Кормилец - Алан Кранк

Когда Марина заснула, Игорь поправил подушку, набросил ей на ноги покрывало и вышел в прихожую. За окнами было темно. По подоконникам барабанил дождь. Ветер громыхал железными листами крыши. Шансы самостоятельно отыскать детей посреди ночи, после того как это не удалось по-светлому сделать вдвоем, были равны нулю.

«Безнадежные вопросы – мой конек», – попробовал сострить он. Но шутка не получилась.

Он долго не мог отыскать на вешалке свою куртку. Она оказалась в шкафу – туда ее зачем-то перевесила Марина. Оделся и натянул на голову вязаную шапочку. Точно такую, как у нарисованного на желтом фургоне коммунальщиков парня. Словно тайное послание к Наташе. Понять – значит простить.

Зонт Игорь решил не брать – ветер вывернет его наизнанку. Фонарь лежал на полке в кладовой. Батарейки почти сели. Тусклого свечения шести светодиодов могло хватить разве что на поиски замочной скважины в калитке. Игорь несколько секунд подержал фонарь в руках, выключил и положил обратно.

Когда Игорь вышел за ворота, зазвонил телефон.

– Где Марина? – спросил женский голос.

Сестры были похожи голосами. Игорь посмотрел на окно детской спальни – не загорелся ли свет.

– Не могу ей дозвониться, – продолжила Лена. – Мы уже обошли восемь кварталов и торговый центр. Развесили штук пятьдесят объявлений.

– Кто это – вы? – спросил Игорь.

– Ну, я с Витей, Бурцевы, Коровины и еще две пары – я их не знаю, кажется, родители из Лизиного класса. Собрались все, кому Марина написала.

От мысли, что жена после возвращения из школы не только таращилась в детские фото, стало теплее. Возможно, в ступор она впала всего за несколько минут до его прихода.

– Марина спит. Я уколол ей успокоительное.

– Понятно. – Лена на секунду задумалась. – Ладно. Управимся без нее. Если что-нибудь обнаружим, я тебе позвоню. Оставайся на связи и держись. Дети обязательно найдутся.

Динамик замолк, и погас экран. Дунул ветер и как будто перелистнул страницу в голове. Игорь посмотрел на телефон, пытаясь вспомнить, зачем достал его из кармана. Потом позвонил Лизе. Тишина в трубке длилась вечность.

Он заберет втройне.

Как Наташа это сделала? Постучалась ночью в окно Сереже и дождалась приглашения? Но там же решетка. Тогда, может быть, вылезла из-под кровати, схватила за руку и потащила за собой во вдруг открывшуюся в ковре черную дыру, как это показывают в фильмах ужасов. Или взяла за руку и вышла через дверь? А Лиза? Где Наташа встретила ее после школы?

«Вызываемый вами абонент…»

Убит? Изнасилован? Похоронен? Черт.

Слепя фонарями и поднимая в воздух волны брызг, по дороге проносились машины. Тускло горели желтые фонари. Правый туфель чавкал при каждом шаге. В этой мокрой холодной темноте сложно было не заблудиться, не то что кого-то отыскать.

– Кто там? – спросил женский голос, когда он постучал в дверь школы.

– Это я. У меня дочь не вернулась с занятий.

После короткой паузы щелкнул замок. Дверь раскрылась. Из дверного проема вырвалась полоса света с широкой черной тенью в центре. Смешанный запах из пота и лука ударил в нос.

– Вы отец пропавшей девочки?

«И мальчика тоже», – подумал Игорь, кивнул головой и сказал: «Да».

– Что вы хотели?

Чтобы свет не мешал, Игорь приложил ладонь ко лбу. По ту сторону порога стояла толстая тетка в вязаной кофте и платке. Несколько раз он видел ее в школьном коридоре с ведром грязной воды у ног и тряпкой в руках. Марина рассказывала, что муж у нее умер, а сын-наркоман болен гепатитом. «Врагу не пожелаешь», – пожалел ее тогда Игорь. Теперь он был бы счастлив поменяться с ней местами.

– Можно я зайду? – спросил Игорь. – Хочу поискать дочку.

Звучало глупо, но он хотел заглянуть под парты, под лестницы и за двери. Ее могли обидеть, напугать, заставить спрятаться. С коллективом у Лизы всегда дела складывались неважно.

– Вы в своем уме? Нет, нельзя. Жена ваша была. Полиция только ушла. Перевернули все с ног на голову. Полы перемывать только закончила. Ее здесь нет, неужели непонятно?

– Пожалуйста.

– Нет. Извините, я не могу. Это ничего вам не даст, а меня выгонят с работы.