ее можно было взломать штопором, даже самым шикарным. Или кроссовкой-мачете.

— В общем, нужна хорошая дрель, — объяснила она присутствующим.

— А еще лучше хорошая электрическая пила, — отозвался Жерар. — Замок старинный, вам повезло, девочки! К нему так просто не подступишься, хитрая штука. А у меня как раз есть приличная пила.

— Мы ее реквизируем! — объявила Лола. — Ингрид, ты пойдешь с мсье Жераром, чтобы он поскорее возвращался с инструментом.

Клиент обозрел Ингрид и широкой улыбкой подтвердил свое пристрастие к приключениям с утра пораньше и к высоким блондинкам, Поль машинально включил радио.

«Я хочу тебя под «ри»,

Я хочу тебя под «зо»,

Под розовыми ризофорами.

Станем любить друг друга под «ризо»,

Возьми меня под «фора»,

Станем любить друг друга под ризофорами!»

Когда Ингрид и Жерар вернулись с пилой, Лола слушала песню Полин Картон, устроившись в баре в обществе кофе, приготовленного Полем. Сила привычки обязывает. И парень опять хлопотал по хозяйству возле кипятильника с фильтром. Клиент потребовал, чтобы ему снова плеснули белого, прежде чем идти на приступ двери. Он засучил рукава, поплевал на ладони, подмигнул Ингрид и взялся за дело, подхватив припев песенки Картон. И умолк, как только замок поддался, а за дверью показалось изнуренное лицо мужчины с бутылочным осколком в руке.

Лола велела всем посторониться. Поль бросился помогать дядюшке Люсьену. Несмотря на хромоту, он быстро усадил его, сбегал за стойку, намочил полотенце и положил ему на лоб. Завсегдатай старался вернуть хозяина к жизни, вливая ему в рот свое вино, но тот не мог разомкнуть губы и сидел, выпучив глаза, словно перед ним стояло страшное видение.

Лола включила в погребе свет и знаком приказала Ингрид идти за ней. Вонь испражнений, смешанная с запахом пива, ударила им в нос. Бывший комиссар держалась стойко, американка натянула майку себе на лицо. Они обнаружили свернувшуюся на матраце пожилую женщину, едва дышавшую. Осторожно подняли ее и отнесли наверх. Поль отыскал одеяло, расстелил на полу, и на него уложили хозяйку. Лола вызвала «скорую».

— Моя Мари-Жанна! Она ведь не умерла?

— Нет, успокойтесь, сейчас приедет «скорая». Кто это с вами так поступил, мсье?

— Один псих, — пробормотал хозяин. — Совсем чокнутый!

— Как он выглядел?

— Коротышка в грязном халате и с печальной как смерть физиономией. Он нам угрожал! Револьвером, представляете! И запер нас. Чтобы мы поплатились, так он нам сказал! Есть было нечего, душно, и приходилось пить пиво, чтобы не умереть от жажды. Мари-Жанна не хотела, но пришлось…

— Чтобы вы поплатились? Но за что?

— За зло, которое мы якобы причинили. Это все из-за Поля! — проскрежетал старый Люсьен, кидаясь на племянника, который отступил, машинально подняв руку, чтобы защитить лицо.

Но владелец кафе вдруг остановился, словно охваченный страхом, и Лола сделала вывод, что он в последний раз решился на нечто подобное.

— Успокойтесь. Причем тут Поль?

— Тот псих хотел отомстить за моего идиота-племянника. Он осмелился утверждать, что мы эксплуататоры и что Поль из-за нас разбился, упав с лестницы! Вы только подумайте!