Нерв - Джинн Райан

– Испытания этого раунда разработаны индивидуально для каждого из вас. В длинной стене напротив двери – четыре двери. Раунд пройдет в два этапа. Услышав свое имя, войдите в открытую дверь.

В стене открывается первая дверь. Она что, ведет в один из этих гнусных чуланов? Или, может, там трамплин на краю крыши? Не хотелось бы мне повстречаться с завсегдатаями этого клуба.

Гай появляется на экране рядом с Гейл и вызывает Иэна. Иэн быстро обнимает меня и решительно шагает к двери. Если он и переживает, что идет первым, по нему этого не скажешь.

Гейл говорит:

– Когда закроешь дверь, включится таймер, и открыть ее можно будет только через пятнадцать минут, если только не сработает пожарная тревога.

Интересный способ оставить человека наедине с испытанием. Иэн пожимает плечами и закрывает за собой дверь – должно быть ему не терпится поскорее покончить с этим – что бы это ни было. Я чувствую то же самое, а еще ужас при мысли об испытании, ради которого НЕРВ запирает двери. Но моего имени нет среди тех, кто идет в первую очередь. Сэмюэль, Микки и Тай входят в соседние комнаты; остаемся мы с Даниэллой и Джен.

Пока наши партнеры подвергаются пыткам или сидят взаперти с крысами, мы с девчонками собираемся у холодильника: он набит шоколадками вперемешку с бутылками пива. Так почему бы нам не перекусить? И тут мне приходит в голову, что каждая из нас – слабая половина пары. Они что, специально разделили нас, чтобы оставшимся было страшнее?

Джен откусывает кусочек шоколадки и вытирает рот.

– Микки не такая уж злая. Просто игра ее достала.

– Или, может быть, показала ее истинную сущность, – говорю я, не желая спускать дело на тормозах. – Не важно. Спасибо, что сумела ее успокоить. Просто безумие думать, что я работаю на НЕРВ.

Джен поднимает брови:

– В самом деле?

У меня отвисает челюсть:

– Да, конечно!..

Она шутливо пихает меня в плечо.

– Шучу, шучу! Если здесь действительно есть подсадная утка, так это Сэмюэль. Слишком уж он тихий.

Даниэлла вздрагивает.

– Я темноты боюсь. Думаете, они заставят нас сидеть в комнате без света, а?

Я разглаживаю юбку.

– Теперь, когда они знают, чего ты боишься – запросто. – Я говорю это не из вредности. Просто кто-то должен ей объяснить, что любая слабость, в которой она признается, будет использована против нее.

Ее плечи вздрагивают. Я улыбаюсь ей:

– Все будет хорошо. Если выключат свет, просто постарайся вздремнуть и набраться сил для следующего испытания.

Да, мне легко говорить… Глаза Даниэллы распахиваются.

– Какое там! Стоит закрыть глаза, и они напустят на меня пауков или еще что. Помнишь ту девушку, Абигайль, из прошлой игры? Ее худшим кошмаром были змеи, и посмотри, что они с ней сделали!

Я вспоминаю ужас на лице той девушки, когда месяц назад транслировали первую игру. Я говорила себе тогда: эти змеи просто не могут быть ядовитыми. Если она расслабится, с ней все будет в порядке. Но она не расслабилась, и я смотрела, как она корчится. Развлекая Зрителей.

Джен берет еще одну шоколадку.

– Та девчонка хотела сниматься в кино. Думаешь, все эти вопли были настоящими? Ведь Игра для нее – это просто одно большое прослушивание. Даже потом она продолжала лезть повсюду на ThisIsMe. Слышала, что она выкинула на прошлой неделе? Сиганула со скалы в водопад, когда кто-то ее случайно снимал? На все готова ради внимания.

Я беру банку газировки.

– Ну, это немного чересчур, даже ради роли в кино. И я слышала, она исчезла из Сети после того, как выкинула этот номер.

Джен смеется:

– Да это тоже все ради рекламы!

Мы обсуждаем другие испытания прошлого месяца, выбираем, какое было круче, и делимся слухами из интернета о том, что теперь делают бывшие игроки. Как будто после сегодняшней ночи всем будет не наплевать. Важно только то, кто сейчас на сцене.

Хм-м. Я думаю о ситуации, в которую мы попали, как о сцене? Интересно.

Кажется, Джен и Даниэлла не так уж плохи. Если бы только им больше повезло с партнерами! Но тогда они вряд ли добрались бы до финала, поскольку их партнеры – более яркие личности, чем они. Интересно, я здесь тоже только благодаря Иэну? Или я сама выставила себя такой дурой, что людям захотелось смотреть на это и дальше?

Звучит музыкальная заставка игры, и первая дверь открывается. Иэн выходит, пошатываясь, глаза у него красные, ноги подкашиваются. Да что это с ним? Я бросаюсь к нему, чтобы помочь добраться до нашего диванчика.

Он весь дрожит.

– Что они там с тобой делали?

Он трясет головой.

– Напомнили мне о том, чего я вспоминать не хочу. И еще кое-что, о чем не хочу говорить. Прости.

Ничего себе, а я думала, мы – партнеры.

– Ясно. Хочешь что-нибудь из холодильника?

Он раскачивается вперед-назад, обхватив голову руками.

– Нет, спасибо.

Что могло так его расстроить? Открывается следующая дверь, из нее вываливается Тай. Он вскидывает вверх кулак и требует у Даниэллы пива. Но у него как-то странно дергается глаз, будто он пытается не заплакать. Видимо, даже психопата можно заставить психануть.

Микки выходит из своей двери со стеклянными глазами и кричит:

– Если хоть кто-нибудь вякнет что-нибудь не то, вы пожалеете, ясно?

Наконец, в комнату входит Сэмюэль. Шаг у него твердый, но голова опущена, он садится на свое место и начинает рассматривать свои руки. Непонятно, насколько его затронуло последнее испытание, поскольку за сегодняшний вечер я уже несколько раз видела его в этой позе.

На экране – Гай, он хлопает в ладоши.

– Окей, следующая группа! Пошел-пошел-пошел!.. Первая комната достается Даниэлле!

Вздрогнув, она плетется к двери и останавливается на пороге, чтоб помахать нам рукой. Я – следующая. Если бы только я могла побыть с Иэном еще хотя бы пару минут. Ужасно, что приходится оставлять его тут одного, когда он в таком состоянии. Но что поделать? Я обнимаю его, пытаясь, как мне кажется, придать ему сил, и иду к своей двери.

Оттуда веет холодом, будто с улицы. Я вхожу в темный коридор – лампочки в полу указывают путь: вниз, довольно резкий уклон. Оказавшись внутри, я закрываю за собой дверь. Щелк. Могу поклясться, что-то тихонько тикает – таймер, а может, бомба. Я иду вслед за цепочкой лампочек вниз. Спускаюсь, наверное, на один этаж. В конце коридор заворачивает направо, и я вижу две двери. Лампочки ведут мимо первой двери, подводят меня ко второй. Я толкаю дверь и вижу помещение, освещенное красной полусферой над головой. Комната совсем небольшая, и часть ее занимает обитое кожей кресло, повернутое к стене напротив двери.