Захоронение - Макс Аллан Коллинз

– Послушайте, мисс Бреннан, один только Господь знает, как я хочу, чтобы Стюарта нашли, но я действительно сказала ФБР все, что мне известно.

– Вы уверены!

Лиза Витто кивнула.

– А вы знаете, где вы находитесь? Знаете, кому принадлежит этот ресторан?

Семье Гианелли – подумала Бреннан, но предпочла проигнорировать вопрос, вместо этого спросив:

– Вы любите его?

Слезы заструились по щекам женщины, она резко обернулась к шкафу, чтобы достать платок и совладать с собой. Макияж был безнадежно испорчен.

– Да. Да, я люблю его. Но вы произносите это так, словно он еще жив.

– Это вполне возможно.

Глаза Лизы снова наполнились слезами.

– Ваши бы слова да Богу в уши…

– Лиза, вы говорили людям из ФБР, что любите Стюарта?

– Нет.

Словно нечаянно Бреннан спросила:

– О чем еще вы не говорили им?

В покрасневших глазах Лизы появилась решимость.

– Честно говоря, я не знаю. Есть такие вещи, о которых они не спрашивали, но сейчас… Господи, я ничего не могу сейчас припомнить… Честное слово.

– У вас есть предположения о том, где он может сейчас находиться?

Лиза снова быстро осмотрела бар.

– Послушайте, у меня есть несколько идей на этот счет, но они не о том, где может находиться он сам.

– Боюсь, я не совсем вас поняла.

– У меня есть предположения о том, где может находиться его тело.

– Ох! И что вы думаете насчет того, чтобы поделиться этими идеями?

Несмотря на слезы, взгляд Лизы по-прежнему был решительным и исполненным гнева.

– Я думаю, что они устроили моему любимому поездку на Песчаном Экспрессе.

– Я не знаю, что это означает, – сказала Бреннан.

– Вам и не нужно этого знать, милая. Они убили его и закопали. Глубоко и надежно.

– Они? Вы имеете в виду отца и сына, которым принадлежит это место?

Лиза молча смотрела на нее.

– Вы считаете, что они причастны к убийству человека, которого вы любите, и при этом продолжаете здесь работать?

Кивнув, Лиза ответила:

– Стюарт был с ними заодно, и все равно их это не остановило. Он был храбрым, а я нет. Оставаясь здесь, я даю им понять, что не собираюсь менять свою позицию.

– Оставаясь с ними, вы хотите дать им понять, что не собираетесь мстить за Стюарта?

– Именно так, милая. Других причин нет. Стюарта, я полагаю, уже нет в живых… И он никогда уже ничего не скажет, не выступит свидетелем в суде… Бесполезно пытаться найти его, чтобы свести с ними счеты.

«Если я найду, где он похоронен, – подумала Бреннан, – то это не так уж и бесполезно».

– Спасибо вам, Лиза, – сказала Бреннан, протягивая женщине свою визитку с номером мобильного телефона и номером телефона в отеле. – Если передумаете, просто позвоните мне.

– Если я и передумаю, – Лиза сделала выразительное движение бровями, – то звонить я буду вам не отсюда.

Но визитку она взяла и, спрятав ее в рукаве, без лишних слов отошла к другой стороне стойки.

Бреннан обернулась и вдруг обнаружила, что за ее спиной стоит какой-то мужчина.

– Ох, – сказала она, – вы меня напугали.

Его голос оказался зычным и дружелюбным:

– Я не хотел этого. Примите мои извинения.

Высокий, с темными волосами и небольшими залысинами на лбу, этот мужчина был одет в темный, прекрасного покроя костюм и белую рубашку с великолепно подобранным галстуком. Его внешность говорила о том, что он итальянец, а улыбка, вероятнее всего, приводила женщин в восхищение, но Бреннан она показалась вкрадчивой и неискренней.

– Вы мисс Бреннан? – спросил мужчина.

Его голос был похож на бренди, но оттенков хватило бы на букет хорошего коллекционного вина.

– Да, это я, – ответила она.

– Ваш столик ждет вас, – сказал он, отступая в сторону, чтобы дать ей пройти, но потом снова обернулся к ней. – Темперанс Бреннан? Писательница?

– Вообще-то я Темперанс Бреннан – антрополог, но я действительно кое-что написала.

– О Господи! Бестселлеры теперь называются «кое-что»…

Мужчина протянул руку, и ей не оставалось ничего другого, как пожать ее.

– Винсент Гианелли, – представился он с легким поклоном, – один из владельцев этого места.

Бреннан уже поняла это, но все ее мысли были заняты тем, чтобы не показаться грубой и при этом получить свою руку обратно.

– Что ж, – сказала она, – я рада знакомству с вами. В одном из путеводителей я прочла, что «Сиракуза» – одно из лучших заведений в пригороде Чикаго, подающих итальянскую кухню.

Рукопожатие наконец завершилось. Бреннан очень хотелось проверить, все ли ее пальцы на месте.

– Мне нравится думать, что мы лучшие и в Чикаго. – Гианелли сверкнул белозубой улыбкой. – Послушайте, я ваш преданный поклонник, я очень люблю ваши книги. Вам не следует платить за ужин, мисс Бреннан…

– Спасибо, но это не обязательно, мистер Гианелли.

Он предупреждающе поднял руку.

– Я не имел в виду бесплатного ужина. Я хотел бы, чтобы вы расплатились… – Он повернулся к бармену: – Лиза, принеси фотоаппарат!

– Ох… нет…

– Не стоит стесняться. – Гианелли снова взял Бреннан за руку, и она позволила ему это сделать, хотя внутри у нее все сжалось. – Мы очень гордимся нашей Стеной Славы.

– Я заметила… Тут столько людей…

– Здесь собраны фотографии самых разных знаменитостей, – сказал он, – мой отец был знаком даже с Фрэнком и Дино.

Если б она еще знала, о ком это он…

– Конечно же, – продолжал Гианелли, – я тогда был всего лишь ребенком… но кто считает годы? Белуши, Айкройд[11], все, кто хоть что-то значил в Чикаго, все они обедали в «Сиракузе», и все они попали на Стену Славы.

– Должна признать, это производит впечатление, – сказала Бреннан, стараясь, чтобы ее улыбка не выдала ее истинных чувств.

– Дитка[12], Уолтер Пейтон[13], Джордан[14], Сэмми Coca[15]… назовите любого, и окажется, что он преломил с нами хлеб. Даже писатели, такие как Билл Брасчлер и Элеонора Тэйлор Бранд… А теперь и вы.