Простые вещи, или Причинение справедливости - Павел Шмелев

— Ну что, Михалыч, пора кирпичами срать? — непотопляемый Шикин панибратски хлопнул Юрия по плечу, отчего тот еле заметно поморщился — не любил амикошонства.

— Угу. Это кому как. Сами что думаете, Василий Дмитриевич?

— Насчет кирпичей или насчет причин сего прискорбного случая? — юмор Шикина был своеобразным и даже бесстрашным. Опытный финансист с более чем двадцатилетним стажем работы в Центробанке, Минсвязи и парочке крупных федеральных компаний, он мог найти себе применение в любой момент легко и непринужденно. А в данном инциденте Шикин вообще не при делах.

— С кирпичами оно понятно. Это вотчина Землянского. Я любопытствую, удастся ли минимизировать ущерб? Ведь это прямо повлияет на… хм, выводы по кадровой линии.

— Михалыч, не ссы в трусы, прорвемся. Ты правильно все думаешь. Землянский эту хамскую замуту прозевал, к бабке не ходи. Бывало уже такое. Но сейчас некогда, некогда. Давай, проходи, внутри поговорим. — Шикин аккуратненько подтолкнул Мазолевского к двери генерального директора.

Помимо хозяина в кабинете оказалась Ольга Васильевна Демьянова, начальник юридического департамента. Демьянова устроилась около гостевого столика, пила зеленый чай.

Генеральный директор Излучинского филиала, несмотря на скверно начинавшееся утро, выглядел подтянутым, свежим и сосредоточенным. Молча пожав руки подчиненным, сдержанно кивнул головой в сторону стола для совещаний. Сорокапятилетний Евгений Иванович Кукушкин, входящий в третью сотню кадрового резерва Президента России, вообще был немногословен — меньше слов, больше дела, и желательно часов по восемнадцать в сутки. Но уж когда говорил, то слова подбирал острые, как бритва.

— Коллеги, прошу высказаться относительно произошедшего. Первичной информацией я обладаю. Давайте по существу. Начнет Юрий Петрович, ведь он пока технический директор, не так ли? — оценивающий взгляд Кукушкина остановился на Мазолевском. Наверное, так цапля смотрит на лягушку.

— Хм… Да. Итак, могу сообщить следующее. — Юрий нервничал, о чем свидетельствовали руки, сжатые в замок. — Вне всяких сомнений мы имеем дело с актом незаконного доступа к услугам связи. Злоумышленники инициировали исходящий трафик с нашей номерной емкости.

— Кто эти злоумышленники? Представляется возможным установить?

— К сожалению, нет. — Мазолевский развел руками. — Это естественно. Квалификация неизвестных высока, следы ведут в никуда. В пустоту.

— Дальше, — Кукушкин кивнул, приняв информацию к сведению.

— По мнению наших специалистов, источником трафика было оконечное оборудование, установленное у группы однотипных пользователей. Это вип-абоненты, правительство Излучинской области. Их исходящий трафик не был ограничен антифродовой системой, хотя «Протей» зафиксировал весь интересующий нас объем. Все подсистемы нашего оборудования, включая биллинговую систему и программное обеспечение, сертифицированы. Это позволяет испытывать уверенность в том, что данные биллинга могут и должны быть приняты в качестве доказательств как нашими контрагентами, так и судом. Если до этого дойдет.

— Про деньги сейчас поговорим. А пока объясните, как получилось, что такой всплеск активности не вызвал никаких действий с нашей стороны? — тон Кукушкина был нейтральным, что, впрочем, никого не обнадеживало. Любой из присутствующих имел шанс выйти из кабинета безработным.

— Видите ли, Евгений Иванович, техническая дирекция обеспечивает бесперебойную эксплуатацию оборудования. В части антифродовой системы в том числе. Однако результаты ее работы, настройка профилей, автоматизация принятия решений, в общем, все то, что делает антифрод антифродом, — прерогатива службы безопасности, — Мазолевский помолчал несколько секунд, собираясь с мыслями. — СБ не предоставляла данных для внесения изменений в профили антифродовой системы с даты ввода ее в эксплуатацию. Я обращался к Землянскому письменно по этому вопросу, даже два раза. Переписка сохранилась.

Шикин кивнул, что не укрылось от взгляда Кукушкина.

— Что вы киваете, Василий Дмитриевич? Одобряете? Землянского?

— Да упаси господи, — Шикин поднял обе ладони вверх, отвергая любые подозрения в приязненном отношении к Землянскому. — Просто к этому все шло.

— Вот, значит, как? Ну-ну. Землянский, Землянский, — Кукушкин кинул взгляд на часы и еле заметно поморщился. — Заставляет себя ждать Аркадий Андреевич. Впрочем, с ним и так все ясно. Или на охоте, или опять… Василий Дмитриевич, что по вашей линии можете сказать?

— Вкратце ситуация по этому инциденту следующая. Совокупный объем трансграничного магистрального голосового трафика составляет порядка двадцати четырех тысяч часов. Есть еще сигнальный и IP-трафик, но о них нет смысла говорить, там тарифы другие. Плохая новость заключается в том, что весь голосовой трафик — это платная услуга, которую наши зарубежные коллеги, то есть операторы связи и контент-провайдеры, предоставили правительству Излучинской области.

— Цена вопроса?

— Вот тут все не очень радужно, — Шикин вздохнул. — По моему мнению, кто-то сумел добиться довольно высокой ставки за единицу услуги, порядка пяти евро. В совокупности оказано услуг связи примерно на пятьсот семьдесят шесть миллионов рублей. По текущему курсу.

Мазолевский закашлялся. Демьянова звякнула чашкой о блюдце.

— Ошибки быть не может? — голос директора филиала звучал ровно, будто речь шла о стоимости новогоднего корпоратива.

— Это пока грубые подсчеты, Евгений Иванович.

— Ясно. Что дальше?

— Дальше будем платить. Как вам известно, Роскомтел является членом GSM Association. Согласно условиям договора присоединения, в конце квартала эта сумма будет снята с наших счетов безакцептно. За вычетом фиксированной абонплаты это будет…

— Не напрягайтесь. Наша абонплата — мизерная сумма, и никак на ситуацию повлиять не в состоянии, — Кукушкин устало махнул рукой. — Продолжайте.

— Деньги уйдут как российским, так и зарубежным трансграничным связным компаниям. Львиную долю получит, как я понимаю, один из итальянских операторов.

— Что можно сделать для минимизации ущерба по вашему направлению? — Кукушкин придвинул к себе ежедневник.

— Немногое, — Шикин отложил записи, откинувшись на спинку стула. — Страхование от случаев мошенничества нами пока так и не реализовано. Никакая российская компания от этого не страхует, а для международных мы не подходим по ряду условий. Механизм арбитража и оспаривания трафика как мошеннического мы запустим, прошу дать соответствующее поручение юридической службе для подготовки претензии. Но результатов это, скорее всего, не принесет. Нам ответят, что это наши внутренние проблемы. И будут правы, кстати.

— Догадываюсь. Европейцы не очень-то горят желанием идти навстречу российским компаниям — санкции и все такое. Они просто проигнорируют наши просьбы. Ладно, а возмещение со стороны потребителя услуг связи? — Кукушкин повернул голову к Демьяновой.