Мурмурация - Оксана Олеговна Заугольная

– Я тебе на переменке напишу, что отвечать, если и правда спросит.

Аня кивнула, стараясь сохранить серьезное выражение лица. Вот повезло-то! Теперь можно спокойно остаться с Димой и узнать, что тот знает про черного человека. Ну и в кино сходить тоже можно. Это же не свидание, в конце концов!

Надо было ей раньше догадаться спросить Собакина, что тот думает об их предстоящей встрече. Или хотя бы заподозрить неладное, когда после уроков от подошедшего к ней одноклассника отчетливо потянуло каким-то резким парфюмом.

– В школе посидим? – спросила его Аня, пытаясь вдыхать через раз.

– Не, в школе не получится, ты не знаешь разве? – Собакин заметно нервничал и постоянно потирал свои большие руки. – По новым правилам в школе остаются вечером только те, у кого разрешение на посещение кружков. Ну да, мы всегда сразу уезжаем, ты и не интересовалась, похоже.

– А куда тогда? – Аня растерялась. Билеты Собакин взял на семичасовой сеанс, а сидеть в пэтэушной столовке или в кафе до половины седьмого… У нее не было столько денег, да и у Собакина вряд ли были.

– У меня в городе бабушка живет, у нее посидим, чая попьем с пирожками, давай?

Аня остановилась. За разговором они успели не только одеться и выйти из школы, но и завернуть за угол – там меньше шансов пересечься с остальными поселковыми и нарваться на расспросы. И сейчас Аня размышляла, не стоит ли ей вернуться.

Она все-таки не наивная дурочка, которую можно пригласить домой покормить рыбок, погладить котика или посмотреть фотографии. Во многих печально известных ей историях все с этого и начиналось.

– Ты боишься? – догадался Димка. – Зря, бабушка у меня мировая. Жалко, вижусь я с ней редко. Она маме так и не простила папину смерть. И в поселок ни ногой, говорит.

Аня приняла решение.

– Как твою бабушку зовут? – спросила она.

– Вера Георгиевна, – обрадовался Димка. Он забрал у Ани сумку и перекинул через плечо. Идти из школы налегке было приятно.

– Хорошо… – Аня вздохнула. – Давай хоть конфет купим к чаю твоей Вере Георгиевне.

Она до последнего держала в кармане в сжатом кулаке длинный квартирный ключ, готовая в случае чего ударить Димку им в лицо и убежать. Но дверь открыла улыбчивая и морщинистая, как печеное яблочко, старушка, а из кухни так приятно пахло домашней выпечкой, что рука Ани тотчас разжалась. Она так давно не чувствовала себя настолько уютно… С самой маминой смерти.

– Проходите, ребятки, проходите на кухню! – разулыбалась старушка. – Это та самая девочка, да, Дима?

Димка кивнул и потупился, а Аня сообразила, что он спланировал их приход в гости с самого начала. Вот жук!

За столом с вкусными пирожками и ароматным чаем разговор сначала долго шел про школу, учителей и уроки, и Аня не сразу поняла, как перескочили на такую далекую от этого тему.

– Сыночка моего извели, и внука могут, если язык за зубами держать не научится, – жестко произнесла старушка, на мгновение перестав улыбаться. – Черные диггеры, придумают тоже! Их послушать, так всех эти диггеры поубивали, прямо с утра до вечера трудятся, бедолаги!

– Всех? – переспросила Аня и отложила пирожок.

– Ну да, – подтвердил Димка. – У нас постоянно то туристы пропадают, то еще кто-нибудь, ты не знала? Говорят, что течение бурное, но дело не в этом.

– Демона вызвать хотят, демона! – Вера Георгиевна шлепнула сухой ладонью по столу. – А Димка мой прямо рассказывал об этом. Кому это понравится! Вот свои его и убили!

– Папу моего тоже Димой звали, – страдальчески скривив рот, пояснил Собакин. Аня решила, что это из-за упоминания демонов. Кому приятно понимать, что у родной бабули после папиной смерти чердак потек?

Но все оказалось сложнее. Увидев, что девочка больше не ест, Вера Георгиевна включила телевизор, а через пару минут пригласила их пройти из кухни в комнату. Аня к этому моменту успела представить, как они до полседьмого вместе со старушкой смотрят все подряд ток-шоу на Первом, и даже смирилась с этим, как старушка провела их в гостиную и вдруг бодро засеменила обратно на кухню.

– Спасай девку, внучек, раз по душе пришлась, – заявила она у дверей. – Всех не спасешь, а одну можешь.

И дверь за собой закрыла. Только задвижка щелкнула.

Когда обалдевшая от такого поворота Аня повернулась к Димке, он уже стащил жилет и расстегивал рубашку.

– Демону обязательно последнюю жертву принести должны. Кровь кровью, но нужна еще и девственница. – Кажется, само это слово так нервировало Собакина, что он покраснел, как помидор, запутался в пуговицах и с рыком стащил рубашку через голову. – Ты ведь как раз она? Можешь не отвечать, я и так знаю.

Аня отступила на шаг и зашарила глазами по сторонам, пытаясь найти достаточно увесистый предмет, чтобы ударить Димку по голове. Но тот неожиданно ловко перехватил ее кисти своей большой рукой и зажал за ее спиной, сам прижимаясь к ней так близко, что от запаха парфюма, смешанного с кислым запахом пота, Аню затошнило.

– Я буду кричать, – предупредила она, извиваясь в его руках и пытаясь освободить руки.

– Бабушка! – крикнул Димка сам. – Звук!

Телевизор заработал еще громче, а выбранное скандальное ток-шоу с криками и требованиями сторон не оставляло Ане лазейки. Никто просто не поймет, что это не в телевизоре!

– Да не упирайся ты, я же тебе помочь хочу, – возмущенно шипел Димка, свободной рукой шаря у нее под кофточкой. Аню замутило от такой «помощи». Даже если он искренне верил своей сумасшедшей бабке, то с чего он взял, что Ане нужна его помощь? Она еще подумала бы насчет Вити, но Димка – неуклюжий, толстоватый, шумно дышащий ей в ухо… Нет уж, лучше демоны!

– Мне твоя помощь не нужна! – Аня бессильно пиналась, жалея, что сапожки на каблуке остались в коридоре, а тапочки явно не приносили нужного урона. – Я на тебя в полицию пожалуюсь, понял?!

Забравшаяся под лифчик рука на мгновение замерла, но лишь на мгновение. Щелкнула застежка.

– Не пожалуешься. – Димка все-таки извернулся, кинул ее на диван и сам уселся сверху, крепко сжимая ногами ее колени и продолжая держать руки сзади, отчего Аню выгнуло унизительным «мостиком». – Если тобой заинтересуется полиция, то может понять, что твой отец – вовсе не твой отец, да и ты не Аня Семенчук.

Аня с ужасом смотрела в его светлые, чуть раскосые глаза и понимала, что он не шутит и не случайно попал пальцем в небо.

– Да, я в курсе. – Димка поморщился. – Я не особо тусуюсь с остальными, так что