Фрагменты прошлого - Меган Миранда

– Чего?! – возопила я.

Я думала, пари касается только их двоих. Прибавив жару, я оторвалась от Макса, но в самом конце он меня нагнал. Он выбился из сил и тяжело дышал, однако его беговые шаги были почти вдвое больше моих. Я чувствовала, Макс победит. Прикрыв глаза, я представила, что это не тренировка, а состязание. Что под ногами твердая земля, а не песок. Что бегущий рядом человек – мой соперник, и я выносливей его, я дольше и усерднее тренировалась, и у меня есть еще порох в пороховницах. Я снова поравнялась с Максом, а на последних метрах рванула что есть мочи и все-таки его обошла.

Я рухнула на песок перед сидящим на ступеньках Калебом. Он улыбался. После долгой пробежки у него лишь слегка сбилось дыхание. Макс застонал. Его ноги заплетались, и он шмякнулся на песок.

– Я позволил тебе выиграть, – заявил он, распластавшись на спине возле нас. Его грудь тяжело вздымалась.

– Так я тебе и поверила, ага, – отозвалась я, поддав кроссовкой и обсыпав его ноги песком.

Макс сел на колени. Скинул кроссовки и футболку.

– Пойду-ка я… – Он не договорил, направившись к кромке воды. Вошел в воду по бедра, затем повернулся лицом к нам и подставил спину под большую волну. Покачнулся под ее ударом, упал и позволил волне вынести его на берег.

– Боже, Макс, ты похож на выбросившегося на берег кита! – крикнула я.

Обернувшись к Калебу, поймала на себе его внимательный взгляд.

– Идешь? – спросил он, сменив серьезность на улыбку.

Я кивнула на кроссовки Макса.

– Кто-то должен их охранять.

– Чушь какая, – рассмеялся Калеб. Перекинул меня через плечо и побежал к океану.

– Нет, нет, нет, нет! – орала я, молотя по его спине кулаками. – Подожди! Дай мне хотя бы кроссовки снять. Они дорогие.

Калеб опустил меня на песок, и я шагнула назад, чтобы разуться.

– Ты свои тоже сними, – сказала я ему, но он лишь с улыбкой смотрел на меня.

Резко повернувшись, я рванула от Калеба по пляжу, но он был к этому готов и поймал меня в три прыжка. Я взвизгнула, когда он снова закинул меня на плечо.

Калеб забежал в воду и бросил меня в нее. Та была ошеломляюще холодной и в то же время приятной. Не достав ногами дна, я запаниковала. Затем нащупала разъезжающийся под ступнями песок. Мы оказались глубже, чем я ожидала, и я машинально погребла к берегу.

– Ненавижу тебя!

Калеб, хохоча, приподнял меня и вынес на берег на спине, как за месяц до этого – из реки.

– Я же говорил, Джесса: не дам тебе утонуть.

На пляже он снял мокрые, облепленные песком кроссовки. Перевернул и вылил из них воду.

– Говорила же тебе, Калеб, – передразнила я его. – Сними кроссовки.

Макс лежал на песке, греясь на солнышке. На берегу появились другие бегуны.

– Пожалуйста, скажите мне, что вы взяли с собой воду, – взмолился он. – Пожалуйста! Я к такому был не готов. Кажется, я помираю.

Макс лежал без рубашки, и пробегающая мимо девушка впилась в него взглядом. Он с усмешкой вскинул руку, и я хлопнула его по ладони, чтобы он ее опустил.

– Напитки в машине, развратник.

В машине Калеб открыл багажник, и парни взяли из моего кулера по изотоническому напитку.

– Ребята, вам надо заняться бегом по пересеченной местности. Вместе со мной. Ты, Калеб, просто молниеносен. И благодаря бегу вы оба останетесь в хорошей физической форме.

– Ты не сказала, что я тоже молниеносен, – заметил Макс.

– Я сказала, что ты останешься в хорошей физической форме, – широко улыбнулась я. – Соглашайтесь. Это прикольно.

– Наш забег не был прикольным, – проворчал Макс.

– Уверяю тебя, чуть позже ты будешь чувствовать себя потрясно.

– Почему-то я в этом сомневаюсь.

– Вы оба только что без подготовки зарядили пять миль. Эта пробежка была тяжелее большинства наших тренировок. Ну соглашайся, Макс! Я видела тебя в тренажерке. Ты же хочешь поддержать форму до следующего бейсбольного сезона. Я видела тебя на беговой дорожке.

Макс уставился на меня, сделал долгий глоток и смахнул с глаз влажные волосы. Я затаила дыхание в ожидании его ответа.

– Ладно, – сказал он. – Согласен.

Мы повернулись к Калебу, который не сводил взгляда с Макса. Посмотрев на меня, Калеб глубоко вздохнул и ответил:

– Прости, Джесса. Это не для меня.

Потом он снова перевел взгляд на Макса. Последовало неловкое молчание. Меня охватило странное и непонятное чувство. Подумалось: что происходит?

– Вперед, Макс, – наконец прервал молчание Калеб. – Мы уже тебя заждались.

Макс отдал ему бутылку с водой и забрался на капот машины. Потом залез на крышу, раскинул в стороны руки и громогласно запел: «Скажи, видишь ли ты…»^[6]

* * *

Кроссовки безнадежно испорчены водой и песком. Мне жаль выбрасывать их, но кто их теперь такие наденет? Я предупреждала Калеба. Просила его снять их. Но в этом весь Калеб: не любил, когда ему указывали, что делать. Даже если советы давала я.